Разговариваю по телефону. Рядом Лидуша играет в «снять с ляли туфельки и носочки и зашвырнуть за диван». Потом начинает мне довольно так говорить: Деда, деда. Я, не поворачиваясь, возражаю, что это я не с дедой разговариваю, а с тетей Ирой. А Лида все: Деда и деда! Я уж ничего не говорю – пусть будет деда. Ненароком поворачиваюсь к ней и вижу жуткое зрелище: она вся в жирном креме, и волосы, и щеки, и руки, и одежда, плюс полный рот набит. И жрет она тенториумский крем, называемый нами «дедушкин» - вот почему «деда».
Вообще она его уже второй раз поедает. Он в принципе и внутрь используется, поэтому не так страшно. Хотя она его заглотила убойную дозу – полбанки. Зато может быть от этого ночью спала замечательно – уже давно такого не было, а еще от намазываний все укусы мошек почти прошли.