Впервые это имя упоминалось в  публикации в журнале «Юность» в далекие 80-е – фон Мекк. Имя -малоизвестное. А ведь фактически Надежда фон Мекк на протяжении 13 лет была добрым ангелом-хранителем Петра Чайковского. И благодаря ей имя Чайковского стало частью не только русской, но и украинской культуры.

  Лифляндское семейство фон Мекк весьма успешно занималось строительством железных дорог по всей Российской империи. Но своим многомиллионным состоянием семья обязана Карлу Федоровичу (Карлу Оттону Георгу) фон Мекку - талантливому инженеру-путейцу из остзейско-рижских немцев. По семейному преданию, его род происходил от силезского канцлера Фридриха фон Мекка, внук которого Яков в конце XVI века обосновался в Лифляндии - документы свидетельствуют о том, что немец этот исправно служил рижским кастеляном (что-то вроде военного коменданта).

  
  Рижанин по рождению, Карл фон Мекк в 19 лет устремился, как и многие талантливые молодые люди, в город на Неве - учиться. А после окончания Петербургского института путей сообщения в чине поручика поступил в путевое ведомство. Инспектируя состояние железной дороги,будучи в чине дорожного инженера, начальника дистанции Московско-Варшавского шоссе ,  в деревенской глуши он встречает свою судьбу. Юной Наденьке Фраловской в ту пору было всего 15 лет, она была на 10 лет младше будущего мужа. Через год, в 1848 году, дочь помещика стала зваться Надеждой Филаретовной фон Мекк.

Надежда Филаретовна Фроловская родилась 10 февраля 1831 года. Ее отец был человеком, близким к музыкальным кругам. Мать – Анастасия Дмитриевна Потемкина – была женщиной волевой и энергичной, с предпринимательской жилкой. Именно музыка и предпринимательство срослись воедино в душе Нади Фроловской.

     Молодые поселились в тихом и унылом Рославле, где поначалу скромно жили на грошовое жалованье мелкого чиновника. Еле-еле сводили концы с концами, досыта не ели... А Надежда к тому же была перманентно беременной: эта женщина родила 18 детей, из которых выжили одиннадцать. Причем ее последняя дочка Милочка появилась на свет, когда маме было далеко за сорок.

     При этом Надежда была натурой энергичной и деятельной. Именно благодаря ее настойчивым просьбам Карл фон Мекк наконец бросил чиновничье ведомство в 1860 году  и вместе со своим компаньоном Павлом фон Дервизом он начинает строить железные дороги – то, чего реально не хватало России, жаждущей модернизации и реформ. Новый император Александр II всячески поддерживал инициативы тех, кто желал вкладывать средства в строительство железных дорог, так как видел в железнодорожном транспорте будущее российской экономики. Фон Мекк и фон Дервиз начинают строить ветки на Саратов и на Рязань, позже – ветку на Киев и юг.

Посыпались заказы, но супернизкие расценки, по которым работал Карл фон Мекк, не давали возможности в одночасье разбогатеть - к своему миллионному состоянию семейство будет идти долгих 15 лет. Надежда работала не меньше, чем муж: сутками простаивала в конторе на опухших ногах, вела всю деловую переписку, составляла контракты. Да еще и семью умудрялась держать в ежовых рукавицах. Железная женщина!

   
  В результате фон Мекки сказочно разбогатели. Но на еще молодом лице новой миллионерши появились скорбные морщины, а в глазах - тоска. Видимо, она настолько устала от борьбы за место под солнцем, что даже венецианские зеркала, горностаевые манто и великолепное французское шампанское ее уже не радовали. 

В 1867 году фон Мекк покупает имение Браилов неподалеку от Жмеринки. Это был один из многих населенных пунктов, принадлежащих в Российской империи новоиспеченному миллионеру и предпринимателю.

Миллионерша Надежда Филаретовна была деспотичной, замкнутой и несчастной женщиной. Дочери ее совершенно не понимали, особенно Саша, которой суждено было стать злым гением матери. Муж работал круглосуточно, ему и в голову не приходило пожалеть жену, да она, казалось, и не нуждалась в опеке. Однако какой женщине не хочется порой опереться на сильное мужское плечо? В одном из своих писем Надежда фон Мекк напишет: «Я смотрю на замужество как на неизбежное зло, которого нельзя избежать, поэтому все, что остается, - это сделать удачный выбор».

     Итак, не найдя счастья в семье, Надежда Филаретовна стала искать его на стороне. Она увлеклась молодым инженером, другом дома Александром Иолшиным. Позже он подарит ей дочку Милочку... и станет законным мужем одной из старших дочерей Надежды Филаретовны Елизаветы.

