«По волне моей памяти» — концептуальный альбом композитора Давида Тухманова, сразу после своего появления в 1976 году ставший в СССР культовым. Назван по одной из вошедших в альбом песен на стихи Николаса Гильена в переводе Инны Тыняновой. Участвовавшие и не участвовавшие в альбоме музыканты оценивали его как «революцию» в современной им (прежде всего советской) популярной музыке. Тухманов определял жанр альбома как арт-рок. Фактическим продюсером альбома, при участии Тухманова, выступила его жена Татьяна Сашко; она же отбирала весь литературный материал для альбома. Большая часть молодых и малоизвестных на момент издания альбома солистов получила всесоюзную, главным образом аудио-, известность — Мехрдад Бади, Игорь Иванов, Александр Бырыкин, Владислав Андрианов, Сергей Беликов, Людмила Барыкина. Известность двоих солистов, Наталии Капустиной и Александра Лермана, не персонифицировалась.

Первая песня в альбоме " Я мысленно вхожу в ваш кабинет"  была написана на стихотворение Максимилиана Волошина "Р.М. Хин" (точнее, это была лишь часть этого стихотворения ).  Исполнить песню Тухманов пригласил Мехрдада Бади, вокалиста полуофициальной московской джаз-роковой группы «Арсенал». Мехрдад Бади в 1977 уехал в Лондон, где обучался в музыкальном колледже и стал профессиональным музыкантом.

Я мысленно вхожу в ваш кабинет

Я мысленно вхожу в ваш кабинет,
Здесь те кто был, и те кого уж нет,
Но чья для нас не умерла химера.
И бьётся сердце, взятое в их плен.

Бодлера лик, нормандский ус Флобера,
Скептичный Франс, святой сатир Верлен,
Кузнец Бальзак, чеканщики Гонкуры…
Их лица терпкие и четкие фигуры

Глядят со стен и спят в сафьянах книг,
Глядят со стен и спят в сафьянах книг.

Их дух, их мысль, их ритм, их крик…
Я верен им, я верен им.
Их дух, их мысль, их ритм, их крик…
Я верен им, я верен им.

Из Сафо

«Из Сафо» — песня Давида Тухманова на стихи Сапфо (Сафо) в переводе Викентия Вересаева. Первая исполнительница песни, получившая всесоюзную неперсонифицируемую известность, — Наталия Капустина (позже — Наташа Шнайдер), чьё имя было изъято с альбома цензурой в связи с последовавшей сразу после его издания эмиграцией в США.

Жена Давида Тухманова и фактический продюсер  альбома «По волне моей памяти» Татьяна Сашко, выбрала вольный перевод Льва Гинзбурга текста песни вагантов Hospita in Gallia (XIII век) из рукописного сборника Carmina Burana. Гинзбургом перевод этого стихотворения первоначально был опубликован под названием «Прощание со Швабией». Со Львом Гинзбургом, который умер через четыре года после выхода  альбома, в 1980 году, Давид Тухманов не успел познакомиться — о чём говорил с сожалением.

 

Позже Тухманов рассказывал, что книга со стихотворениями вагантов попалась ему на глаза именно в тот период, когда он начал «сочинять свой цикл» «По волне моей памяти»:

 

« …В каком-то доме я увидел стоящий на книжной полке крошечный томик, размером с портсигар. Он смотрел через стекло, обложкой наружу, и я прочитал заглавие: «ИЗ ВАГАНТОВ». Из чего-из чего?.. Я не встречал раньше такого слова и не знал, впрочем, как и многие другие, что такое, или вернее, кто такие эти «ваганты». Раскрыв книжечку, я увидел стихи, а в предисловии прочёл, что «ваганты» — это странствующие студенты, бродячие школяры средневековой Европы. »

Оригинальная латинская песня вагантов была сопряжена с реалиями обучения студентов в Парижском университете. Опасения в песне швабского юноши, отправляющегося на учёбу в Париж, по поводу того, что профессора могут его «замучить насмерть», были вполне обоснованы. Курс обучения на одном из факультетов Парижского университета, богословском, длился десять лет. В диспуте на выпускном экзамене, который продолжался без перерыва двенадцать часов — с шести утра до шести вечера, студенту противостояло двадцать диспутантов, которые сменялись каждые полчаса. Сам студент был лишён отдыха и не мог в это время ни есть, ни пить. Если он выдерживал это испытание, то становился доктором и увенчивался особой чёрной шапочкой.

