Цитата сообщения транжИрка С калашным рылом в суконный ряд

О хамстве принято говорить с нотками осуждения в голосе, сузившимися губами, как если бы я лично никогда, но видела и осуждаю. Хотя хамят все, потому что елси ты не хамишь и твои знакомые не хамы, и их знакомые люди интеллигентные, то откуда берутся все эти люди, которые таки хамят? Пришельцы с другой планеты или переодетые иностранные шпионы?
Хамим, конечно, мы все. Даже те, которые очень хотят верить, что они точно никогда этого не делают. По той простой причине, что вырасти в советской и российской стране и не научиться отбазариваться невозможно. Разве что у кого-то оказались очень заботливые родители, которые детку в хрустальном гробу держали, возили только личным автотранспортом, в магазины не пускали, частных учителей нанимали, а врачам совали взятки, чтобы те не смущали неокрепшую душу заборопристойными терминами и живодерным отношением.

Настоящее, природное хамство, которым отечественная образованщина (не путать с интеллигенцией, кою товарищ Сталин скормил сибирским волкам) так любит попрекнуть выходцев из прослойки, встречается так же редко, как настоящее природное неприятие хамства. Есть люди, которые могут пройти по жизни, не осквернив уст, но я таких не видела; за интеллигентных (читай: не хамов) обычно канают те, которые молчат в ответ на наезд, по овечности характера или по отсутствию филологических способностей.
С хамством ситуация вообще получается забавная. Человека, адекватно защищающего свое достоинство, скорее назовут хамом, чем человека, создающего ситуацию, в которой приходится себя защищать. Меня вот это всегда поражало в России - окружающие на тебя навалят все что угодно, от сумки на ногу в переполненном автобусе, до работы за весь отдел, и сочтут это нормальным порядком вещей, но стоит возмутиться и начать качать права - тебя тут же обвинят в хамстве, в неудобности, в неинтеллигентности, как будто главное качество человека интеллигентного это его ослиная выносливость и нежаление себя ради кого-то. Т.е. за хамство скорее сочтут речь, чем манеры, что лишний раз доказывает слепоглухоту общественной морали.
В техникуме нашей классной дамой была невероятно тупая преподавательница черчения, которая делала из себя интеллигентную девушку, но у нее гораздо лучше получалась злобная старая дева. Среди ее перлов числился совет, данный подружке Светке: «Чтобы правильно выбрать молодого человека, напиши на бумажке какие качества ты хочешь в нем видеть, и всех с бумажкой сравнивай». Ага, от 35-тилетней женщины, ни разу не бывшей замужем и не состоявшей в отношениях дольше двух месяцев, советы по устройству личной жизни особенно ценны. Тем не менее, че-то тургеневское она собой играла, и любила кому-нибудь (угадайте, кому) сказать как бы между делом: «Ты, Ира, такая грубая, всегда дерзишь, бери пример с Наташи Макаровой (? кажись, Макаровой), чьи интеллигентная тихость и врожденная порядочность...», она еще продолжала говорить, а я про себя добавляла «... не мешают ей брать с мальчиков брать деньги за секс». Наташа говорила и делала гадости не меньше среднего по больнице группе, но т.к. голос имела тихий, а мнения не имела вовсе, в глазах нашей Косой вполне выглядела интеллигентной. Т.е. меня призывали брать пример с девочек, читающих по слогам и ничего культурнее «Ласкового мая» в жизни не видевших, бо они интеллигентнее. Мерси, не хочется.
