Это истории брата и сестры, которые прожили свои жизни вдали друг от друга, не общаясь друг с другом, но ставшими знаменитостями: он — серийным убийцей, она — знаменитой актрисой и танцовщицей. Объединила их криминальная история. Каждого — своя.

I. ТЕОДОР ДЮРРАН — «ПРИЗРАК С КОЛОКОЛЬНИ»



 В хронологическом порядке, первым должен стать Теодор Дюрран, Тео, как называли его друзья. На первый взгляд, Уильям Генри Теодор Дюрран был кротким и приятным юношей, уважаемым прихожанином церкви и студентом-медиком. Он родился в 1871 г. в Торонто, Канаде, в семье сапожника Уильяма Дюррана и Изабеллы Хатченсон Дюрран. В 1878 г. семейство Дюрран эмигрировало в Сан-Франциско, Калифорния, США.
Теодор Дюрран поступил в медицинский колледж Купера, посещал баптистскую церковь, в которой занял должность помощника воскресного учителя, а также часто помогал в хозяйственных нуждах — чинил скамьи, штукатурил трещины на стенах, менял протекающие трубы. Он вел обычную, ничем не примечательную жизнь, и никто не мог предположить, каким ужасным и удивительным образом она закончится.


Тюремное фото Тео Дюррана

Тео и Бланш

 Бланш Ламон, 18 лет от роду, была воплощением женственности и сексуальности, как их представляли в конце XIX века. Вероятно, она была очень рада, когда привлекательный молодой человек, 24-летний Тео Дюрран, помощник суперинтенданта воскресной школы, обратил на нее внимание. Он казался настоящим джентльменом — учтив и внимателен к дамам независимо от их возраста. Будущее студента-медика рисовалось более чем успешным.


Бланш Ламон

 Бланш в свою очередь также могла скрасить жизнь любого джентльмена. Современники отмечали красоту девушки. Она родилась в Монтане, но жила с дядей и тетей возле церкви в Сан-Франциско. Она была молода, но не наивна. Она сознавала, что привлекательна и старалась поддерживать себя в форме, чтобы при первой возможности воспользоваться тем, чем наделила ее природа. Она хорошо училась, и уже сама начала преподавать в средней школе, через дорогу от медицинского колледжа Купера.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что, познакомившись на трамвайной остановке, в 3 апреля 1895 г., молодые люди обратили внимание друг на друга. Вот только Бланш не знала, что судьба свела ее со своим убийцей.

Днем Дюрран и Бланш встретились в церкви. Но их желания были далеки от отправления религиозного обряда. Среди многих молодых людей того времени церковь являлась удобным местом для свиданий.

Спустя несколько часов после этого в церковь пришел руководитель церковного хора преподобный Джордж Кинг. Он хотел настроить орган для предстоящего богослужения и немного порепетировать. Его встретил встревоженный Тео, который выглядел чуть бледнее обычного. Священник предложил ему прогуляться до аптеки и купить ему тоник, полагая, что прогулка пойдет помощнику на пользу. По возвращении Тео Дюрран казался вполне нормальным, его настроение заметно улучшилось. Кинг принял напиток и отпустил Дюррана до вечернего молебна.



Кинг продолжил музицировать, но он не догадывался, что над ним, в колокольне, лежит обнаженный труп молодой женщины. После убийства Бланш, Дюрран подпер ее голову деревянными брусками, как его учили в медицинском колледже, и сложил ее руки на груди, будто перед погребением. Он оставил колокольню через редко использовавшийся люк, оставив мертвую Бланш среди пыли и мух.

Вечером Дюрран вернулся в церковь. На молебне он видел миссис Трифену Нобл, тетю Бланш. И даже разговаривал с ней. Она была расстроена, так как племянница не вернулась с занятий и ее отсутствие очень встревожило ее. Тео сказал, что он принес для Бланш книгу, которую намеревался прочесть вместе с ней, и очень сожалеет, что «она не с нами».

Подозрения

 По неизвестным причинам Трифена Нобл ждала три дня, прежде чем обратиться в полицию. Особой интриги не было — полицейские сразу обратили внимание на последнего знакомого девушки, Тео Дюррана. Также, не составило особого труда выяснить, что между молодыми людьми возникли близкие отношения. Более того, следователям удалось проследить путь Бланш до самой церкви в тот злополучный день — по меньшей мере три свидетеля видели ее в обществе Тео. И один из них абсолютно четко идентифицировал его с мужчиной, который открывал перед девушкой дверь в церковь.



