Все засмеялись, а Гитлер заплакал
О месте Ганди в мировой пропаганде
Честность - прекрасная вещь! Особенно когда все вокруг честные, а я один – вор.
Генрих Гейне
Индия – мирная, дружелюбная страна, где все улыбаются, поют и пляшут, а политические лидеры обычно умирают от пули или от бомбы террориста. Начало этой славной традиции положил Махатма Ганди. Он первым заслужил всеобщую любовь, стал отцом нации и был убит одним из своих детей.
Моханья
Так его любовно звали в семье. Последний ребенок. Мохандасом он станет потом – и не очень надолго.
Большое влияние на Моханью оказали две женщины – мама Путлибаи и жена Кастурбаи. Мама была очень религиозной, исповедовала джайнизм – это когда нельзя причинять вред ничему живому – и периодически спасалась от запоров голодовками.
Женили Моханью в 14 лет, а жене Кастурбаи было 13. Впрочем, в Индии дети рано созревают. Через некоторое время после женитьбы Моханья с другом –мусульманином уже наведывался в нехорошие дома к нехорошим женщинам – правда, как сам он пишет, уходил оттуда, «ничего не совершив».
Еще он в детстве любил делать перевязки деревьям. Эта привычка – делать перевязки себе, людям и предметам – останется на всю жизнь, как и очистительные голодовки.
История о золотом слитке
Однажды друг -мусульманин попросил у Моханьи денег – в карты, что ли, проигрался. Моханья отказал. Но, так как он любил друга и поплакать, он поплакал, а затем пошел и украл у отца золотой слиток.
Слиток продал, деньги отдал другу. Затем он еще поплакал и признался в краже отцу. Они поплакали вместе, и отец сказал – ты думал, я буду тебя ругать? Я плачу, потому что ты такой честный!
В других вариантах Моханья крадет у отца деньги, и не для друга, а для себя, но кончается все равно хорошо.
Надо сказать, что папа Ганди был мужчиной суровым и сластолюбивым, женат был четвертым браком, предыдущую жену бросил, поскольку она серьезно заболела. Носил золотые украшения (отсюда, видимо – миф о золотом слитке), работал кризисным менеджером при каком-то мелком радже.
Затем он заболел – и болел довольно долго. Больной отец, заботливая мать: генезис Ленина и Ганди. У Ленина, как мы помним со школы, папа-директор однажды удалился наверх, чтобы никому не помешать, там лег на диван, завернулся в плед и тихо помер. С папой Ганди было по-другому – за ним по очереди ухаживали все ближайшие родственники, Моханья как раз отлучился потрахаться с молодой женой – и в это время отец умер. Что послужило материалом для другой легенды: якобы Ганди, потрясенный своим невольным предательством, отказался от секса именно после смерти отца. В таком случае он, надо сказать, довольно долго тянул – лет двадцать…
Ганди в денди
Есть мелкие жулики, шантрапа, шпана – а есть блатари, воры в законе. Но и они – сявки дешевые по сравнению с такими фигурами, как Елена Блаватская, Альфред Шулер или Алистер Кроули. Мистики, масоны, сатанисты, провокаторы, жрецы собственных религий, тройные агенты-перевертыши… На той же Блаватской клейма негде было ставить – она предлагала свое сотрудничество всем крупнейшим разведкам мира, и не все отказывались. А поди же ты – 1991 год был объявлен ЮНЕСКО «годом Блаватской». То есть – годом «Разоблаченной Изиды» и «Тайной доктрины», так называемых «эзотерических» книжек, по сути – компиляций из масонских пособий для «чайников». Годом Теософского общества, Общества Рерихов, Общества Туле.
Лучшая ученица Блаватской, Анни Безант, стала первой серьезной спутницей нашего Мохандаса. Познакомились они в Англии, куда 18-летний Мохандас отплыл учиться на адвоката. На почве вегетарианства. Существовало такое Вегетарианское общество. Оно и сейчас, кстати, существует, в том числе и в России. Люди объединяются, чтобы чего-то не есть. Совершенно понятно, что этого же нельзя делать в одиночку. Нельзя быть в одиночку нудистом, гуманистом и вегетарианцем. Так и познакомились. Хотя друг детства Ганди (тот, который мусульманин) предупреждал его: думаешь, почему англичане такие сильные? Потому что они, в отличие от нас, пьют вино и едят мясо!
