Я заглянул ей в глаза: стало ясно — она настроена решительно. Губы прошептали:
- Давай-же…
Непослушными пальцами я начал расстегивать ее кофточку, пуговка за пуговкой. Я не торопился, пытаясь прочуствовать каждую секунду. Но терпения на все пуговички не хватило, и я просто снял ее через голову. Теперь блузка… белоснежно-белая, сквозь которую все просвечивается… нет сил больше терпеть, хочется сорвать одежду, разорвать… но нельзя. Это игра.
Блузка летит на пол.. За ней облегающая короткая юбка. Небольшое усилие над защелкой, и, проведя руками по гладким плечам, снимаю лифчик. Она дышит часто и прерывисто, да и я уже заведен. На черные трусики уже не хватает сил: я их просто срываю: тонкая ткань легко поддается, и швыряю в угол. Остались черные колготки. Я смотрю на стройные ноги, которые выглядят в колготках еще стройней, и спрашиваю глазами:
- Может колготки оставить?
- Снимай! — говорит мне она.
Аккуратно скатываю одну, потом вторую, все… одежда на полу.
- Вот, -говорит она. — И больше мою одежду не одевай!