     Связь длилась несколько лет, однако рано или поздно все тайное становится явным. Однажды Карл фон Мекк заехал в Москву, погостить у своей уже замужней дочери Саши, которая в момент семейного конфликта сообщила отцу страшное известие: «Ты думаешь, что твоя жена святая? Так знай: Милочка не твоя дочь! У мамы был любовник...» Услышав такое жуткое известие, Карл Федорович, человек, еще недавно полный сил и энергии, скончался на месте. Доктора констатировали обширный инфаркт. Причину гибели отца Саша от матери скрыла.

     В 1876( в некторых источниках 1871 год) году, в возрасте 45 лет, Надежда фон Мекк осталась вдовой с огромным капиталом, акциями, земельными угодьями, домами в России и Франции. Только вот счастья все не было.

Надежда Филаретовна решила, что она должна заняться благотворительностью. Продолжая бизнес мужа, она – вместе со старшим сыном Николаем – финансирует строительство железных дорог. Но в то же время в ее доме все чаще начинают появляться талантливые композиторы. Так она оказала финансовую поддержку молодому еще композитору Клоду Дебюсси. В 1875 году среди ее стипендиатов значится Николай Рубинштейн. Именно он рассказал Надежде фон Мекк о Петре Ильиче Чайковском.

К тому моменту 36-летний Петр Ильич Чайковский был профессором Московской консерватории, автором двух опер, увертюры-фантазии «Ромео и Джульетта» балета и трех симфоний. Его охотно принимали в лучших домах, им восхищались, но жил он трудно. Его считали одним из наиболее парадоксальных композиторов современности. Он вызывал на себя гнев критики, не прекращающей преследовать композитора до самой его смерти. И вот Надежда Филаретовна пишет письмо 36-летнему непризнанному гению, предлагая свою финансовую помощь, в конце 1876 года он получил письмо от незнакомки, которая  извещала композитора о том, что намерена ежегодно посылать ему по 6 тысяч рублей (огромная по тем временам сумма!) - чтобы он не отвлекался на побочные заработки и мог спокойно творить.

  Кто-то называет эпистолярные отношения фон Мекк и Чайковского исключительно перепиской богатой меценатки и бедного гения. Однако, если вчитаться в их письма, представляется все же несколько иная картина. Так, Надежда Филаретовна явно нашла свой идеал: сухое «милостивый государь» быстро сменяется на «мой бесподобный» и «мой несравненный». Послания становятся все теплее и интимнее. Петр Ильич искренне сочувствует, сопереживает, делится с фон Мекк своими планами. Например, сообщает о том, что начал работу над «Евгением Онегиным» и Четвертой симфонией, посвященной ей. Но как-то он написал и о том, что намерен жениться на Антонине Милюковой - своей восторженной 28-летней поклоннице, которая была чудо как хороша. Надежда фон Мекк переживает: господи, ну почему она уже стара?!

  При этом она не догадывается о том, что при помощи женитьбы Чайковский пытался преодолеть свои гомосексуальные наклонности (в этом он откровенно признался любимому брату Модесту). Увы, ничего хорошего из этой затеи не вышло. Семейная жизнь превратилась в кошмар. «Жена моя сделала все возможное, - пишет Чайковский Надежде фон Мекк, - чтобы угодить мне. Квартира уютна и мило устроена. Все чисто, ново и хорошо. Но я с ненавистью и злобой смотрю на все это...» А через две недели Петр Ильич сбежал от жены (которую назвал гадиной и которая - о ужас! - почувствовала что-то странное в сексуальном поведении супруга).

   Надежда фон Мекк уговаривала Петра Ильича не торопиться с окончательным разрывом: мол, стерпится - слюбится. Чайковский же был близок к самоубийству. А совершенно несчастная Антонина Милюкова-Чайковская была настолько убита горем, что вскоре оказалась в клинике для душевнобольных, где и провела остаток жизни.

Завязавшаяся между ними  душевная переписка длилась 13 лет! Чайковский получал ежегодное жалование в 6000 рублей! Для справки: гусь в то время стоил один рубль, корова – 10 рублей, за сто рублей можно было купить дом и несколько десятин земли. Чайковский оставляет преподавание в консерватории. Он уезжает вдереаню  Браилов, который фон Мекк передала в его распоряжение и полностью уходит в творческую работу. Период покровительства со стороны фон Мекк – самый благотворный период в жизни композитора. «Каждая нота, которая отныне выльется из-под моего пера, будет посвящена Вам, – пишет он в письме и дает обет: – Никогда-никогда, ни на одну секунду, работая, я не позабуду, что Вы даете мне возможность продолжать мое артистическое призвание».