 

«Колесо фортуны» — одна из миниатюр рукописи Carmina Burana (XIII век), крупнейшего известного сборника вагантов, куда входит и вольно переведённое Львом Гинзбургом Hospita in Gallia(«Прощание со Швабией»)

С вольным переводом Гинзбурга создатели песни тоже обошлись вольно — третья и последняя пятая строфа в процессе работы над песней были купированы. В третьей шла речь о боге (в латинском оригинале — Deo; у Гинзбурга по принятым в СССР цензурным нормам — со строчной буквы), из-за чего песня могла быть полностью запрещена цензурой.

 

В пятой строфе присутствовали излишние для тухмановского варианта песни локализация («разлюбезный швабский край») и морализаторство, связанное с необходимостью учиться

Вторая строфа стихотворения («Вот стою, держу весло…»), частично повторённая в конце песни, после четвёртой строфы, фактически стала её припевом.

Оригинальный латинский текст Hospita in Gallia из Carmina Burana был отличен от вольного гинзбургского перевода даже по структуре (в нём было не пять, а восемь строф)

 

Игорь Иванов впоследствии рассказывал, что «вообще не знал, кто такие ваганты». Тухманов пригласил его к себе на приготовленную им самим утку с яблоками и «очень красиво, понятно объяснил». «По мысли Тухманова», как её передавал спустя сорок лет Иванов, в песне «Из вагантов» всё должно было быть «весёлым, бесшабашным». В качестве своей аналогии этой весёлости и бесшабашности певец приводил эпизод из фильма «Вий», когда семинаристы во главе с Хомой Брутом в исполнении Леонида Куравлёва «выходят с занятий с песнями, криками, „отвязываются“ на всю катушку».

Как и другие солисты альбома, Игорь Иванов вспоминал, что «музыкальный проект диска делался инкогнито. Никто ничего не знал, кто и что будет петь, и как это всё будет выглядеть в итоге». По свидетельству Иванова, в песне «Из вагантов» была длинная «красивая кода», которую «потрясающе играл на гитаре» Борис Пивоваров: «Что там Пивоваров играл!.. Это загляденье! Я бы сейчас [в 2016 году] с удовольствием бы то, что Тухманов вырезал, добавил к этой пластинке и из этого соло перевёл бы в другое». Как вспоминал Игорь Иванов, свою песню он записал очень быстро — за один час пятнадцать минут. Сам он был недоволен некоторыми моментами записи, но Тухманов его успокоил: «Игорь, замечательно, больше ничего не надо». Свою песню Иванов характеризовал как «самую заводную» на альбоме, из других ему особенно нравились «Сердце, моё сердце» и «По волне моей памяти». Певец не мог купить альбом с собственной песней (диск полностью разошёлся в магазинах) и получил его в подарок от Тухманова.

В записи песни также принимали участие в качестве бэк-вокалистов музыканты вокально-инструментального ансамбля «Надежда», которых Сашко и Тухманову предложил для записи Игорь Иванов. По воспоминаниям Людмилы Шабиной, их было около пяти человек, в том числе она сама, её муж бас-гитарист Александр Шабин (Шабины только что перешли в «Надежду» из ВИА «Магистраль» — аккомпанирующего состава Юрия Антонова) и, возможно, гитарист Сергей Бурченков. Как вспоминала Людмила Шабина, «сказали, что нам надо петь как на проводах в армию, то есть приняв два стакана водки, и смеяться как сумасшедшим. Включали музыку только в тех местах, где надо было петь „ла-ла-ла“ и смеяться. Так что мы даже и не поняли, что это за песня.  Но много голосовых наложений мы не делали, поэтому звучит, как звучит». Игорь Иванов также участвовал в записи бэк-вокала и, в отличие от Шабиной, вспоминал о большом количестве наложений: «Мне в этой песне пришлось делать много наложений. И петь с хором, и кричать, и вторые голоса, и третьи».

 

 

Приглашение к путешествию

 

«Приглашение к путешествию» (инципит «Дитя, сестра моя…») — песня Давида Тухманова на одноимённое стихотворение Шарля Бодлера в переводе Ирины Озеровой. Первый исполнитель песни — Александр Бырыкин.

 

 

Песня начинается так

 

Дитя, сестра моя,

Уедем в те края,

Где мы с тобой не разлучаться сможем.

Где для любви — века,

Где даже смерть легка,

В краю желанном, на тебя похожем.

