посмотрела очень красивые посты, посвящённые ювелирам и камнерезам из зарубежья. вспомнила, что в молодости увлекалась книгами об этом, знаю что и в России эти искусства процветали. решила поискать на просторах инета и вот, что нашла:
Ростовская финифть



Ростовская финифть издавна украшала цер­ковную утварь, предметы быта и ювелирные изде­лия. Яркие светоносные краски на белой эмале­вой пластине оживляли картины библейской и русской истории, передавали многообразие реаль­ной жизни и красоту родной природы.

В древности мастера Ростовского архиерейского дома и монастырей создавали по заказу церк­вей финифтяные пластины с росписью для укра­шения икон, потиров, дарохранительниц и др. Позднее этим дорогостоящим ремеслом стали за­ниматься и посадские люди, которые были менее зависимы от церкви и, следуя интересам заказчи­ков и собственным вкусам, расширяли жанровые рамки миниатюры на эмали.

За два века существования ростовская фи­нифть не раз переживала периоды расцвета и упад­ка. Но никогда не отступала от своей главной те­мы, воспевающей красоту родного края, духовное богатство и величие человека. Промысел ростов­ской финифти донес до нашего времени и развил лучшие традиции русской живописной миниатю­ры на эмали. Он никогда не существовал изолиро­ванно. Совершенствуя местную иконописную тра­дицию, мастера промысла впитывали все лучшее, что создавали другие живописные школы России.

Первые русские упоминания об эмали отно­сятся к правлению суздальского князя Андрея Боголюбского. В Ипатьевской летописи (1174-1175) говорится, что церковь Рождества Богородицы, построенная по Великому Указу князя, была ук­рашена «златом, финиптом и всякою добродете­лью».

В XI веке в Киевской Руси известна была тех­ника перегородчатой эмали. Перегородчатая фи­нифть прекрасно сочеталась с драгоценными кам­нями на изделиях русских мастеров. Но поистине безграничные художественные возможности об­рела финифть в XVII веке, когда французский ма­стер Жан Тутем открыл секрет эмалевых красок.

Для создания живописной миниатюры на эма­ли ювелиры тщательно выбивали выпуклую золо­тую, серебряную или медную пластинку, а затем послойно покрывали ее стеклом и заглушённой эмалью. После нескольких покрытий и обжигов пластина приобретала ровную глянцевую поверх­ность, на которую наносились рисунок и краски, имеющие разную температуру плавления. Доби­ваясь звучности цвета и разнообразия оттенков, мастера могли по пять-шесть раз обжигать эмале­вую пластинку.

Русские ремесленники уже в XVII веке освои­ли сложную технику росписи на эмали. Мастера Оружейной палаты и северного города Сольвычегодска создавали разнообразные изделия (чаши, флаконы, шкатулки) с декоративной росписью. Основу узора составляли крупные орнаменталь­ные мотивы с извивающимися побегами и гирлян­дами из пышных цветов - тюльпанов, васильков, подсолнухов. С фантазией и изобретательностью, присущими народным художникам, объединяли мастера в одну декоративную композицию расти­тельные формы орнамента, сказочно фантастиче­ские мотивы и образы окружающей природы.

Подобная роспись получила название «усольской».

Из века в век в эмали, как в зеркале, отража­лись своеобразия эпохи, изменение общего стиля изобразительного искусства, желания и вкусы за­казчика.

В XVIII веке в русском эмальерном искусстве развились параллельно два направления: декора­тивная роспись и станковая миниатюра.

Московские финифтяники продолжали тради­ции русского искусства, петербургские мастера воспринимали достижения европейских эмалье­ров. Более того, иностранные ювелиры, приезжа­ющие в Россию, оказывали сильное влияние на развитие стиля петербурской школы. Во второй половине XVIII века на смену яркому мажорному искусству барокко приходит строгий в своих фор­мах классицизм.

В 1779 году в Петербургской Академии художеств был создан класс миниатюрной живо­писи.

Своеобразной отраслью русского эмальерного производства были орденские знаки. Они выпол­нялись в основном в Петербурге и Москве.

Финифтяной промысел в древнем городе Рос­тове возник не на пустом месте. В прошлом славились на Руси местные иконописцы и серебряники.

