(1797 - 1828) 

  «Неоконченная симфония» си минор — одно из самых знаменитых произведений австрийского композитора Франца Петера Шуберта, посвященное любительскому музыкальному обществу в Граце. В 1824 были представлены две первые части.

   В 1865 венский придворный капельмейстер Иоганн Хербек, составляя программу концерта старой венской музыки, рылся в кипах забытых рукописей. В неразобранном архиве председателя Штирийского любительского музыкального общества А. Хюттенбреннера он обнаружил неизвестную ранее партитуру Шуберта. Это была си-минорная симфония. Под управлением Хербека она и прозвучала впервые 17 декабря 1865 в концерте венского Общества любителей музыки. 

  Франц Шуберт создавал Неоконченная симфонию на протяжении последних месяцев 1822. В эти годы Шуберт был уже широко известен в Вене как автор многих прекрасных песен и популярных фортепианных пьес, но как симфониста его никто, кроме самых близких друзей, не знал и ни одна из его симфоний не была публично исполнена. Новая симфония создавалась сначала в виде переложения для двух фортепиано, а затем уже — в партитуре. В фортепианной редакции сохранились наброски трех частей симфонии, а в партитуре композитор записал лишь две. Больше Шуберт к ней не возвращался, потому симфонию назвали: "Неоконченная"

  До сих пор продолжаются споры о том, является ли эта симфония действительно незавершенной, или Франц Шуберт полностью воплотил свой замысел в двух частях вместо общепринятых четырех. Две ее части оставляют впечатление удивительной целостности, исчерпанности, что позволяет некоторым исследователям утверждать, что композитор и не предполагал продолжения, так как воплотил свой замысел в двух частях. Однако сохранились наброски партитуры третьей части, по каким-то причинам оставленные в эскизе. Более того, среди музыки к пьесе «Розамунда», написанной в тот же период, существует антракт, написанный также в си миноре — тональности крайне редко употреблявшейся, — и по характеру имеющий сходство с традиционным симфоническим финалом. Некоторые исследователи творчества Шуберта склонны считать, что этот антракт вкупе с набросками скерцо и составляет обычный четырехчастный цикл.

   Это была не первая его симфония, оказавшаяся недописанной: до того, в августе 1821, он писал симфонию ми мажор, её считают Седьмой, партитура которой была написана эскизно. Вообще же создавать произведение, начинающееся в си миноре, а заканчивающееся в ми мажоре, во времена Шуберта было совершенно немыслимо.

  О жизни и творчестве выдающегося австрийского композитора Франца Шуберта в 1968 выпущен старый добрый советский телеспектакль "Неоконченная симфония".

Шуберт Калягина  очень органичен и обаятелен. И Ведерников проникновеннейшим образом поет за кадром

Несмотря на некоторую наивность и вполне естественную для своего времени и выбранного жанра дидактичность, фильм интересен. Впечатляет добросовестность авторов в передаче портретного сходства персонажей и их игра.

Вокальные партии: А.Ведерников, Е.Шумская, Г.Кузнецова, С.Яковенко.

  Мелодия первой части простая и выразительная, словно молящая о чем-то, интонируется гобоем и кларнетом. Взволнованный, трепетный фон и внешне спокойная, но наполненная внутренней напряженностью кантилена создают ярчайший по выразительности, типично романтический образ. Постепенно разворачивается лента мелодии. Музыка приобретает все более напряженный характер, доходит до фортиссимо. Без связующей, обязательной у венских классиков, отделенная только лаконичным переходом (тянущийся звук валторн) от главной, начинается побочная партия. Мягкую вальсовую мелодию непринужденно запевают виолончели. Возникает островок безмятежного покоя, светлая идиллия. Мерно покачивается, словно убаюкивает, аккомпанемент. Еще более светлый характер приобретает эта тема, когда ее подхватывают и переводят в более высокий регистр скрипки. Внезапно обрывается свободный, непринужденный напев-танец. После полной тишины (генеральная пауза) — взрыв оркестрового tutti. Снова пауза — и снова взрыв громового тремоло. Идиллия прервана, драма вступает в свои права. Бурно вздымаются сокрушительные аккорды, жалобными стонами отвечают обрывки аккомпанемента побочной темы. Она словно пытается пробиться на поверхность, но когда, наконец, возвращается, облик ее изменен: она надломлена, окрашена скорбью. В конце экспозиции все застывает. Возвращается, подобно неотвратимому року, таинственный и зловещий мотив вступления. Разработка построена на вступительном мотиве и интонациях аккомпанемента побочной партии. Драматизм усиливается, перерастая в трагический пафос. Музыкальное развитие достигает колоссальной кульминации. Внезапно наступает полная прострация. Обессиленные обрывки мотивов рассеиваются, остается звучать лишь одинокая тоскливая нота. И снова из глубины вползает вступительная тема. Начинается реприза. Кода, в традициях Бетховена, создана как вторая разработка. В ней — то же мучительное напряжение, пафос отчаяния. Но борьба окончена, сил больше нет. Последние такты звучат как трагический эпилог.

  Вторая часть симфонии — мир иных образов. Здесь — примирение, поиски иных, светлых сторон жизни, созерцательность. Как будто герой, переживший душевную трагедию, ищет забвения. Мерно звучат шаги басов (контрабасы пиццикато), на них накладывается простой, но удивительно красивый напев скрипок, мечтательный и задушевный. Неоднократно повторяясь, он варьируется, обрастает выразительными попевками. Кратковременный динамический взлет tutti — и вновь спокойное движение. После небольшой связки появляется новый образ: мелодия наивная и, вместе с тем, глубокая, более индивидуальная, чем первая тема, печальная, в теплых, напоминающий человеческий голос тембрах кларнета и сменяющего его гобоя, наполненная живой трепетностью. Это побочная партия лаконичной сонатной формы. Она тоже варьируется, приобретая временами взволнованный характер. Внезапно в ее плавном течении наступает перелом — она звучит драматично в мощном изложении всего оркестра. Но недолгий всплеск сменяется экспрессивным, насыщенным имитациями развитием: это краткая разработка, заканчивающаяся долгими аккордами струнных, таинственными зовами валторн и отдельных деревянных. Тонкая оркестровая звукопись подводит к репризе. В коде происходит затухание, растворение начальной темы. Возвращается тишина...                       

Л. Михеева

belcanto.ru›s_schubert_8.html