 

И солнца влажный луч

Среди ненастных туч

Усталого ума легко коснётся.

Твоих неверных глаз

Таинственный приказ.

В солёной пелене два чёрных солнца.

 

<...>

 

 

Доброй ночи

 

«Доброй ночи» (англ. Good Night, Good-Night; инципит Good-night? ah! no; the hour is ill…) — песня Давида Тухманова на стихи Перси Биши Шелли. Первый исполнитель песни — Мехрдад Бади. В отличие от других солистов, Бади записал для альбома не одну, а две песни; второй была «Я мысленно вхожу в ваш кабинет».

Большинство текстов альбома были переводными, и в нескольких песнях Тухманов решил оставить цитаты на языке оригинала (французском, немецком, польском) — чтобы «намекнуть» слушателям на то, что «поэзия-то, в принципе непереводима». Единственным исключением стала песня «Доброй ночи», которая исполнялась полностью на английском языке:

«Когда я посмотрел оригинальные стихи на английском языке Перси Биши Шелли Good-Night и сравнил это с переводом, я понял, что перевод неудачный — никакого нет вообще ни впечатления, ни атмосферы, ничего. И решил оставить песню Good-Night целиком на английском языке » (Д. Тухманов)

 

 

Портрет Перси Биши Шелли. Альфред Клинт.1819

 

Песня была пятой, завершающей первую сторону альбома «По волне моей памяти», которая была начата спокойной волошинской «Я мысленно вхожу в ваш кабинет» в исполнении того же певца — Мехрдада Бади. В «центре» первой стороны, третьим, самым простым, по словам Тухманова, и, как потом выяснилось, самым популярным номером шла «заводная» песня «Из вагантов» в исполнении Игоря Иванова. «Доброй ночи» была следующей после четвёртого спокойного «Приглашения к путешествию» в исполнении Александра Барыкина. Ставшее основой пятой песни стихотворение младшего романтика Шелли, написанное уже на выходе из классицизма, Тухманов в первом куплете неожиданно стилистически (изощрённостью мелодии и медленным темпом) и инструментально (игрой на электрооргане) поместил в ещё более раннюю эпоху барокко, а затем во втором куплете, резко увеличив темп, столь же неожиданно переместил в современный себе прогрессив-рок с гитарными риффами Бориса Пивоварова

 

 

 

 

По волне моей памяти

«По волне моей памяти» — песня Давида Тухманова на стихи Николаса Гильена в переводе Инны Тыняновой.  Первый исполнитель песни — Владислав Андрианов, для которого, по его словам, она стала «сумасшедшим взлётом».

Двадцатичетырёхлетний исполнитель, выбранный Тухмановым и Сашко, уже был известен как солист вокально-инструментального ансамбля  «Лейся, песня» — прежде всего песней «Кто тебе сказал?». Как и для всех других исполнителей, приглашение на запись одной из песен альбома было для него неожиданностью. Во время пребывания на каникулах в родном городе  ему позвонил Тухманов, который спросил: «Можешь прилететь?» Через несколько часов Андрианов был дома у Тухманова и Сашко.

Владислав Андрианов

Давид Тухманов: «По волне моей памяти»

Как и все другие исполнители, Андрианов не знал, что это за альбом, и не знал даже, что за песню он записывает: над нотами со словами, которые ему дали, было написано условное название «Опус № 40». Между Сашко и Андриановым произошёл, по воспоминаниям певца, следующий диалог: «— Ты должен это спеть так, чтобы тебя никто не узнал. — Это как? — Как хочешь, хоть на голову становись». Запись песни продолжалась всего несколько часов. Работа в студии, начавшаяся в 16.30, была завершена в 2 часа ночи. Настоящее название песни «По волне моей памяти» и имя автора стихов Николаса Гильена Андрианов узнал только после выхода альбома.

 

Поэт Николас Гильен

 

 

 

Сентиментальная прогулка

"Сентиментальная прогулка" на стихи французского поэта Поля Верлена (1844 -1896) в переводе Ариадны Эфрон, дочери   Сергея Эфрона и Марины Цветаевой, прозвучала в исполнении музыканта группы "Аракс" Сергея Беликова. 

Струил закат последний свой багрянец, 
Еще белел кувшинок грустных глянец, 
Качавшихся меж лезвий тростника, 
Под колыбельный лепет ветерка. 

