Важно отличать внутреннее от внешнего.
     Некоторые старики полагают, что мир стоит на грани окончательного растления и близок к своему естественному концу. Но так ли это? Или к концу близок лишь их организм?
     Я сам, припоминая былые и нынешние помыслы и фантазии, не могу отделаться от впечатления, что человечество и мир в целом были лучше, когда мне было девятнадцать лет. Были не столь безнадёжны. Но так ли это? Не думаю.
     То же верно и по отношению к Истории в целом.
     Когда я читаю произведения писателей начала или середины двадцатого века, вроде того же Клиффорда Саймака, и пытаюсь смотреть на нас-нынешних их глазами - их-тогдашних - у меня возникает ощущение, что все мы просто сошли с ума. И не лечимся. В двадцатом веке люди хотя бы пытались лечиться, создавая проекты политических и религиозных утопий, но теперь мы говорим "Утопий нам не надо".
     Лекарство слишком горькое?
     Нужна ли человечеству утопия - может быть поставлено под сомнение. Правда, я бы также поставил под сомнение, нужна ли человечеству вечная и непрекращающаяся кровавая мясорубка. Тогда уж действительно захочется верить в лозунги тех, кто говорит: "Ничто не вечно" - поскольку гибель человечества по крайней мере позволит ему отдохнуть от этой бойни.
     Можно заявить, что человечеству в целом вообще ничего не нужно. Человечество в целом - субъект виртуальный.
     Реально существуют лишь отдельные индивидуумы.
     Но тогда возникает два вопроса: "Как быть с теми отдельными индивидуумами, которые хотели бы именно утопии для человечества?" и "Как быть с проблемой смысла жизни, который для человека как для существа общественного реализуется лишь на уровне сопричастности к целому?"
     "Утопия - это слабость. Проблемы дают силу" - вкрадчиво шепчут чужие голоса в моей голове.
     Это весомый аргумент.
     При последовательном его проведении, однако, возникает проблема "Доколе?", аналогичная кризису человека, жертвующего всеми своими возможностями ради некоего абстрактного будущего, которое никак не наступает. Иными словами, зачем нам сила? Зачем, если мы будем продолжать всю бездну тысячелетий находиться внутри вращающейся мясорубки? Для выживания? Всего лишь для выживания?
     Тогда вновь обретает силу вопрос о смысле жизни. Зачем нам выживание, если утопия недостижима? Если мы подобны цветку, всю жизнь тянувшемуся к источнику света и вдруг обнаружившему, что этот источник лишь мерещился ему? Зачем всё время рваться вперёд, если в итоге так никогда и не представится возможности присесть и отдохнуть?
     Возможно, нам следует научиться отдыхать "по пути"? Найти способ "расслабиться и получить удовольствие" внутри самой мясорубки?
     Это тоже было бы утопией в некотором роде.