13 июля 2022, 09:30 / КУЛЬТУРНЫЙ ГОРОД / ИНТЕРВЬЮ
«Мы не площадка для праздников и не очередная локация для съемки»

Новый генеральный директор Дома культуры «ГЭС-2» Артем Бондаревский дал свое первое после назначения интервью

Ксения Коробейникова

Евгений Разумный / Ведомости
Открытие Дома культуры «ГЭС-2» на Болотной набережной полгода назад стало историческим событием для Москвы. Проект инициировал бизнесмен Леонид Михельсон, спроектировал знаменитый архитектор Ренцо Пьяно, за программирование отвечала итальянский куратор Тереза Мавика. В декабре, после открытия институции, она перестала быть генеральным директором «ГЭС-2» и фонда V–A–C, оставшись руководить площадкой в Венеции и сохранив членство в совете директоров фонда. Ключевую должность занял ее заместитель Артем Бондаревский, который до этого шесть лет проработал юристом институции. Свое первое после назначения интервью он дал «Ведомости. Городу».

– Как вы объясняете незнакомому человеку, где работаете?
– Зависит от того, сколько у него времени. (Смеется.) Можно долго перечислять. Работаю в Доме культуры – месте, куда человек приходит за опытом: интеллектуальным, эмоциональным, художественным, созидательным, социальным, профессиональным. Где можно посмотреть выставки, посетить мастер-класс, сделать с ребенком своими руками керамическую игрушку в «Ателье» или посмотреть только что вышедший фильм. В документах наше здание называется «многофункциональный комплекс». Мне не нравится этот термин, он упрощает смыслы, но, с другой стороны, помогает обозначить безграничное поле возможностей для посетителя и художника.


Максим Стулов / Ведомости
– Насколько сложными для институции были последние полгода?
– Непростыми. Отвечу в хронологическом порядке. Мы открыли новую институцию, которая называется Дом культуры «ГЭС-2». Сменился генеральный директор. И произошли события, приведшие нас к полному переосмыслению программы, которая обдумывалась годами.

– Есть мнение, что Мавика запрограммировала институцию и, даже покинув ее, но оставшись в совете директоров, продолжает влиять на нее.
– Тереза сделала для институции много важных вещей, но главное – она создала уникальный коллектив. Сама подбирала практически каждого из ключевых персон, в том числе и меня. Тереза и сейчас может предложить проект для «ГЭС-2», и мы с радостью обсудим его и реализуем, если это будет возможно. А насчет программирования – вопрос гораздо сложнее. Любая институция должна быть динамичной, иначе будет просто неконкурентоспособной. Последние три года, свидетелями которых мы стали, показали, что абсолютного программирования не бывает. Мир движется, а вместе с ним должна развиваться культурная институция.

Глеб Леонов
– Вы управляете и фондом, и Домом культуры. Какая разница между этими двумя институциями?


– Главное отличие – аудитория. Проекты фонда до открытия «ГЭС-2» были по большей части нацелены на профессиональное сообщество или по крайней мере на людей, которые интересуются современным искусством. А в Доме культуры «ГЭС-2» проходят мероприятия для абсолютно разных посетителей, в том числе тех, кто никогда не сталкивался с современным искусством или относится к нему с предубеждением и негативно. Наша цель – вызвать интерес к современной культуре у широкой аудитории и планомерно его развивать. В этом помогают привлеченные художники, уникальная команда, специально спроектированное здание и медиация. Многие проекты, имеющие, несомненно, художественную составляющую, которые мы сейчас реализуем в Доме культуры, никогда не попали бы ранее в сферу интересов фонда. И эти изменения, расширение программы фонда по разным векторам – естественный результат отношений институции и места.

– Дом культуры заявлял, что для него первостепенно инициировать производство новых работ, а не показывать готовые. Институция взаимодействует с художниками сейчас, когда многие из них уехали и прекратили высказываться?
– Как говорил Костик из «Покровских ворот», осчастливить против желания нельзя. Но я считаю, что можно быть рядом в тот момент, когда это будет нужно художнику. У нас нет задачи растормошить художников и сделать так, чтобы они прямо здесь и сейчас создавали новые работы. Есть цель – поддержать их, в том числе в стремлении производить новые работы. Мы даем возможности для производства новых работ в уникальных мастерских и резиденциях «ГЭС-2», «Сводах», куда художники попадают через open-call по двум программам поддержки. Мы работаем с разными авторами при проведении мастер-классов, лекций, других публичных программ и продолжаем культурное производство.


