В алфавитном перечне пушкинских стихотворений шесть одинаковых названий: «Элегия».

Пушкин написал шесть элегий — грустных песен без музыки. Это ведь в учебниках наших Пушкин только и делал, что боролся за свободу и воевал с царем; в действительности он, как и всякий человек, любил, страдал, грустил, печалился — но от всех людей он отличался тем, что умел выразить свою грусть и печаль в тончайших стихах.

Нам с вами, обыкновенным людям, это не дано. Мы умеем плакать, грустить, злиться, молчать, устраивать скандалы — это все то, что замещает нам великую способность выражать свои чувства в красивом слове или в музыке — ведь бывают и музыкальные элегии, например, Шопена.

И вот в одной из пушкинских элегий, которая по первой строчке называется издателями «Я думал, что любовь погасла навсегда…», поэт обращается к Амуру, богу любви:

Амур, уж я не твой,
Отдай мне радости, отдай мне мой покой…
Брось одного меня в бесчувственной природе,
Иль дай еще лететь надежды на крылах,
Позволь заснуть и в тягостных цепях
Мечтать о сладостной свободе.

Мечтать о сладостной свободе…. На свете очень мало свободных людей, но-и это утверждение покажется странным — еще меньше людей, мечтающих о свободе. Мы все в какой-то степени рабы, мы и не мечтаем о свободе, мы покорно несем свои тягостные цепи.

И прежде всего — цепи своей собственной лени, цепи безразличия к жизни, цепи подчинения нелюбимым людям. Да, человек вынужден подчиняться жизни, вынужден жить в семье, где ему плохо, ходить в школу, которая далеко не всегда ему в радость, а потом на работу, которая тоже кажется ему обузой. Но не это тягостные цепи, не это!

Говорят: Бог внутри нас.

Но и тягостные цепи неверия в людей, нелюбви к ним, бездумья, безвольного подчинения дурным людям и компаниям — вот истинные цепи, вот от чего бы избавиться, вот о какой свободе хотя бы мечтать!


.