Именно в это время окрыленный Чайковский пишет балет «Лебединое озеро». Далее – оперу «Евгений Онегин». Но украинская действительность толкает его к познанию и осмыслению именно украинского материала. Он увлекается творчеством Гоголя, пытается передать внутреннюю музыку произведений великого украинского писателя. Так появляется опера «Кузнец Вакула». Чуть позже – «Черевички». В 70–80-е годы одна за другой появляются оперы «Чародейка», «Мазепа» – новое обращение к Пушкину. Дань европейскому искусству – оперы «Спящая красавица» и «Орлеанская дева». 

Светлицкий.    Чайковский на Украине.

А еще 12 симфоний и концертов, 3 оркестровых марша – среди них «Славянский марш». Ведь годы, проведенные в Браилове, – это в частности годы русско-турецкой войны, победоносных походов русских на Балканы, громкой славы генерала Скобелева, героической битвы за Шипку-Шейново, рафинированного милитаризма картин Верещагина, дипломатического успеха Игнатьева.

С графом Игнатьевым – владельцем имения Круподеринцы на Подолье – Чайковскому пришлось сойтись довольно близко. Именно граф Игнатьев, ученик и соратник канцлера Горчакова, бывший посол России в Стамбуле, благодаря настоящей выдержке и настойчивости добился от Турции по результатам Сан-Стефанского мирного договора признания независимости Болгарии. Его именем была названа центральная  улица в Софии. Сам граф – транжир и мот – жил в постоянных долгах, либеральничал, пил горькую, крестил детей всех крестьян, живших в окрестных селах, а свое жалование, достаточно высокое, тратил на утопические проекты. 

Еще один «сосед» Чайковского, живший на Подолье, на незначительном удалении от Браилова, – известный хирург доктор Пирогов. Настоящая живая легенда, человек, спасший жизнь Гарибальди, независимый в суждениях, слегка вздорный, с тяжелым взглядом. Позже Пирогов будет мумифицирован и похоронен в часовне-усыпальнице неподалеку от Винницы…

То есть украинское Подолье к тому времени не было захолустьем – это была такая себе рекреационная зона для российской элиты, облюбовавшей живописные просторы между Бугом и Днестром. Среди них и Чайковский.

Надежда фон Мекк всячески поддерживает композитора, утешает его – особенно когда критика не восприняла 5-ю симфонию Чайковского. 4-я симфония была написана Чайковским именно для нее – с посвящением «Моему другу». Именно она и есть той самой «музыкой к фон Мекк», о которой упоминал Вознесенский. Также Чайковский посвятил Надежде Траурный марш. На сегодняшний день он считается утраченным. 

Нельзя сказать, что Чайковский все эти годы жил безвыездно. Он много времени проводил в Браилове, но в то же время часто гастролировал – Европа, Россия, даже Соединенные Штаты. Чайковский был первым русским композитором, побывавшим с гастролями в США.

Фон Мекк писала Чайковскому искренние и нежные письма: «Милостивый государь Петр Ильич! Не знаю, право, как и благодарить Вас за Ваше милое снисхождение к моей нетерпеливости. Если бы не мои задушевные симпатии к Вам, я боялась бы, что Вы меня избалуете, но я слишком дорожу Вашею добротою ко мне, для того чтобы это могло случиться. Хотелось бы мне много, много при этом случае сказать Вам о моем фантастичном отношении к Вам, да боюсь отнимать у Вас время, которого Вы имеете так мало свободного. Скажу только, что это отношение, как оно ни отвлеченно, дорого мне как самое лучшее, самое высокое из всех чувств, возможных в человеческой натуре. Поэтому, если хотите, Петр Ильич, назовите меня фантазеркою, пожалуй, даже сумасбродкою, но не смейтесь, потому что все это было бы смешно, когда бы не было так искренно, да и так основательно». Все ее письма были наполнены именно таким ярким и восторженным смыслом.

Чайковский отвечал более сдержанно. «Милостивая государыня Надежда Филаретовна! Позвольте Вас поблагодарить за более чем роскошное вознаграждение столь небольшого труда. Напрасно Вы не захотели сказать мне всего того, что думалось. Смею Вас уверить, что это было бы мне чрезвычайно интересно и приятно, хотя бы оттого только, что и я преисполнен самых симпатических чувств к Вам. Это совсем не фраза. Я Вас совсем не так мало знаю, как Вы, может быть, думаете. Если бы Вы потрудились в один прекрасный день удостоить меня письменным изложением того многого, что Вы хотели бы сказать, то я бы был Вам чрезвычайно благодарен. Во всяком случае, благодарю Вас от всей души за выражение сочувствия, которое я очень, очень ценю. Искренно уважающий Вас и благодарный П. Чайковский».

И так, в таком духе, – 13 лет! Иногда по несколько писем в неделю.