Я шел, печаль свою сопровождая, 
Над озером, средь ив плакучих тая, 
Вставал туман, как призрак самого отчаянья. 
И жалобой его казались диких уток пересвисты, 
Друг друга звавших над травой росистой. 

Так, между ив я шел, свою печаль сопровождая, 
Сумрака вуаль последний затуманила багрянец 
Заката и укрыла бледный глянец 
Кувшинок в обрамленье тростника, 
Качавшихся под лепет ветерка. 

Я шел, печаль свою сопровождая. 
Над озером, средь ив плакучих тая, 
Вставал туман...

Так же, как и большинство других текстов альбома, стихотворение Верлена было переводным, и в нескольких песнях Тухманов решил оставить цитаты на языке оригинала — чтобы «намекнуть» слушателям на то, что «поэзия-то, в принципе непереводима». Не стала исключением и «Сентиментальная прогулка», в которой Тухманов оставил следующую верленовскую фразу:

По воспоминаниям Сергея Беликова, Тухманов репетировал с ним сразу три номера — чтобы определиться с выбором подходящей для него песни. Остановился он на «Сентиментальной прогулке» — по словам Сергея Беликова, «тонкой, поэтичной, воздушной»

«Эту воздушность Тухманов из меня и вытягивал на репетициях, требуя передать на одном дыхании все «струящиеся закаты», переходы с тихого звука на громкий. Он добивался, скажем, чтоб в строке «Вставал туман, как призрак самого отчаянья» слово «отчаянье» прозвучало и правда отчаянно, драматично… В «Араксе» такого не требовалось, и когда песня зазвучала, я понял, что Тухманов реально раздвинул мои исполнительские рамки »

Сердце мое, сердце

 Песню «Сердце мое, сердце», написанную на стихи  Иоганна Вольфганга Гете (1749-1832) (перевод В. Левика), исполнила  вокальная группа "Добры молодцы" (запись экс-солиста ВИА "Добры молодцы" Александра Лермана и женской вокальной группы).

Ниже приведен весь текст стихотворения И. В. Гете в переводе В. Левика, которое называется " Новая любовь - новая жизнь", в песню же вошла лишь его часть. 

Сердце, сердце, что случилось,
Что смутило жизнь твою?
Жизнью новой ты забилось,
Я тебя не узнаю.
Все прошло, чем ты пылало,
Что любило и желало,
Весь покой, любовь к труду,-
Как попало ты в беду?

Беспредельной, мощной силой
Этой юной красоты,
Этой женственностью милой
Пленено до гроба ты.
И возможна ли измена?
Как бежать, уйти из плена,
Волю, крылья обрести?
К ней приводят все пути.

Ах, смотрите, ах, спасите,-
Вкруг плутовки, сам не свой,
На чудесной, тонкой нити
Я пляшу, едва живой.
Жить в плену, в волшебной клетке,
Быть под башмачком кокетки,-
Как такой позор снести?
Ах, пусти, любовь, пусти!

Смятение

«Смятение» — песня Давида Тухманова на стихи Анны Ахматовой из концептуального альбома Тухманова «По волне моей памяти» (1976). Первый исполнитель песни — Людмила Барыкина.

Первые же четыре строки второй строфы создатели песни поменяли местами с третьей, сделав их эффектной кодой, а союз и в строке «И я не могу взлететь» изменили на а:

Не любишь, не хочешь смотреть?

О, как ты красив, проклятый!

И я не могу взлететь,

А с детства была крылатой.

Весь альбом «По волне моей памяти» записывался Давидом Тухмановым в атмосфере секретности, и запись песни «Смятение» не стала исключением. В начале 1976 года, зимой, Тухманов, услышавший с подачи Вячеслава Добрынина  записи Людмилы Барыкиной, пригласил её для записи «Смятения» в свою студию. Он не говорил певице, что о записи песни надо молчать, но поскольку не разрешал даже брать домой текст песни, об общем запрете она догадалась сама.

 "Когда я записывала вокал, на фонограмме была бас-гитара, барабаны и ритм-гитара. Клавиш не было. Тухманов шифровался по полной программе. Он никому ничего не показывал и не рассказывал об этой работе. Я сама ничего не знала. Для чего эта запись, для какой пластинки? Музыкантов я тоже не видела." (Л. Барыкина)  

Тухманов провёл с  Л.Барыкиной всего одну репетицию. Не понимавшая, чего от неё хотят,  попробовала петь с «хрипотцой». Этот вариант понравился Татьяне Сашко, но Тухманов, боявшийся, что запись из-за этого могут не пропустить, попросил певицу спеть мягче. «Мягкий» вариант записи и вошёл затем в альбом.