Но незыблемый принцип «нет тела — нет дела» никто не отменял. Основания для предъявления обвинений в убийстве отсутствовали. Основной версией следствия стало исчезновение. Тео и сам поддерживал эту теорию. На допросе он заявил, что, по его мнению, Бланш могла отвернуться от Бога и сбиться с праведного пути. А в разговоре с миссис Нобл он развил свои предположения, сказав, что Бланш могли похитить и даже принудить к занятиям проституцией. И он многое отдал бы, чтобы не допустить этого.

В то же время, стало известно, что Тео пытался заложить в ломбард некоторые ювелирные украшения, которые могли принадлежать Бланш Ламон, однако он не смог сойтись в цене. Вскоре после этого, миссис Нобл получила по почте конверт, где находились три кольца ее племянницы. Они были завернуты в бумагу с вензелем преподобного Джорджа Кинга, руководителя церковного хора. И снова это ничего не доказывало, хотя и усиливало подозрения.

Между тем время шло, Тео почувствовал себя в безопасности и обратил внимание на другую прихожанку церкви, молодую леди Минни Уильямс. Вечером Страстной пятницы, 12 апреля 1895 года, она попрощалась в пансионе, где жила, с друзьями и направилась на церковную службу. Около семи часов вечера ее видели разговаривающей с Тео Дюрраном. Разговор проходил на повышенных тонах. Пара о чем-то ожесточенно спорила. Их видел человек по фамилии Ходжкин. Он даже остановился и вступился за девушку, подумав, что разгоряченный молодой человек может причинить ей вред. После того, как прохожему показалось, что мир восстановлен, он отправился своей дорогой, а Дюрран и Минни скрылись в дверях церкви.

Между тем, будучи членом Калифорнийских войск связи, предшественников Национальной гвардии, Тео Дюрран покинул Сан-Франциско в субботу, 13 апреля, чтобы принять участие в сборах в бивуаке на горе Диабло.

Минни Уильямс

 Во время подготовки к пасхальной службе некоторые из прихожанок церкви собрались, чтобы украсить скамьи цветами. Работа не трудная и не должна была занять много времени. Спустя некоторое время несколько дам решили отдохнуть в библиотеке. В поисках чашки, одна из них заглянула в шкаф, и закричав от ужаса, упала в обморок. Женщины подбежали к ней и увидели, что в шкафу находится обнаженный женский труп. Не в силах вынести этого зрелища, все бросились на улицу за помощью.

Наконец на место обнаружения тела прибыла полиция. Убитой оказалась Минни Уильямс. Ее запястья были связаны, горло перерезано, на груди многочисленные ножевые ранения. Нижнее белье девушки было использовано в качестве кляпа. Убийца действовал уверенно и жестоко. Раны на руках были настолько глубоки, что поврежденными оказались не только артерии, но были перерезаны даже сухожилия. При детальном осмотре колотых ран выяснилось, что, по-видимому, убийца использовал столовый нож з закругленным лезвием, который нашел здесь же, в церкви. Также, во время исследования тела была открыта еще одна важная деталь: убийца изнасиловал Минни после ее смерти.


Минни Уильямс

 Изучив образ жизни Минни, ее знакомства и времяпрепровождение незадолго до смерти, полицейские следователи сосредоточились на фигуре молодого студента-медика, служителя церкви Теодора Дюррана. К тому же, от внимания полиции не ускользнул факт знакомства Дюррана с Бланш Ламон, чья судьба уже две недели оставалась неизвестной. Учитывая, что убийца не проявил изобретательности, спрятав тело в церкви, было решено осмотреть каждый ее уголок в расчете на то, что он поступил аналогичным образом и с телом Бланш.

Ужасная находка

 Несмотря на подозрения, власти без особого энтузиазма отнеслись к идее, что преступник мог спрятать тело Бланш непосредственно в храме. Во-первых, со времени ее исчезновения прошло не так много времени. А во-вторых, прятать тело в церковном храме накануне Пасхи —  верх неосмотрительности и неоправданный риск. Тем не менее, без надежды на многое, полиция приступила к поискам. Результата не было до тех пор, пока кто-то не вспомнил о колокольне. Ее башня давно не использовалась по назначению и была декорацией. Ни у кого не было повода бывать там без особой причины.

