Мама – раз, Андрюшкина мама – два, сам Андрюшка (больше всех и каждый день) – три. Всю зиму пытались Лидку одеть, утверждали, что ребенку холодно, и каждый раз (когда присутствовали на купании), утверждали, что я снова сделала ребенку «ледяную воду». Трое на одного. С шапочками, точнее, с их отсутствием в квартире, я победила, с носочками – победили они. Правда, у Лидки, действительно, ноги все время холодные. У меня, между прочим, тоже всегда холодные, и это не значит, что я обязательно замерзла, ну да ладно. С водой вроде бы тоже победила я, только к концу третьего месяца, и то «ледяная вода» означает, что она, во-первых» ниже сорока, во-вторых, дай Бог, не выше 35 градусов. Когда еще ниже, то я обвиняюсь во всех смертных грехах, что «сама-то я в такой не купаюсь» и что «начиталась дурацких книжек». Я и правда начиталась, только не дурацких. Комаровского, например. На мои доводы, что мамашки в инете купают и при 30, и ничего, даже хорошо - ребеныш больше колбасится, потом лучше спит, заодно закаляется, мне говорят, что (простите пожалуйста) «дуракам закон не писан».
Теперь у нас «вторая часть марлезонского балета». Прикорм называется. Андрюшик: «Сама бы одно молоко ела – я бы на тебя посмотрел». Я ругаюсь, что до 6 месяцев ничего не дам, что мое молоко вкуснее и полезнее. Моя мама: «А тебе мы в три месяца соки давали» и «Да вон у нас в подъезде Антошку в два месяца жиденькой манной кашей кормят – ему очень нравится». Я в ответ начинаю злиться и ворчать, что манную-то кашу до года лучше вообще не давать. Аргументировать толком не могу, потому что не помню точно почему, вроде бы что-то там в ней содержится, что может быть вредно для кишечника. Но точно помню, что до 8 месяцев нельзя. Не хочу сказать, что все прямо-таки настаивают. Андрюшка только велит все время спросить у педиатра и у невропатолога. Те, слава Богу, сказали «ну куда вы торопитесь?!», что если уж очень хочется, то с 5 месяцев соки и овощные пюрешки. Мне вот не хочется.
Еще моя мама очень любит дать Лидке что-нибудь лизнуть: курочку, зефиринку… Говорит: «На скорей пока мама не видит». Сил моих Анкиных нет!