Если у вас есть определенный симптом, вы организуете свою жизнь так, чтобы подтвердить его. Вы уверены, что все люди сволочи, и просить – унизительно? Поздравляю, вы будете выбирать для контакта именно тех людей, что будут сволочить вам и унижать. А если, случайно, попадется другой, вы легко и по годами выученному шаблону организуете с ним контакт так, что даже самый сердобольный вам откажет и уйдёт. Люди, как правило, дают вам то, чего вы от них ждёте. Вы сами делаете так, чтобы они давали вам то, что вам нужно.


Моя бабушка никогда не просит, если ей что-то нужно. Она считает, что просить – унизительно, и все вокруг должны помогать ей без всяких просьб. Поэтому, когда ей нужна помощь, она молча сидит и ждет, что помощь придет. Ни я, ни мои родители, ни двоюродные братья, ни тёти, ни дяди не умеем читать мысли – такая семейная особенность. Поэтому нам часто бывает очень сложно догадаться о том, что бабушке, которая об этом не сообщает, нужна какая-то помощь.

Мы живём себе как обычно, занимаясь своими делами, бабушка тем временем чахнет от мнимой беспомощности и ожидания. Никто, ничего не зная, не приходит, и бабушка – как вы думаете, что? – конечно же, начинает злиться. И вот только на этом этапе мы узнаём, что ей нужна была помощь. Когда злость накапливается до таких размеров, что ее становится невозможно сдерживать, бабушка звонит кому-нибудь из нас и сообщает, что мы - сволочи. Мы не любим, когда нас называют сволочами. Бабушка, в который раз удостоверившись в том, что мы – действительно сволочи, и снова подтвердив свою картину мира, убеждается, что просить действительно некого, да и унизительное, не королевское это дело – просить о помощи сволочей.

Так, на примере моей пограничной бабушки мы легко можем видеть, как работает теория поля. Если у вас есть определенный симптом, вы организуете свою жизнь так, чтобы подтвердить его. Вы уверены, что все люди сволочи, и просить – унизительно? Поздравляю, вы будете выбирать для контакта именно тех людей, что будут сволочить вам и унижать. А если, случайно, попадется другой, вы легко и по годами выученному шаблону организуете с ним контакт так, что даже самый сердобольный вам откажет и уйдёт. Люди, как правило, дают вам то, чего вы от них ждёте. Вы сами делаете так, чтобы они давали вам то, что вам нужно.

Моей бабушке нужно знание, что она – жертва, другие – сволочи, она его получает. Жаль, конечно, что не осознает ничего, но как же ей теперь уже помочь, учитывая ее пограничность, наши родственные связи и её возраст. Увы, никак.

И, в завершение, чуть подробнее о процессе моей бабушки. Бабушка прерывает контакт проекцией – она возлагает на других свою собственную ответственность заботиться о себе. Она свято верит в то, что эта ее обязанность, на самом деле, принадлежит нам, и искренне недоумевает, почему мы ее не выполняем. Еще бабушка, конечно, ретрофлексирует. Свои переживания она удерживает до тех пор, пока шарик не лопнет. За этим, кстати, обычно следует очередное длительное молчание. Обиделась как бы.

/Алиса Аплекаева/

У моей мамы похожая история. За исключение того, что она, в конечном итоге, просит.
Хорошо, когда человек просит, но просить можно по разному. Моя мама точно придерживается странных, на мой взгляд, интроектов: "мужчины должны", "мужчины сволочи", "дети должны, а если не делают, то сволочи". Я попадаю, черт возьми, во все эти три интроекта: я определенно мужчина, для нее дите и определенно не разделяю ее должествований.

Так вот, исходя из своих интроектов мама тоже ждет, что я прочту ее мысли и начну их воплощать. Причем сколько я себя помню, я получал именно за то, что не делал/делал то, о чем она знала, хотела, но молчала. То есть я сначала получал по башке потому что так делать нельзя, а уж потому узнавал, что нельзя. Ну с интроектами все просто, а вот дальше... Дальше вот что: допустим мама хочет, чтобы я помог ей помыть пол. В принципе, не сложная ситуация - попроси. Но! Просьбы моей мамы - это шедевр:

- Коля, почему ты не помогаешь мне по дому?
- Ма, ты вот сейчас чего от меня хочешь?
- Я хочу сказать тебе, что я всю неделю убираюсь, а ты в выходные не можешь помыть пол.
- Ма, а откуда я знаю, что его надо помыть?
- Это же естественно - он грязный!
- Но по моим меркам он еще вполне нормальный! Если ты хочешь, чтобы я его помыл, потому что он грязный для тебя, просто попроси меня.

Далее идет просьба:
- Коля, матери полтинник, она пашет как вол (о себе в третьем лице), корячится-работает, у меня уже здоровье не позволяет так пахать! И я еще вынуждена за всеми убирать в доме! Дети должны помогать родителям, и я всего лишь хочу чтобы пол был чистым! Поэтому помой, наконец, уже, пол!

Так выглядит ее просьба. Не важно что и где он просит - сначала идет длительный список причин, почему надо исполнить ее просьбу. Возбудить вину и застыдить - это само собой.
Откуда это? В данном случае, на стадии формирования той структуры характера, которая отвечает за потребности, маме приходилось доказывать (эмоционально, естественно), что ей что-либо действительно нужно. Ребенок вырос, а паттерн доказывать право на удовлетворение потребностей остался. Обычно, во время такого разговора, мама смотрит не мигая куда то сбоку от меня. Мне очень интересно кого же он там "видит" и просит.

Так что, уважаемые френды, обращайте внимание на то как вы просите. А то можно попросить стакан воды, а получить от человека в глаз и прослыть сволочью:)

Николай Павлов