Поднявшись наверх, полицейские почувствовали, что они на верном пути. Они сразу обратили внимание на то, что с петель люка, которым давно никто не должен был пользоваться, осыпалась ржавчина. Открывая люк, они почти были уверены, что найдут за ним. И ожидания оправдались. Как только они проникли внутрь, их встретил запах смерти и жужжание мух.

Когда глаза привыкли к темноте, свет фонаря выхватил из чердачного сумрака раздувшийся, уже начавший разлагаться, труп Бланш Ламон. Тело было обнажено, на лице застыла гримаса, в раскрытом рту сверкали белые зубы.


Обнаружение тела Бланш Ламон

 Известие о находке распространилось быстро, и вскоре возле церкви уже собралась большая толпа людей. На следующее утро местные газеты написали о Теодоре Дюрране, как о главном подозреваемом, и тут же начались его поиски. Так как его местонахождение было известно, не составило труда направить телеграфное сообщение в расположение воинской части у подножья Диабло, и направить туда детективов из Сан-Франциско. К вечеру того же дня Тео Дюрран был задержан.

Известие о поимке убийцы двух невинных девушек всколыхнуло волну гнева, подпитывавшуюся газетными статьями. Возбужденная толпа Рыбацкой пристани встречала паром, на котором доставили в Сан-Франциско арестованного Тео Дюррана. Полиции стоило немалых усилий, чтобы не допустить самосуд.

Суд над убийцей

 Суд начался осенью 1895 года и оставался на первых полосах газет не только Сан-Франциско, но каждого крупного города в стране, до самого финала. Как и многие другие жестокие убийцы, несмотря на жуткие подробности содеянного, Тео Дюрран обрел даже некоторое количество поклонниц, от которых, помимо цветов и пропитанных духами записочек, он получил предложения руки и сердца. Тео по-джентльменски был галантен с ними, улыбался и слал воздушные поцелуи. Казалось, он наслаждался своим новым положением, не сознавая, впрочем, что оно продлится ровно столько, сколько будет продолжаться судебный процесс.


Дюрран на судебном процессе

В то время как прокурор считал, что дело надолго не затянется, сторона защиты все же предприняла попытку внести некоторую сумятицу в стройную версию обвинения. Адвокат Тео неожиданно предпринял попытку вызвать подозрения в адрес пастора церкви, преподобного Джона Джорджа Гибсона, который, в силу своего положения, как никто другой, проводил много времени в церкви и имел доступ в любое помещение.


Первое фото Дюррана после ареста

 Также они отмечали, что у Дюррана не было найдено крови. Ни на нем самом, ни на его одежде; как и не было признаков, что он уничтожил какую-либо одежду. Обвинение парировало этот аргумент предположением, что Тео мог быть просто нагим в момент совершения убийств.

Врачи, проводившие экспертизу душевного состояния Дюррана, хотя и признали его «моральным идиотом», но не отвергли его способности отвечать за свои поступки.

Жюри присяжных не понадобилось много времени для того, чтобы признать Тео виновным, а судье отправить его на виселицу. Это произошло после трех недель судебных заседаний. Однако до финала было еще далеко.

Защита Тео Дюррана не пыталась оправдать действия своего подзащитного психологическими теориями, объясняя преступления семейными проблемами и параноидальным психическим расстройством. Они просто заявляли о невиновности, оспаривая имеющиеся свидетельства, говоря, что у Дюррана имелось достаточно причин для того, чтобы встречаться с девушками, бывать в церкви, но это не означало, что он был убийцей. Адвокаты затеяли долгую и изнурительную борьбу за жизнь подзащитного при помощи многочисленных апелляций. Она растянулась на три года.

«Невинный мальчик»

 Однако адвокаты не учли одно обстоятельство, и в этом была их ошибка. Они не только «разозлили» обвинение, заставив его трудиться на совесть, но и предоставили для этого достаточно времени.


