Классе в седьмом или восьмом мы с родителями поехали в дом отдыха на Новогодние праздники. Несем сумки от автобуса к корпусу, и тут я нос к носу встречаюсь… Именно! С Колгановым.
К тому времени он уже не учился в нашем классе – его отправили от греха подальше - в вечернюю. Он почему-то мне обрадовался и, как-то меня не спрашивая, начал руководить моим времяпрепровождением и отдыхом. "Сейчас будет дискотека, - говорил он, потом мы пойдем гулять, а завтра пойдем кататься на лыжах…" Я обалдела и послушалась.

Моя мама Колганова не любила и как-то опасалась его. Называла непутевым и смотрела на него плохо. Несмотря на этот взгляд Колганов ей улыбался до ушей и здоровался: "Здрасьте, теть Люд!" Мама, будучи воспитанной, тоже с ним здоровалась. Потом вздыхала.
Колганов мне не нравился – ни красоты, ни ума. Но он был первым, кто проявлял ко мне интерес и ни капельки его не стеснялся. Говорил мне комплименты и водил гулять по снежному лесу, говорил, что ресницы у меня как у Снегурочки (они от мороза покрывались инеем) и врал, что шапка у меня красивая и мне идет. Вообще он умел самозабвенно вешать лапшу на уши относительно всего: что он собирается покупать машину, что работает на "ГАЗе" (почему-то с гордостью), что на него напали какие-то отморозки, а он всем им навтыкал, что его папа летчик может что хочешь привезти из-за границы (в качестве неоспоримого факта угощал жвачками). Я распускала уши и всему верила.
Вечером сидели у него в номере, по сто раз слушали одну и ту же песню "А сердце бьется, как машина адская, когда держу в руках твою ладонь". Колганов пытался меня поцеловать – мне было ужасно противно и я сопротивлялась. Ну, не нравился он мне. При этом я почему-то не уходила. Правда, позвала к нам сидеть брата Ромку - при нем ко Колганов вел себя прилично.
На следующий день мне как-то совсем расхотелось видеть этого дурацкого Колганова, и я весь день от него скрывалась. Стук в дверь - я лезу в шкаф и делаю маме знаки, что меня здесь нет.
- А она ушла на лыжах кататься, - неумело врет она.
- Так вот же лыжи стоят.
Мама краснеет и говорит, что тогда не знает, где я.
Когда он меня все-таки застал в номере. Я изобразила "самого больного в мире человека", заявила, что у меня приступ вегето-сосудистой дистонии, и что никуда я не пойду.
Весь Новый год я как-то с отвращением принимала его ухаживания, танцевала с ним на пионерском расстоянии и, хоть он и звал остаться в Доме отдыха на все оставшиеся каникулы – якобы он уже обо всем договорился, я отказалась. Вместо меня остался Ромка.

Когда Колганов вернулся в Нижний, явился ко мне в гости, сообщил, что скучал и позвал гулять. Я отказалась и заявила, что мне нужно учить уроки и вообще мне с ним не интересно. Колганов обиделся. Пару лет мы с ним не виделись.

Продолжение следует.