Цитата сообщения Сим Запорожцы пишут письмо турецкому султану

Возможно завтра мне предстоит отправиться в Харьков... Если таки поеду, то одна из целей моего путешествия будет посещение Харьковского государственного музея. Именно там висит один из первых, черновых вариантов картины, входящей в список моих самых любимых картин - работа Ильи Ефимовича Репина "Запорожцы пишут письмо турецкому султану". Часами я готов перед ней сидеть, всматриваться в лица казаков, ловить вибрации разнголосого смеха...



О этой картине, ее вариантах, прототипах персонажей и натурщиках, а так же о произведениях, созданных на ее основе я и решил написать небольшой пост. Вообще информации о этой работе в интернете достаточно много. Я лишь собрал и оотредактирова разные источники....

История письма казаков султану

История этого письма такова. В 1667 году было заключено соглашение с поляками о тринадцатилетнем перемирии. По этому договору Левобережная Украина стала принадлежать России, а правобережная оставалась у Речи Посполитой. Правобережная Украина заключила мир с Турцией. Но этого не хотело большинство казаков, и они продолжали совершать набеги на турецкие поселения и караваны. В 1675 году турецкий султан Мухамед IV предъявил запорожцам нечто вроде ультиматума:

«Я, султан и владыка Блистательной Порты, сын Мухаммеда, брат Солнца и Луны, внук и наместник Бога на земле, властелин царств Македонского, Вавилонского, Иерусалимского, Великого и Малого Египта, царь над царями, властитель над властелинами, несравненный рыцарь, никем не победимый воин, владетель древа жизни, неотступный хранитель гроба Иисуса Христа, попечитель самого Бога, надежда и утешитель мусульман, устрашитель и великий защитник христиан, повелеваю вам, запорожские казаки, сдаться мне добровольно и без всякого сопротивления и меня вашими нападениями не заставлять беспокоиться.
Султан турецкий Мухаммед IV.»

Казаки же написали султану ответ... В интернете есть три разных варианта, я привожу так называемый "украинский", потому что он мне нравится более всего. Текст и так понятен, а некий колорит сохранен:

"ОТВIT ЗАПОРОЖЦIВ МАГОМЕТУ IV.
Запорожские казаки турецкому султану! Ти, султан, чорт турецкий, i проклятого чорта брат i товарищ, самого Люцеперя секретарь. Якiй ты в чорта лыцарь, коли голою сракою ежака не вбъешь. Чорт высирае, а твое вiйско пожирае. Не будешь ты, сукiн ты сыну, сынiв христiянських пiд собой маты, твойого вiйска мы не боiмось, землею i водою будемо битися з тобою, распро#б твою мать. Вавилоньский ты кухарь, Макидоньский колесник, Iерусалимський бравирник, Александрiйський козолуп, Великого и Малого Египта свинарь, Армянська злодиюка, Татарський сагайдак, Каменецкий кат, у всього свiту i пiдсвiту блазень, самого гаспида внук и нашего х$я крюк. Свиняча ты морда, кобыляча срака, рiзницька собака, нехрещений лоб, мать твою въ#б. От так тобi запорожцi виcказали, плюгавче. Не будешь ти i свиней христiанских пасти. Теперь кончаемо, бо числа не знаемо i календаря не маемо, мiсяц у небi, год у кнызи, а день такий у нас, який i у Вас, за це поцелуй в сраку нас!

Пiдписали: Кошевой атаман Иван Сирко Зо всiм кошем Запорожськiм"

Другие варианты, а так же примечания по содержанию можно найти в статье "Письмо запорожцев турецкому султану" на википедии.

Тем не менее есть мнение, что письмо это - никогда написано не было, а если и было, то никогда не было отправлено. И уж тем более так и не попало в руки султана. Однако сей документ, ставший красивой легндой отражает отчаянную храбрость и грубоватый юмор казаков. И уж тем более показывает отношение вольных людей к иноплеменным правителям.

История написания картины "Запорожцы пишут письмо турецкому султану"

Мой основной источник, делаю небольшую выдержку из него, отредактировав и сдобрив ссылками.

В 1878 года Илья Ефимович Репин проводил лето в подмосковной усадьбе Абрамцево, в доме известного мецената С. И. Мамонтова. Радушный и гостеприимный хозяин, сам живший интересами искусства, превратил бывшую аксаковскую усадьбу в своеобразный художественный центр, в котором всегда царило творческое оживление. Как-то за чайным столом на одном из таких дружеских собраний Репин услышал прочитанное кем-то из гостей письмо запорожцев к турецкому султану.

