http://www.onaonline.ru/item/1505

        Если я правильно помню, в детстве меня заставляли спать чуть ли не силой. Ненавистный дневной сон в детском саду, дома – укладывание строго в 21.00. Я ненавидела «Спокойной ночи, малыши», потому что сразу после жалкого пятиминутного мультика полагалось СПАТЬ! Шли годы. Манная каша, пижама с зайчиками и обязательный тихий час как-то незаметно остались в прошлом, а взамен у меня появились паспорт, право голосовать и уголовная ответственность. (P.S. Не судима, приводов нет)

     Выяснилось, что скучная взрослая жизнь состоит из трех режимов: сон, работа и сумбурный отрезок времени между ними. Еще одно неприятное открытие состояло в том, что работа постоянно покушается на время, отведенное для досуга и сна. В моем случае «покушение» чуть не перешло в «убийство»… В какой-то момент работы стало так много, что мне начало категорически не хватать времени.

    Я решила: хочу спать меньше. Маргарет Тэтчер говорила, что готова пожертвовать часом сна ради хорошей прически. Пусть же моя прическа выглядит так же неважно, как и всегда, но зато у меня будут вершиться многочисленные дела! Стала думать и гадать: как меньше спать и высыпаться? Много чего перечитала про полифазный сон и поняла, что 4 часа в сутки – самое то. Еще поразмыслив, пришла к выводу, что 3-4 часа ночью и полчаса-часок днем – отличный вариант.

     Началось все прекрасно. В первые сутки эксперимента, проспав с полтретьего и до полшестого, я встала и прокралась с ноутбуком на кухню. Весь дом еще спал, кроме моей кошки – она сидела на подоконнике, задумчиво ковыряясь в носу и рефлексируя под тиканье часов. Увидев меня, она премного удивилась, но недовольство из-за включенного света быстро сменилось выражением азарта. Она бодро забралась мне на колени и замурлыкала. Но я пришла работать, а не жертвовать сном ради почесывания кошачьих ушей! Выпроводила животное в коридор. Она упиралась, негодовала, но потом, грязно выругавшись, все же скрылась за дверью. Когда сеанс экзорцизма был окончен, дела пошли просто замечательно.

      К десяти утра я была очень довольна собой: еще только утро, а я уже в стельку столько успела! Днем я беспроблемно и быстро вырубилась на часок, после чего силы немеренные снова ко мне вернулись, и я смогла продолжить свой труд. К вечеру мне, честно говоря, даже слегка поднадоело: обычно соотношение работа/отдых было в меньшей степени смещено в сторону работы. Но все равно это было очень воодушевляюще!

    Я втихомолку гордилась тем, что очень мало сплю, и продуктивно использовала освободившееся время. Как это — мало спать и высыпаться? Да легко! Кто крутой? Яяяяя! Первые дней 7-10 прошли великолепно.

     Правда, то небольшое время, которое было отведено на сон, я проводила как бессмысленный чурбан. Почти без сновидений, просыпаясь в той же позе, в которой уснула, и с той мыслью, на которой остановилась перед засыпанием. Всё вспоминала сказку Андерсена: когда Оле Лукойе приходил усыплять детей, он раскрывал над головами самых гадких и непослушных ребятишек какой-то дурацкий зонт, и они в наказание за свое поведение спали без снов. Ха, тоже мне наказание, да какая разница вообще, есть сны или нет! Главное – мало спать и высыпаться. Остальное неважно. Иногда спала еще меньше, и хуже от этого не становилось, и даже почти получалось высыпаться.

     Правда, появлялось ощущение, что Оле Лукойе не только приходил с этим своим зонтом, но и успевал меня им немного поколотить. Ну да от легкой ломоты в суставах и слабости никто не умирал. К большому сожалению, через 2 недели я заметила некоторые проблемы, которые со временем увеличивались в числе и степени абсурдности. Накопилась усталость. Я стала жить как в тумане. Соображала с трудом, иногда обнаруживала себя смотрящей стеклянными глазами в окно вместе того, чтобы думать и творить. С усилием подбирала слова при общении с людьми и иногда говорила совсем не то, что хотелось. Это было какое-то странное состояние, которое приходилось преодолевать и маскировать, при котором надо было тщательно подбирать слова, чтобы формулировать фразы. Как будто я под колпаком из толстого мутного стекла, и мне очень сложно донести свои слова и мысли до окружающих, чтобы они меня поняли и услышали. Через 2,5 недели от начала эксперимента я стала путать содержание своих немногочисленных снов с явью. К примеру, могла сделать работу, которую мне не поручали, или припереть из магазина пять пакетов молока, потому что якобы кто-то меня попросил это сделать. Исчезла критика к своему состоянию. Ни один стоп-сигнал не сработал в истории с пресловутым молоком. Запоздало осознав ошибку, я спрятала лишние пакеты в недра холодильника, каждый день варила какао, чтобы поскорее их израсходовать, и боялась, что их могут найти.

    Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу)… Вместе со всем этим мною владело ощущение какой-то лихорадочности, спешки и натянутого веселья. Да-да, я очень мало сплю и, возможно, хочу спать еще меньше! И я полностью контролирую ситуацию! И родители все время говорят, что в жизни надо больше трудиться. Так что я вообще ни при чем, все претензии к производителям! А потом как-то быстро и неожиданно пришла… Какой там наиболее удачный эвфемизм к слову на букву Ж? Срыв компенсации, в общем. Через месяц от начала практики.

     Окончание эпохи моего сознательно культивируемого безумия ознаменовалось приходом злой бессонницы. Когда наступало время законного отдыха, я ложилась в постель и не могла уснуть. Вообще никак. Да и попробуй усни в такой компании… Дело в том, что я таки вспомнила, почему в детстве так не любила ложиться спать. Как и пару десятилетий назад, уютная темнота еженощно превращалась в удушающую Тьму. Она открывала врата инфернального мира и заполняла мое жилище чудовищами. Они эпилептично трясли корявыми щупальцами, шумно обсуждали намерение сплясать на моей могилке и даже репетировали первые па… Нет, конечно, все было не так плохо. Просто каждая ночь до рассвета была полна леденящего ужаса и активной работы воображения.

    «Бессонница – это отражение собственного нутра в черном зеркале ночи…» — Виктор Гюго. Месье, да вы романтик! Бессонница – это страдание, оружие геноцида, гиперреалистичный зацикленный кошмар, от которого не можешь избавиться. В это время меня уже перестали беспокоить мысли о том, как меньше спать – наоборот, я решила спасаться, то есть вернуться к нормальному человеческому режиму. Но из-за бессонницы спать не получалось, ночной дип-психоз лишал сил и воли. Я, честно говоря, даже не могу вспомнить, как и в какое время я бодрствовала и спала следующие месяц-полтора. По большому счету, помню только тошноту от недосыпа и засевшее в голове нецензурное слово, означающее конец всего сущего. Вот тогда-то мне и пришлось обратиться за помощью к сомнологии. Так называется наука о сне. В общем-то, «пришлось» — не очень подходящее слово. Скорее, тут можно сказать «случилось», т.к. это была случайность). Впрочем, неважно. Мне пришлось (или случилось) пересмотреть свое отношение к сну, жизни, труду, отдыху, режиму и смириться с мыслью, что я полная ду мало спать и высыпаться – это, конечно, можно, но такой праздник жизни долго не продлится. Справиться с проблемой удалось без серьезных последствий.

     Конечно, восстановить нормальный режим было очень проблематично. Еще примерно месяца три даже при нормальной продолжительности сна меня мучили дневная сонливость и отвратительное настроение. Потом был неприятный и неожиданный депрессивный эпизод… Сейчас все это далеко позади. Я не позволяю амбициям себя поработить и стараюсь спать не меньше 6 часов в сутки. Когда я вижу, что на часах два-три часа ночи, я смеюсь от счастья и бегу в спальню – точно так же, как моя кошка смеется и бежит на кухню при звуках насыпаемого в миску корма.    

    Мечтаю о времени, когда дел будет мало, а отдыха – много, но до пенсии еще двадцать лет. Уважаемые трудяги! Вместо того чтобы планировать, как меньше спать, лучше постарайтесь больше делать на протяжении дня. Есть множество простых решений, уменьшающих расход времени на быт и всяческую рутину. Этим надо пользоваться. А пытаться мало спать – да ну его, замучаешься потом лечиться. И еще один совет родственникам трудовых маньяков. Не позволяйте им такого с собой делать. Они могут улыбаться и говорить, что мало спать – легче легкого. Они могут живо общаться, сносно соображать и вполне успешно считать столбиком. Но знайте: в холодильнике, в ящике для овощей под морквой и капустой они прячут четыре лишних пакета молока. Они не ведают, что творят, и кто знает, чего от них ждать!