В 1760 году при архирейском доме была созда­на финифтяная мастерская, которая просущест­вовала до конца 1780 годов.

Одним из известнейших мастеров города был А. И. Всесвятский (1762-1831).

Изначально ростовская финифть восприняла яркий, полный символики язык барокко и выра­ботала на его основе собственную живописную традицию.

Значительную роль в эволюции стиля сыграли мастера Спасо-Яковлевского монастыря, который с 1757 года стал местом поклонения мощам ново­го российского святого митрополита Дмитрия Рос­товского. Эти мастера создавали для монастыря финифтяные пластины для украшения митр, евангелий, напрестольных и наперсных крестов, потиров.

До наших дней дошло имя мастера этой шко­лы - А.Г. Мощанский (1745-1824). Мастера этой школы до середины XIX века сумели сохранить в своем творчестве высокое духовное начало и стра­стный язык украинского и русского барокко.

Но уже в первой половине XIX века начинается процесс обновления художественного языка ростовской финифти, так как менялся вкус заказ­чиков, внедрялись принципы классицизма.

Художники Н. А. Сальников, Р. Ф. Виногра­дов, Я. И. Шапошников, Я. И. Рыкунин, И. М. За­вьялов внесли свой вклад в развитие ростовской финифти в XIX веке. Во второй половине XIX века расширился диапазон жанровой ростовской финифти. Вслед за изданием гравюр с видами го­рода, монастырей появились миниатюры на эма­ли с видами города.

Выделился в самостоятельный жанр финиф­тяной портрет. До 80-х годов XIX века промысел сохранял самобытность и единство. Однако разви­тие промышленного прогресса отразилось, к со­жалению, на художественном уровне ростовской эмали.

После 1917 года ростовская финифть испыта­ла, как и все советское искусство, пагубное влия­ние станковизма и языка агитационного плаката.

Творческий потенциал промысла велик; среди молодых художников-исполнителей немало та­лантливых миниатюристов, создающих собствен­ные оригинальные композиции.



Словарь специальных терминов

Бармы - широкий воротник или оплечье, украшен­ное золотом, жемчугом и драгоценными камнями, ино­гда с изображениями на религиозные темы, выполнен­ными эмалью на золотых пластинах.

Деггерротип - фотографическое позитивное изоб­ражение на металлической посеребренной пластине, обработанной парами йода.

Деисус - (в переводе с греческого - моление) - в православной иконографии композиция, как правило, составленная из ряда изображений святых, предстоя­щих Христу в заступническом молении за людей. Деи­сус включает в себя изображение Богоматери и Иоанна Предтечи, апостолов Петра и Павла, архангелов Миха­ила и Гавриила, а также других святых, расположен­ных в определенном порядке вокруг Христа.

Дробницы - небольшие накладки разной формы, украшающие предметы быта, церковную утварь, боль­шие иконы с клеймами.

Зернь - мелкие золотые и серебряные шарики напа­янные на скань.

Иконография - в христианском искусстве свод пра­вил изображения лиц Священного Писания.

Потир - церковная чаша для причастия.

Скань - один из технических приемов ювелирного дела, известный с древнейших времен. Сканые изделия состоят из ажурных узоров, выполненных из тонкой проволоки (золотой, серебряной, медной), гладкой или свитой в веревочки.

Чарка - небольшой сосуд для питья крепких напит­ков.

Чеканка - техника художественной обработки ме­талла, которая заключается в набивании рельефа с по­мощью молотка и специальных долот.

Финифть - (от греческого слова «смешиваю», «сплавляю»; в некоторых источниках переводится как «блестящий камень») - термин, применявшийся в Древ­ней Греции, Византии и России ко всем видам эмалей.

Эмаль - синоним слова «финифть» от латинского Smaltum, т. е. плавленый - термин, обозначавший разные виды эмалей в странах Западной Европы. В Рос­сии получил распространение в XIX веке преимущест­венно в применении к живописной миниатюре на эмали и постепенно вытеснил более древний синоним «фи­нифть».

Каждое последующее поколение художников, вос­принимая местную живописную традицию, вносит в ростовскую финифть новое мироощущение, собствен­ное понимание прекрасного. Но, как в подлинно народ­ном искусстве, в ростовской финифти сохраняется веч­ный идеал красоты русской природы и человека.