Репин заинтересовался сюжетом и тогда же, в Абрамцеве, он сделал первый карандашный эскиз, который во многом определил композицию будущей знаменитой картины.

Летом 1880 года он совершает со своим любимым учеником, пятнадцатилетним Валентином Серовым, увлекательное путешествие на днепровские пороги, в те самые места, где некогда была Запорожская Сечь, и пишет там много акварельных этюдов, зарисовывает пейзажи и исторические памятники. Из этой поездки он привозит несколько альбомов, испещренных зарисовками оружия, костюмов, посуды. Но одной ознакомительной поездки было явно недостаточно. Много позднее, в 1888 году, Репин едет на Кавказ и на Кубань, где с упоением пишет потомков переселившихся сюда с Днепра запорожцев.

Бывая в деревнях Запорожья, Репин жадно слушал красноречивые рассказы местных жителей про дедов-сечевиков. Как кропотливый исследователь, он тщательно изучал всевозможные материалы о прошлом запорожцев, их историю, быт, памятники материальной культуры.

В 1887 Репин закончил первый эскиз маслом, работу над которым начал еще в 1879 году. Репин подарил его Д.И.Яворницкому. Позже Яворницкий продал его Третьякову, который включил его в свою коллекцию. Эскиз и поныне висит в Третьяковской галерее, я видел его лично. Сам Репин, уже после окончания большого полотна говорил: «эта первоначальная композиция все еще конкурирует с моей картиной своей цельностью, жизнью и экспрессиями».

Первый вариант картины "Запорожцы пишут письмо султану". Ныне храниться в Третьяковской галерее


Работа над "Запорожцами была художнику в радость, отвлекаясь на другие работы он неизменно возвращался к ней и работал с упоением.
«Ну и народец же!— писал он В. В. Стасову.— Где тут писать, голова кругом идет от их гаму и шуму... Я совершенно нечаянно отвернул холст и не утерпел, взялся за палитру и вот недели две с половиной без отдыха живу с ними, нельзя расстаться — веселый народ...
Недаром про них Гоголь писал, все это правда! Чертовский народ! Никто на всем свете не чувствовал так глубоко свободы, равенства и братства!»

Об увлечении Репина картиной пишет и его дочь Вера:
«Почти каждый день папа читал вслух о запорожцах по-малорусски в стихах... и рассказывал о Сечи... Мы уже знали постепенно всех героев: атамана Серко с седым усом... казака Голоту — «не боится ни огня, ни меча, ни болота»... Тараса Бульбу с Остапом, Андреем и кузнеца Вакулу. Моему маленькому брату Юре выбрили голову и оставили чуб; на круглой голове его сначала висел маленький, а потом вился длинный «оселедец», который он заматывал за ухо. И костюм ему сшили желтый жупан с откидными рукавами, когда крестный его Мурашко привез ему малороссийскую рубашку и шаровары. Жупан ему дали заносить, чтобы походил, больше на настоящий...»

Любопытно отметить, что в поисках наибольшей выразительности композиции Репин лепил из глины небольшие фигурки запорожцев в различных позах и компоновал их в группы. Многочисленные детали картины — костюмы, утварь, старинные пороховницы, люльки, сабли, турецкие ружья с инкрустацией, бандура, баклага, белая свитка — все написано с натуры, с подлинных исторических предметов.

Над «Запорожцами» Репин работал в общей сложности тринадцать лет. Картина была уже в основном закончена, а художник все вносил да вносил в нее изменения. Так, например, справа на холсте, где стоит казак в серой бурке, обращенный спиной к зрителю, раньше был написан толстый хохочущий запорожец с черными усами. Репин решил, что этот персонаж повторяет казака в белой папахе и отвлекает внимание от центральной группы. Во имя цельности всей композиции он пожертвовал одной из лучших фигур и записал ее.

«Если бы Вы видели все метаморфозы, какие происходили у меня здесь в обоих углах картины! — писал Репин А. С. Суворину.— Чего только тут не было! Была и лошадиная морда; была и спина в рубахе; был смеющийся — великолепная фигура,— все не удовлетворяло, пока я не остановился на этой дюжей простой спине,— мне она понравилась, и с ней я уже быстро привел всю картину в полную гармонию. И теперь, хотя бы 1 000 000 корреспондентов «Тimеs» разносили меня в пух и прах, я остался бы при всем своем; я глубоко убежден, что теперь в этой картине не надо ни прибавлять, ни убавлять ни одного штриха».