Глеб Леонов
– Художники создают работы в «Сводах», но забирают их с собой, не выставляют в «ГЭС-2». А что вы планируете в ближайшее время показывать в Доме культуры?
– Сейчас у нас проходит выставка «Настройки», на которой представлены звуковые инсталляции современных российских композиторов, представителей новой академической музыки. Такой публичный диалог между музыкой и архитектурой. Мы осознанно продлили проект, который должен был закончиться в середине мая. В середине июля к этому диалогу присоединится визуальное искусство. Нас ждут «Настройки-2». Выставочное пространство поделят на пять зон, каждая из которых посвящена различным формам диалога. Проект представит разные виды визуального искусства. В диалог с живописью Василия Кандинского вступят скульптуры Альберто Джакометти, а видеоработа Виктора Алимпиева вступит во взаимодействие с работой британского художника Дэвида Энрико. Проект дополнят новые звуковые инсталляции российских композиторов. Выставят более 40 работ, мы отобрали ключевые произведения современного искусства из коллекции, с которой имеем возможность работать. Сейчас практически невозможно привезти работы из-за границы в связи с логистическими сложностями, но мы продолжаем искать возможности показа работ из других стран на следующие проекты.

– Например, откуда?
– Есть возможность взаимодействовать с институциями Средней и Южной Азии. Там множество стран, современная культура которых ранее была очень ограниченно представлена в России. Можно также говорить о Южной Америке. Скоро коллеги поедут по миру для предварительной проработки проектов, и тогда сможем рассказать конкретнее. У нас есть интерес продолжать работать с международными авторами, но всегда при участии российских художников.


Андрей Гордеев / Ведомости
– Что еще планирует в этом году сделать Дом культуры?
– В сентябре – октябре откроем проект на тему выбора художником названия для своего произведения. Но мы живем не только выставками. У нас много разных публичных программ, по 10 событий в день. В постоянном режиме работают кинотеатр и семейное пространство «Ателье». Можно научиться использовать 3D-принтер или керамическую мастерскую на мастер-классах в Центре художественного производства «Своды». Большие планы на лето по проведению ситуационных проектов: резиденции детских издательств, нескольких фестивалей. Публичная программа стала для нас более важной, потому что она оживляет пространство, вовлекает в диалог с нами широкую аудиторию. Успехом пользуются абсолютно неожиданные проекты. Кто-то смеялся над вязальным клубом, но там всегда аншлаг. Другие удивились тому, что мы учим играть в шахматы, а туда еще больше очередь, чем в вязальный клуб.

– Новые проекты придуманы до 24 февраля или после?
– Мы старались максимально сохранить проекты, которые уже существовали в той или иной степени готовности, но осталось не более 10%. Выставочные проекты пришлось отменить из-за невозможности привезти в Россию работы, на которые мы рассчитывали. Многие задуманные публичные программы, театральные постановки и перформансы, которые были готовы на 70–80%, мы просто отложили до момента, когда их будет уместно показать в рамках программы Дома культуры. Проект «Настройки-2» создан этой весной.

– Есть программы, которые не приживаются, и вы сворачиваете их?
– В своей работе мы руководствуемся принципами нелинейности и взламываем многие рутинные практики. Иными словами, можем себе позволить немного чудить. Предложили кураторы программу «Бег серого гуся», где все бегают по нашей березовой роще и вокруг здания «ГЭС-2». Кто бы мог подумать, что бег под мокрым снегом будет пользоваться такой популярностью. Вот что с такой программой делать? Повторять или нет, я пока не знаю. Или еще более простой пример: у нас начались занятия по йоге и растяжке – это просто очень красиво. Люди приходят, потому что им хочется именно в этом пространстве получить такой опыт. Я не знаю, сколько должно пройти времени, чтобы кто-то сказал: «Все, в «ГЭС-2» неинтересно ходить, буду ходить в йога-центр».


Максим Стулов / Ведомости
– Давайте обсудим культуру еды, которая тоже является важной частью Дома культуры.
– У нас есть пространство ресторана, несколько кафе и пекарня. Сейчас cменился оператор точек питания. Все будет сделано для людей с разными финансовыми возможностями, чтобы культура потребления еды в отношении доступности следовала за другими частями проекта «ГЭС-2».

