Ооо, я преклоняюсь перед Байроном! Прочитав полторы песни Дон-Жуана, я уже оценила его прекрасный слог и юмор. Конечно же, и Гнедич просто гений, что сделал такой отменный перевод.
Читаю с карандашом в руках. Все, что я прочитала, уже погрязло в пометках :) Ну, что поделаешь, после уроков литературы и чтения "Евгения Онегина" у меня осталась привычка помечать все, что мне нравится, помечать мысли автора, его мнение, ну и естественно делать пометки, где описание героев или просто выделять понравившееся строфы. Не вижу в этом ничего плохого, даже наоборот.
"Дон Жуан" будет моей настольной книгой, о да! Потрясающее произведение! Я ожидала чего угодно, но только не этого - действительность превзошла все ожидания.
Хочу привести несколько цитат.
В дни юности, далекой от порока,
Влюбленность безыскусна и чиста:
Сперва целуют руку, после щеку,
А там, глядишь, - встречаются уста.
Я это говорю не для упрека,
Я верю, что невинна красота,
Но если нарушают меру эту, -
Моей вины, читатель, в этом нету!
На севере любовников не судят,
Но с них берут порядочный налог
Судейские, признавшие недаром,
Порок довольно выгодным товаром.
Приятно наслаждаться наслажденьем,
Хотя оно чревато, говорят,
Проклятьем ада. С этим убежденьем
Стараюсь я уж много лет подряд
Исправится, но с горьким сожаленьем
Я замечаю каждый листопад,
Что грешником я оказался снова,
Но я исправлюсь - я даю вам слово!
А вы бы, дон Альфонсо, попросили,
Чтоб этот сброд из комнаты ушел:
Антонии, я вижу, стыдно тоже!
(Та всхлипнула:"Я наплюю им в рожи!")
Но, право, никому в шестнадцать лет
Раскаянье не причиняет боли,
И лишь за шестьдесят и бес и бог
Подводят нашим шалостям итог!
Покоем, честью и спасеньем
Пожертвовала страсти. Кто поймет,
Что это я пишу не с огорченьем?
В судьбе мужчин любовь не основное,
Для женщины любовь и жизнь - одно,
В парламенте, в суде, на поле боя
Мужчине подвизаться суждено.
Он может сердце вылечить больное
Успехами, почетом, славой, но
Для нас одно возможно излеченье:
Вновь полюбить для нового мученья!
О Юлия! (А тошнота сильнее.)
Предмет моей любви, моей тоски!..
Эй, дайте мне напиться поскорее!
Баттиста! Педро! Где вы, дураки?..
Прекрасная! О боже! Я слабею!
О Юлия!.. Проклятые толчки!..
К тебе взываю именем Эрота!"
Но тут его слова прервала... рвота.
Корабль, конечно, плыл еще куда-то,
Но по сравненью с уткой - плоховато.