Переходя в дальнейшем от эскиза к картине, Репин пишет ее первый вариант, принадлежащий ныне Харьковскому государственному музею изобразительных искусств. Это полотно было закончено в 1893, вернее в этом году Репин прекращает работу над ним. Этот вариант — значительный этап в работе над «Запорожцами», намечающий переход к эпическому, монументальному решению темы.

Второй вариант картины "Запорожцы пишут письмо турецкому султану". Ныне храниться в Харьковском государственном музее


После всех исправлений «Запорожцы» впервые появились на юбилейной выставке работ Репина в 1891 году, устроенной в Академии художеств по случаю двадцатилетия творческой деятельности художника. Картина была горячо принята зрителями и получила высокую оценку в печати. «Всмотритесь попристальнее,— писал рецензент газеты «Новости»,— вы начинаете понимать, что перед вами не просто веселая компания, а исторические деятели, не эпизод комедии, а исторический момент. Это право насмешки над грозным и могущественным султаном куплено кровью, куплено бесчисленным количеством героических смертей и деяний. Нужна великая отвага в душе, великое, смелое сердце, чтобы так искренне смеяться в такую минуту».

Особенно мастера хвалили за то, что он сумел передать тончайшие нюансы смеха — от чуть заметной улыбки писаря до раскатистого хохота Тараса Бульбы — все он переданы Репиным с совершенным мастерством художника-психолога. «Со стороны передачи всех возможных ступеней смеха,— писал И. Э. Грабарь,— Репин добился здесь путем длительной, упорной работы и постоянных переписываний и улучшений, таких результатов, что на основании нескольких десятков голов запорожцев можно составить исчерпывающий своеобразный "атлас смеха"».

Наряду с похвалами раздавались и отдельные голоса, порицавшие Репина за то, что в «Запорожцах», якобы, «первое место принадлежит не духу, а плоти».
Особенно возмущен был Репин замечаниями одного крупного художника, сравнившего хохочущих запорожцев с кутилами из ресторана Палкина. «Он не понимает и не верит в запорожцев,— жаловался Репин Стасову.— Он все забыл, или ничего не знает из русской истории. Он забыл, что до учреждения этого рыцарского народного ордена наших братии десятками тысяч угоняли в рабство и продавали, как скот, на рынках Трапезонта, Стамбула и других турецких городов. Так дело тянулось долго, была даже установившаяся цена на славянина и на немца (немец ценился дороже). И вот выделились из этой забитой, серой, рутинной, покорной, темной среды христиан — выделились смелые головы, герои, полные мужества, героизма и нравственной силы. «Довольно,— сказали они туркам,— мы поселяемся на порогах Днепра и отныне — разве через наши трупы вы доберетесь до наших братьев и сестер». И если Вы вспомните, что даже в последний свой поход в Крым Серко вывел оттуда до 6000 пленных христиан».

В «Запорожцах», в противоположность другим своим историческим картинам («Иван Грозный и сын его Иван», «Царевна Софья»), Репин сосредоточил свое внимание не на отдельных личностях, а на народной массе. Он создал собирательный образ свободолюбивого народа, и картина его звучит торжествующим гимном казацкой вольнице.

После шумного успеха на нескольких выставках в России и за рубежом (Чикаго, Будапешт, Мюнхен, Стокгольм) картину в 1892 году купил сам государь — император Александр III. Художник был счастлив! Еще бы! Ведь помимо почета он получил не плохие деньги - 35 000 рублей. Картина оставалась в царском собрании до 1917, а затем, после пары революций и реквизиций она оказалась в собрании питерского Русского музея, где и находится по сей день.

Прототипы персонажей картины

Натурой для персонажей картины Репину служили реальные люди. Его друзья, знакомые, а порой и просто случайные встречные. Из вот этой статьи я узнал о том, с кого Репин рисовал казаков.


Например, загорелый усатый казак, радостно отклонившийся от стола срисован с художника Яна Францевича Ционглинского, преподавателя рисовальной школы Императорского Общества поощрения художеств, активного участника питерского творческого объединения "Мир искусства". Кстати родился он в Варшаве, и по национальности был поляком (клятым ляхом), однако, все-таки составил компанию запорожцам.





