Пользуясь случаем я хотел бы поставить перед участниками сообщества следующий вопрос. Как вы относитесь к тем изменениям концепта Анимы\Анимуса наблюдаемыми в современном, в особенности американском юнгианстве?
Поясню. В юнгианской традиции, Анима относится к женской составляющей мужчины, а Анимус – к мужской составляющей женщины. В большинстве типичных случаях, Анима представляет чувства а Анимус – мышление. Однако учитывая юнговскую типологическую модель, мы вполне можем говорить что в определенных случаях эти знаки могут меняться (скажем в случае экстравертного мышления у женщины её Анимус очевидно будет носить качества интровертного чувства). Казалось бы – на этом можно было сохранить в целостности концепт.
Однако современное постъюнгианства в угоду духу времени продолжает «размывать Юнга» (слова Герхарда Адлера). Во первых, объявлено что Анима и Анимус есть и у мужчины и у женщины (с целью окончательно размыть гендерные границы). Во вторых, подвергается сомнению Юнгианская концепция архаичного Анимуса дескать это неполиткорректно и сексиски (а то что в традиционной концепции эта идея уровновешивается архаичной Анимой у мужчины никто не замечает). Наконец, простая диалектика двух женских образов – Анимы и Великой матери размывается все больше в сторону матриархализации, уроборические качества Великой матери все больше игнорируются в соответствии с экофемнизмом.
А самое худшее в том, что Юнгианство, которому положено быть Традицией и как традиции иметь отношение к универсалиям, начинает «размываться» в соответствии с разными душками времени, что на мой взгляд неприемлимо. Нормально, когда Юнгианство отзывается на вызовы и веяния нового времени и осмысляет их с позиции исходной традиции. Но отвратительно, когда Традиция подстраивается под эти самые веяния.
В общем предлагаю обсудить наше понимание Анимы и Анимуса (тем более у меня по ней в субботу лекция), и обозначить границы юнгианского подхода.