– Сколько кураторов сейчас работает с вами и сколько уволилось после февральских событий? Как вы вообще относитесь к смене кадров?
– Как к естественному процессу. У любого человека в какой-то момент может возникнуть желание уйти. Абсолютно нормально, когда они принимают решение, что им больше не по пути с институцией. Ушли четыре человека, а осталось 22. Некоторые сотрудничали с нами не по трудовому договору, а работали над отдельными проектами как приглашенные специалисты. Кто-то заявлял, что ушел из фонда, но при этом, простите мое юридическое образование, это не совсем правда. Уйти из штата и отказаться от участия в проекте – разные вещи. Я подсчитал количество уволившихся с начала года – 14 человек. И среди них важные для институции люди, которые ушли до февраля. Например, куратор образовательных программ Катя Поручик решила, что хочет работать как художник. Или замечательный куратор Маша Крамар ушла помогать развивать другие институции. Всего у нас трудится более 260 человек, переживших все институциональные изменения этого года. И, мне кажется, это хорошая статистика.


Глеб Леонов
– Минимум три человека уволились из-за реакции институции на 24 февраля. Почему она была такой сухой?
– На фоне эмоциональных заявлений тех дней – институций и людей – наше можно считать более сухим. По сути, мы подтвердили, что продолжаем работать и что для нас самое важное – люди, которые ходят в Дом культуры «ГЭС-2». Мы сохраняем ощущение соучастия в культурном процессе, несмотря ни на какие обстоятельства. И тут интересна статистика посещаемости. На один день, 25 февраля, она рухнула. А потом все время росла и растет до сих пор. Во время январских праздников, когда много писали об открытии «ГЭС-2», к нам в среднем приходил 1381 посетитель в день. В июне уже 2207. Это показатель того, что наше направление движения было верным, даже если со стороны не соответствует чьим-то ожиданиям. Сообщение в феврале было институциональным, а не личным. То, что мы продолжаем работать, – это наша позиция.

– Ее критикует ряд коллег. Как вы относитесь к критике?
– Конструктивная критика полезна для молодой институции. Нас все стараются укусить – это хорошо, потому что позволяет разбираться в пробелах и обращать внимание. Нам приходит много отзывов, изучаем и прорабатываем. Ведем статистику, что чаще всего критикуют или обсуждают.

– Как у Дома культуры обстоят дела с финансовой частью?
– Фонд и Дом культуры – это две частные организации, которые финансируются за счет средств учредителя. У нас есть небольшие поддерживающие начинания: мастер-классы в «Сводах», чтобы окупить материалы, магазин и кинотеатр. Один из серьезных директоров западного музея сказал мне, что, если в московской культурной институции формата «ГЭС-2» отбивается 30–40% от затрат, – это успех. Мы будем к этому стремиться. Часть заработка зависит от того, кто живет в городе и кто к нам приходит. Мы часто получаем крайне выгодные коммерческие предложения по аренде помещений, съемкам и корпоративам. И, конечно, отказываем. Мы не площадка для праздников и не очередная локация для съемки. Для нас важно сохранить собственную идентичность. Важно, чтобы любое сотрудничество, даже направленное на получение денежной выгоды, было вписано в идеи и подход институции.

– По этой же причине вы отказывали государственным структурам в проведении разного рода предложенных ими мероприятий?
– Мы уже говорили про единый подход к событиям в «ГЭС-2», но для нас и не менее важно, чтобы все мероприятия, проводимые в здании, были частью единой программы. Мы стараемся найти точки соприкосновения со всеми, кто инициирует диалог о культуре. Иногда это приводит к совместным мероприятиям. Например, как с программой «Спортивные выходные».

– Продолжаются ли ваши совместные проекты с Зальцбургским фестивалем и фондом CHANEL?
– С фестивалем – да. Его команда подтвердила продолжение нашего партнерства. В рамках него они покажут в этом году новую постановку. А с фондом CHANEL – нет. Реализацию программы резиденций мы продолжили самостоятельно, чтобы художники имели беспрепятственную возможность закончить начатые проекты.


Аня Тодич
– Каким вы видите будущее Дома культуры?
– Хочется, чтобы Дом культуры «ГЭС-2» развивался как сбалансированная в своей программе и открытая для аудитории институция, где культура во всем ее многообразии будет и целью, и средством одновременно. У нас есть все, что для этого нужно – ювелирно собранная команда, прекрасное здание и аудитория, готовая развиваться вместе с нами.

V–A–C – некоммерческий фонд, основанный бизнесменом Леонидом Михельсоном в 2009 году. Фонд работает с российскими художниками и занимается развитием современной культуры через выставочную, просветительскую, издательскую и перформативную деятельность. Проекты фонда проходят на собственных площадках – Дом культуры «ГЭС-2» в Москве и Палаццо Дзаттере в Венеции, и в партнерстве с разными организациями по всему миру.

https://www.vedomosti.ru/gorod/culturalcity/charac...herednaya-lokatsiya-dlya-semki