А этот красивый юноша с благородными чертами лица и вполне интеллигентной усмешкой — внучатый племянник известного русского композитора Михаила Ивановича Глинки. А нашел Репин молодого человека в Петербурге — в те времена Глинка был камер-пажем. На картине юноша представлял собой образ Андрия - младшего сына Тараса Бульбы, предавшего отца и Родину из за любви к прекрасной польской девушке






А вот этот огромный раненый в голову казак — это одесский художник Николай Дмитриевич Кузнецов (Он же Микола). Шутник, силач, академик Академии художеств, профессор, руководитель класса батальной живописи в Академии. Кузнецов водил дружбу со всей Одессой, был учредителем Товарищества южнорусских художников в Одессе и Одесского литературно-артистического общества. Кстати, несмотря на одесское происхождение и русскую фамилию — по национальности он был греком.
Микола Кузнецов - это старшый сын Тараса Бульбы - Остап. Я его представлял немного иначе... но Репин видел его таким..



Ну а напротив сыновей застыл и сам Тарас. Его проще всего узнать и смеется он от души...

Прототипом его оказался профессор Петербургской консерватории Александр Иванович Рубец. Несмотря на то, что Александр Иванович жил и работал в Питере, родом он был из Стародуба, являлся потомком польского шляхетского рода. Рубец был талантливым музыкантом и педагогом, прекрасно играл на многих инструментах, включая фортепиано и бандуру. Через его руки прошло более десяти тысяч воспитанников, а его огромное собрание русских, украинских и белорусских народных песен (около шести тысяч!) еще ждет своей публикации — если бы, конечно, его удалось разыскать...
Не могу не отметить - образ ненависника ляхов Тараса Бульбы Репин рисовал с человека польского происхождения....



Из-за Рубца-Бульбы уныло выглядывает худой, высокий длинноусый казак. Это солист Мариинского театра, Федор Игнатьевич Стравинский. Кстати, отец известного композитора Игоря Стравинского. Между прочим, Ф.И.Стравинский был еще и неплохим художником, и в свое время долго колебался — куда поступать: в консерваторию, или в Академию художеств. Любовь к музыке победила....






Беззубый сморщеный дедок с люлькой был зарисован Репиным со случайного попутчика на пристани города Александровска (нынче Запорожье). Имени его история не сохранила, но его образ запечатлен художником на долгие годы существования картины.







Типичный бурсак, подстриженный под макитру (под горшок), и не успевший еще отрастить усов — художник Порфирий Демьянович Мартынович. Обучался в Академии художеств, владел, кстати, филигранной графикой, но из-за болезни в 25 лет был вынужден оставить живопись. Однако, самое интересное то, что Репин его в глаза никогда в жизни не видел. А персонажа "Запорожцев" он писал не с живого Мартыновича, а с гипсовой маски, снятой с лица молодого художника. И еще более забавно то, что бедняга, когда с него (живого!) снимали маску, усмехнулся, и усмешка так и осталась на маске. Так ее Репин и срисовал.




А для этого хмурого типа с сумеречным взором позировал ни кто иной, как Василий Васильевич Тарновский, украинский коллекционр и меценат, владелец известного имения Качановка. Был, кстати, по совместительству предводителем дворянства Борзнянского и Нежинского уездов Черниговской губернии. В Качановке Репин срисовывал казачью амуницию (а заодно — и самого Василия Васильевича), которой у Тарновского было — завались: его коллекция древностей козацкой эпохи стала основой коллекции Черниговского Исторического Музея.






На картину попал не только В.В.Тарновский, но и его кучер, Никишка. Здесь он являет собой образ казака Голоты. Репин, будучи восхищен Никишкиными щербатостью, одноглазостью, нетрезвостью и смешливостью, успел его зарисовать, когда они вместе с Тарновским переправлялись через Днепр на пароме.