Тео Дюрран: путь на виселицу

 За это время выяснилось множество подробностей жизни Тео Дюррана, которые в итоге привели его на эшафот. Не только распущенной сексуальной жизни и пьяных дебошей на побережье Барбари, но, главным образом, обстоятельства совершенных им убийств.

Опрос десятков свидетелей позволил проследить его встречи с обеими девушками практически поминутно. И все указывало на то, что именно с ним они общались до самого последнего момента, после которого их настигла смерть. Кроме того, в квартире Тео Дюррана был обнаружен кошелек его второй жертвы Минни Уильямс, спрятанный под одеждой на дне сундука. Восстановило следствие и обстоятельства убийств. Они и шокировали присяжных и общественность.

Вскрылись многочисленные факты непристойного поведения Дюррана в церковных стенах — он не раз обнажался перед молодыми женщинами в библиотеке прямо во время богослужения. Священникам доносили об этом, но они почему-то решили, что информация не заслуживает внимания, досужие домыслы, не более.

На первую жертву, Бланш Ламон, Дюрран напал, как только они уединились в церкви. Он начал срывать с нее одежду. Девушка закричала, и тогда он убил ее. После этого он затащил труп Бланш на колокольню, где изнасиловал его. Подложив под голову деревянный брусок и сложив руки убитой девушки на груди, Дюрран покинул место преступления.

С Минни Уильямс вышло по-другому. Познакомившись, они встречались в библиотеке, имели традиционные сексуальные отношения, но, «повинуясь темному чувству», Дюрран не смог устоять и также убил ее, после чего изнасиловал. В этот раз он спрятал тело там же, в церковной библиотеке, рассчитывая позднее переместить его, но нет успел. Труп был обнаружен прихожанками.

Очередной суд, Верховный в этот раз, оставил первоначальный приговор в силе, и назначил дату исполнения смертного приговора, январь 1898 года.

Утром перед казнью Дюрран оказался исповедаться, продолжая настаивать на своей невиновности. Уже на виселице Дюрран попытался провозгласить речь, что-то о «невинном мальчике, идущем на смерть», но палач не был намерен слушать его пространные изъяснения, как и гудящая толпа, требовавшая скорейшего возмездия для преступника. Но даже после того, как белый мешок был накинут на голову Теодора, и петля опустилась на его плечи, из-под капюшона продолжал звучать его приглушенный голос. Последние слова, которые удалось услышать тем, кто был рядом: «Я прощаю их, как жду, что буду прощен за то, что я сделал». Очевидно, это было его признанием. Мы не знаем, мог ли он сказать еще что-либо, так как рычаг виселицы был нажат палачом, и Дюрран с петлей на шее провалился в люк.

Финальным эпизодом этой истории стало странное поведение родителей Теодора, которое, вероятно, многое способно объяснить в появлении Монстра, но в то время люди описывали это, не более как удивительную странность. Во время казни Теодора, его родители, Уильям и Изабелла Дюрран, сидели «в первом ряду» взявшись за руки, и странно улыбались, глядя как их сын болтается на веревке.

Когда все было кончено, тело Теодора в деревянном гробу было передано родителям. Надзиратель решил проявить учтивость, и поинтересовался, не голодны ли они. К его удивлению, Уильям и Изабелла согласились. Картина их обеда в маленькой комнате, где рядом со столом стоял гроб с телом их казненного сына, обошел все газеты. Они ели ростбиф и вареный картофель. Миссис Дюрран несколько раз взглянула на мертвого сына с почерневшим лицом и опухшим языком, а потом попросила у мужа еще кусочек мяса.


«Странный» обед

Преступления Теодора Дюррана оказались настолько отвратительны, что власти Сан-Франциско отказали захоронить его тело на городском кладбище. Родители кремировали его тело и без излишней огласки захоронили прах в Лос-Анджелесе.

Согласно общепринятой классификации, серийным убийцей считается человек, совершивший три, и более убийств. Теодор Дюрран убил дважды. Однако все исследователи сходятся в одном: в лице Дюррана полиция Сан-Франциско столкнулась с настоящим сексуальным хищником, чей почерк и преступное поведение только начинали формироваться, и его удалось остановить.

В скором продолжении — рассказ о сестре Теодора Дюррана, Мод Аллан (Дюрран), известной пианистки, танцовщицы и актрисы, с именем которой также связана нетривиальная криминальная история.