 Надежда фон Мекк по-прежнему  все годы  ангелом-хранителем кружит над Чайковским, не жалея при этом ни денег, ни чернил. Во многом благодаря ее усилиям Чайковский ожил после всех жизненных перепитий. «Я не только живу, - пишет он своей благодетельнице, - но работаю, без чего для меня жизнь не имеет смысла. Я знаю, что Вы совсем не нуждаетесь, чтобы я при каждом случае рассыпался в выражениях благодарности. Но сказал ли я Вам хоть раз, что я Вам обязан всем, всем? Но это еще не все. Я беспредельно люблю Вас. Ваш П. Чайковский».

Надежда Фон Мекк занималась строительством железных дорог, начала вкладывать средства в строительство Транссибирской магистрали. Благодаря ее деятельности и деятельности ее покойного мужа длина железнодорожных сетей в России увеличилась с 600 км в 1860 году до 15 000 км в 1875 году и до 40 000 км в 1890-м. В 1890 году она восторгалась тем, что железными дорогами, построенными за счет ее средств, можно было опоясать землю по экватору. Но, в то же время, ей приходилось ввязываться и в не совсем удачные проекты: например, вложив средства в Транссибирсткую магистраль, она так и не дождалась дивидендов.

Александр III по ходатайству фон Мекк назначает в 1886 году Чайковскому дополнительную пенсию – в 3000 рублей золотом. Чайковский превращается в наиболее высокооплачиваемого композитора, позволяя себе множество излишеств и жизнь светского льва. Но молва уже говорит о его нетрадиционных наклонностях (что в то время не было чем-то необычным6 гомосексуалистом был и брат императора светлейший князь Сергей Александрович – будущий генерал-губернатор, и ряд придворных). Но формально эти наклонности порицались. На Надежду фон Мекк стали оказывать давление в высшем свете. Из-за Чайковского у нее возник даже конфликт со старшими сыновьями. И это несмотря на то, что Николай фон Мекк был женат на племяннице Чайковского, Анне Давыдовой.

В сентябре 1890 года  фон Мекк известила Чайковского о том, что начала терпеть финансовые трудности и не может больше платить жалование композитору. Чайковский, очевидно, был огорчен. Он ответил ей: «Известие, сообщаемое Вами в только что полученном письме Вашем, глубоко опечалило меня, но не за себя, а за Вас. Это совсем не пустая фраза. Конечно, я бы солгал, если бы сказал, что такое радикальное сокращение моего бюджета вовсе не отразится на моем материальном благосостоянии. Но отразится оно в гораздо меньшей степени, нежели Вы, вероятно, думаете. Дело в том, что в последние годы мои доходы сильно увеличились, и нет причины сомневаться, что они будут постоянно увеличиваться в быстрой прогрессии. Таким образом, если из бесконечного числа беспокоящих Вас обстоятельств Вы уделяете частичку и мне, то, ради бога, прошу Вас быть уверенной, что я не испытал даже самого ничтожного, мимолетного огорчения при мысли о постигшем меня материальном лишении. Верьте, что все это безусловная правда; рисоваться и сочинять фразы я не мастер. Итак, не в том дело, что я несколько времени буду сокращать свои расходы. Дело в том, что Вам с Вашими привычками, с Вашим широким масштабом образа жизни предстоит терпеть лишения! Это ужасно обидно и досадно; я чувствую потребность на кого-то сваливать вину во всем случившемся (ибо, конечно, уж не Вы сами виноваты в этом) и между тем не знаю, кто истинный виновник. Впрочем, гнев этот бесполезен и бесцелен, да я и не считаю себя вправе пытаться проникнуть в сферу чисто семейных дел Ваших. Не могу высказать Вам, до чего мне жаль и страшно за Вас. Не могу вообразить Вас без богатства!..»

Чайковский уезжает в подмосковный Клин и последние годы жизни проводит именно там. В конце 1893 года Петр Ильич приехал в Петербург дирижировать Шестой симфонией, через несколько дней заболел холерой и скоропостижно скончался.    . По Петербургу и Москве поползли слухи о том, что Чайковский отравился, приведя собственноручно некий приговор какого-то тайного общества, где он якобы состоял, – из-за нового гомосексуального скандала, связанного с композитором.

За всю жизнь фон Мекк и Чайковский ни разу не встретились. Она платила ему деньги и предоставляла свое имение. Они активно переписывались. Но при этом не виделись ни разу!!! Тайна этих высоких отношений осталась в галантном и романтичном XIX веке.

Похоронен Чайковский  в Александро-Невской лавре. Надежда Филаретовна пережила дорогого друга всего на три месяца.

Она умерла от туберкулеза 13 января 1894 года.

Ее прах покоится на кладбище бывшего Новоалексеевского монастыря в Москве. Теперь этого кладбища нет - прямо по нему проложена современная автомагистраль. Даже после смерти Надежду Филаретовну преследуют дороги...