Ну, а вот и сам атаман — тогдашний кошевой Сечи, Иван Дмитриевич Сирко — одна из центральных фигур картины. Историчесеий персонаж

Художник долго искал для него походящий образ, остановившись, в конце концов, на генерале Михаиле Ивановиче Драгомирове, тогдашнем командующем войсками Киевского военного округа, впоследствии — киевском генерал-губернаторе. Герой русско-турецкой войны, шутник, весельчак и балагур, М.И.Драгомиров был необыкновенно популярен среди киевлян. О нем ходили легенды, самая известная из которых — классическая история с телеграммой, посланной самолично императору Александру: "Третий день пьем здоровье Вашего Величества". В общем, генерал, как и И.Д.Сирко, тоже имел опыт оригинального эпистолярного жанра...
О Иване Дмитриевиче Сирко


А вот персонаж, изображающий татарина, рисовался, действительно, со студента-татарина. Но, прошу обратить внимание, не все черты лица у него татарские. Прекрасные белые зубы были "позаимствованы" художником с черепа козака-запорожца, найденного на раскопках возле Сечи....






Ну, в эта обширная лысина и трехэтажный затылок - они, как не удивительно, тоже имеют "владельца". Это Георгий Петрович Алексеев. Личность, надо сказать, уникальная. Предводитель дворянства Екатеринославской губернии, Обер-гофмейстер двора его Величества, кавалер почти всех российских орденов, почетный гражданин города Екатеринослава (Днепропетровска), страстный нумизмат, автор научных трудов по русской нумизматике. Весьма анекдотична история, о том, как он позировал Репину. Тот, увидев его уникальные затылок и лысину, загорелся желанием запечатлеть их на картине. Однако Алексеев с негодованием отверг предложение художника позировать ему в столь неприглядной позиции. Здесь на помощь Репину пришел Яворницкий. Пригласив Алексеева посмотреть свою коллекцию монет, он втихаря посадил художника сзади, и пока доверчивый нумизмат любовался коллекцией, проворная рука мастера изобразила его в нужном ракурсе. Георгий Петрович, узнав себя уже в Третьяковке, был очень обижен на обоих, но делать было нечего...


Полуголый запорожский вояка (заодно и картежник) — это приятель Репина и Яворницкого, педагог народной школы, Константин Дмитриевич Белоновский. Впрочем, картежником он был лишь по сюжету картины, а вовсе не в жизни. Кстати, именно потому, что сей персонаж должен являть собой образ не только воина, но и любителя азартных игр, он изображен с голым торсом — при серьезной игре казаки снимали рубашки, чтобы не прятали карты за пазуху и в рукава.





Ну и, наконец, еще один центральный персонаж картины: писарь, он же Дмитрий Иванович Яворницкий, собственной персоной. Ну, не мог Репин не изобразить на картине своего друга! Ведь именно Яворницкий являлся главным вдохновителем и консультантом художника. Именно с экспонатов собрания Яворницкого Репин срисовал большую часть амуниции, оружия и прочей казацкой атрибутики. И, как уже было сказано, первый законченный эскиз картины Илья Ефимович подарил именно Дмитрию Ивановичу. Между прочим, усмешку, которая запечатлена на картине, Репину удалось выдавить из Яворницкого не сразу. Когда Яворницкий приехал в мастерскую художника позировать, он был весьма хмур. Но у Репина кстати нашелся журнал с карикатурами, который он подсунул Яворницкому. Тот, просмотрев несколько страниц, заулыбался, и в таком виде попал в окончательный вариант картины.

Так же Репину позировали для картины такие личности, как Гиляровский, и Мясоедов, и Мамин-Сибиряк, а может, и еще кто-либо из известных людей. Попали они в окончательный вариант картины, или нет — это вопрос, который еще ждет своего ответа. Кто его даст, и даст ли его кто-нибудь — время покажет...

Отражение картины в искусстве

Этой весной довелось мне побывать в Краснодаре. В числе прочего сфотографировался я с казаками, да не простыми, а теми самыми, которые пишут письмо турецкому султану. Вместе мы посидели за столом, ну и сочинили пару строк для Мухаммеда. Кто не верит, смотрите:



Сей памятник "Запорожцам, пишущим письмо турецкому султану был установлен не так давно, чуть более года назад. Его автор - талантливый кубанский скульптор Валерий Пчелин, уже создавший для родного Краснодара памятник "Собачкина столица". У себя в ЖЖ автор написал, как он "лепил казаков" (вот тут вот).

Так же в великолепном фильме Владимира Бортко "Тарас Бульба" картина Репина буквально оживает. К сожелению я не обнаружил в интернете ни видео отрывка с этим эпизодом ни кадра из фильма.. Так что рекомендую посмотреть картину...

Такие вот дела..