Я как раз недавно с кем-то обсуждала этот феномен – большинству людей, с которыми общаешься неблизко, почему-то хочется чувствовать себя в нашей жизни зваными гостями, чтобы их не знали куда посадить и чем угостить, а они могли вальяжно развалиться и сапоги вышитыми рушниками утирать. Начальницы за 45, якобы сочувственно выспрашивающие как дела и требующие развернутых ответов, знающие, что их по служебному положению нельзя послать куда надо – это они. Друзья родителей, на семейных праздниках вдруг начинающие нарочно громко выспрашивать «замуж не собираешься?», понимая что ты не испортишь близким праздника – это тоже они. Врач, якобы для медкарты интересующаяся твоей половой жизнью, и тут же поджимающая губы, как будто она повторила подвиг девы Марии – идет до кучи. Соседка, выспрашивающая почем делали ремонт, и что это за мужчина такой интересный вчера в дверь звонил – здрасте, проходите.
Все эти люди создают ситуационное хамство, которое можно разрешить тремя путями.
Первый – поддаться. Честно и подробно отвечать на все распросы, терпеть и пожимать плечами. Со временем в твой внутренний мир проникнут распоясавшиеся орды посторонних, бесцеремонно раздающих оценки и советы. Потом они захотят ответить откровенностью за откровенностью, и будут загружать длинными рассказами про свои никчемные жизни, от которых впору лезть на стену.
Второй путь – поступить как человек ассертивный. Мягко, но твердо указать моральным агрессорам их места согласно купленным билетам. Вы мне кто? Никто. До свидания.
Третий путь – поступить как настоящий хам. Послать, обругать, пообещать в рыло.
Что характерно и с научной точки зрения, по-моему, необъяснимо, так это то, что ситуационные хамы воспринимут ВТОРОЙ вариант как хамство. Такое ощущение, что все люди, любящие действовать в серой зоне как бы вежливости – как бы хамства, натуральное природное хамство принимают легко. И даже получают от этого мазохистское удовольствие, типа, нашелся кто-то, кто сильнее давит, субординация в порядке, места в стаде розданы, все определены по позициям. В их системе ценностей, в их картине мира пшелнах присутствует органически. Они для вида повздыхают, за спиной повозмущаются, но примут его как закон природы.
Человек, обходящийся без пшелнаха, но при этом не желающий стать с ними на одну доску, вызывает у них растерянность. Они заранее растопырили локти, предвкушая пирдуху за чужой счет, ан нет. Оскорбленные стервятники оплевывают дверь, за которую их не пустили.
Ситуационных хамов я не люблю гораздо больше, чем примитивную бабку в транспорте, истошно базлающую «Вас тут не стояло!» В отличие от бабки, они не показывают свое говнистое нутрецо сразу, и поэтому нередко вызывают сочувствие третьей стороны, не участвующей в конфликте. В случае разборок ассертивный человек всегда выглядит злобным буратиной, посмевшим обидеть почтенного сироту, доктора кукольных наук. Общество – так уж оно устроено – в большинстве случаев плохо относится к индивидуализму. Как только кто-то начинает говорить от лица общества, он сразу проникается этим духом и начинает искренне ненавидеть каждого отдельного члена общества в целом. «Народу это не нужно, народ это не поймет» мы уже проходили. Здесь вроде как все пропитано духом свободы личности, и на словах призывают к правам и свободам личности, но даже когда мои права и свободы не пересекаются с уголовным кодексом, я имею на них право ровно в том объеме, в котором установлено т.н. обществом. Не будем углубляться в общественные науки, в них и не такие герои утопли, ага.
По идее, для человека нормально стоять на страже своих интересов, и в зависимости от ситуации то растекаться медком и маслицем, то употреблять слова из татаро-монгольского наследия в сочетании с резкими жестами. Это не является хамством, это выражение своих интересов и мнений. Просто так язык проветривать – я не люблю, никогда этого не делаю и детям своим запрещаю, и считаю матом разговаривающих людей жалкими невежами. Слово, употребленное со вкусом и к месту – это уже не просто слово, это оружие, и употреблять его надо к месту. Я вежливый человек, пока чужая собака не гадит на мой газон. Я доброжелательный человек, пока чужие дети не трогают мои вещи. Я душевный человек, пока собеседник не лезет ко мне в душу. Я внимательная и предупредительная, если не лезть в мои дела. Я-блядь-какая-страшная, если все это делать.