 

Людмила Барыкина,
первая исполнительница песни

Во время записи Барыкина была простужена и, как ей казалось, «где-то недотягивала», но поскольку вечером дня записи она уезжала с ансамблем Юрия  Антонова«Магистраль» на гастроли в Ленинград, времени перепеть у неё уже не было: «Это со мной было часто. Всегда перед какими-то ответственными моментами со мной что-то такое приключалось».

Ко времени выхода альбома Людмила Барыкина ушла из «Магистрали» и работала в вокально-инструментальном ансамбле «Надежда», поэтому на обложке альбома она была обозначена как участница «Надежды».

По рекомендации Тухманова Барыкина затем попала  в ВИА " Веселые ребята" Павла Слободкина. 

Посвящение в альбом

 «Посвящение в альбом»  - песня Давида Тухманова на стихи   Адама Мицкевича (1798 - 1854) ( Адам Мицкевич, 1798—1854, перевод  Семена Кирсанова. Солисты — вокальная группа вокально-инструментального оркестра «Современник» в составе: Вера Капустина, Людмила Иванова, Наталия Олеарник, Алла Гавричкина, Виктор Енченко.

Давид Тухманов о работе над альбомом : «Я считал, что работа сложная, эстетически слишком изысканная и вряд ли будет популярна. Повторяю, это был очень короткий период культурной жизни страны, когда сошлись очень многие вещи, ни до, ни после уже не сходившиеся. Что подтверждает моя дальнейшая творческая жизнь: я написал много вещей разной степени успеха, но повторения «По волне моей памяти» уже не случилось.» 

Музыканты, принявшие участие в записи альбома «По волне моей памяти», независимо друг от друга говорили о «революционности» тухмановского проекта: «это была новая, во многом революционная работа» (Сергей Беликов, 2006); «пластинка стала революцией в советской музыке для того времени» (Владислав Андрианов, 2009].

В 2016 году «Российская газета» в материале к 40-летию выхода пластинки назвала её «настоящей бомбой, отзвуки разрыва от которой слышны до сих пор».

Тухмановский альбом в значительной мере повлиял на развитие популярной музыки в СССР. Журналист Алексей Михалёв, снявший к 40-летию выхода альбома документальный фильм «На своей волне», так говорил об этом:

Как минимум на два десятилетия пластинка «По волне моей памяти» станет эталоном мастерства и пробудит к творчеству прежде дремавших эстетов. Традиции дендизма и — страшно сказать — декаданса, которые Тухманов вынужденно маскировал под сугубую классику, найдут продолжение в творчестве множества групп.

Участники записи

Борис Пивоваров (гитара)

Аркадий Фельдбарг (бас-гитара, скрипка)

Владимир Плоткин (ударные)

Давид Тухманов (фортепиано, орган, синтезатор, электропиано)

Медная группа ансамбля «Мелодия» под управлением Георгия Гараняна

Струнная группа Большого симфонического оркестра Всесоюзного радио и телевидения, дирижёр Константин Кримец

Звукорежиссёр Николай Данилин

Редактор Владимир Рыжиков

Художник Александр Шварц

Переиздания

На виниле

Пластинка была переиздана чехословацкой государственной компанией Supraphon по лицензии «Мелодии» в серии, издаваемой совместно с еженедельником Mlady Svet — «Diskoteka Mladeho Sveta» под названием «Na vlně mých vzpomínek» .

На компакт-диске

В 2005 году фирма «Мелодия» издала альбом «По волне моей памяти» на компакт-диске. Использована оригинальная запись 1975 года, был произведен её цифровой ремастеринг. Оформление диска такое же, как и у оригинального винилового диска, только на обложке и диске добавлены слова «30 лет». Полностью диск называется «По волне моей памяти 30 лет».

Существуют также издания компаний MMS Records, Ltd. (1994 год, , Limited Edition of 5,000 CD, оформление совпадает с оригинальным), L-Junction (1997 год, графическое оформление Игоря Меглицкого пародирует оригинальное) и Roff-Audio (2000 год, в графическом оформлении использованы другие рисунки И.Меглицкого из той же серии), а также издание компании Melodiya Record Company Europe GmbH (2001 год).

Использованы материалы Википедии -  https://ru.wikipedia.org 

Стихотворение Гете - www.klassika.ru