В Англии наш герой нашел новых друзей – а кроме того, он там прочитал «Бхагавадгиту»! Правда, на английском.
Не брат ты мне
Когда начинаешь изучать биографии героев борьбы за независимость Индии, в глаза бросается некоторое сходство. Почти все борцы закончили Кембридж (как правило, юридический факультет). Награждены медалями и орденами Британской Империи. Выполняли различные задания этой самой империи. Если честно, горя не знали, будучи под игом колонизаторов. Ганди впервые столкнулся с расизмом в Южной Африке, куда отправился после неудачного начала адвокатской карьеры на родине (недаром адвокат Ульянов сочувственно называл Ганди «великим революционером»). Опять-таки, оцените весь humour ситуации – освободитель Индии от англичан три года учится в одном из престижнейших вузов страны поработителей, и его не пинают скины по вечерам, его не обзывают хачиком или чуркой (ну или как там по-английски), не выгоняют из омнибусов, и вот он приезжает в Южную Африку, преспокойно садится в купе поезда, и какой-то бур вышвыривает его оттуда пинком, буквально со словами «не брат ты мне, гнида черножопая».
В общем, когда началась англо-бурская война, Мохандас сколотил из индусов санитарный батальон – воевать по-серьезному религия не позволяет, но англичанам-то надо помочь! Великобритания награждает Мохандаса медалью. Затем новая война – и новая медаль. Затем Ганди командируют обратно в Индию, где он последние двадцать пять лет бывал исключительно наездами, и он проводит вербовку там – уже в обычные, регулярные британские войска. Но сам, конечно, воевать не идет. Зато всегда рад сесть в тюрьму. Рад – это в данном случае подходящее слово. Последователям гандизма и сегодня говорят: а посиди-ка ты, мил человек, лет десять в тюрьме! А то ты какой-то не совсем гандист. Ганди сидит в Южной Африке, сидит в Индии, с удовольствием сидел бы и в Англии, но там его никто не сажает. Он, как герой песни Розенбаума, «сам себе тюрьма» - в судах неизменно требует наисуровейшего наказания за совершенные им проступки, или заранее договаривается с товарищами, чтобы они донесли на него, а он на них, и посадили бы всех. Собственно, и возвращение на родину он начал с небольшой отсидки. Отсидки Ганди традиционно сочетает с голодовками. Иногда голодовки проводятся по политическим причинам, иногда по личным – о чем позже.
Где-то примерно в это время известный эстет-гомосексуалист-выпускник-естественно-кембриджа Рабиндранат едрит твою Кагор, то есть, простите, Тагор нарекает Мохандаса Махатмой, что на хинди означает «Великая Душа». Хотя, возможно, поэта пленило само созвучие: Моханья – Махатма.
Роль Тагора в этом деле важно подчеркнуть. Потому что из одной биографии в другую повторяется как заклинание, что, дескать, «махатмой» Ганди прозвали «в народе». Рабиндранат очень бы обиделся на такое определение себя. Честно говоря, и «Отцом Нации» Ганди прозвали тоже не в народе – такую кличку ему дала сподвижница по партии Индийский Национальный Конгресс. Отличная партия, кстати – основана англичанами, выступала за освобождение Индии, во главе долгое время была Анни Безант – та самая ученица Блаватской… Кстати, параллельно она возглавляла Теософское общество. А одним из членов Теософского общества, в порядке культурного обмена, был некто Мотилал Неру, адвокат (Кембридж), отец Джавахарлала Неру – будущего премьер-министра независимой Индии. Да и сам Махатма Ганди приговаривал, что почитал бы за честь «поцеловать край одежд мадам Блаватской».
Чтобы уж окончательно внести ясность в понятие «махатма», процитируем один документ. Это так называемое письмо махатм вождям Советского Союза, привезенное лично Рерихом в Москву в 1926 году. Письмо короткое: «На Гималаях мы знаем совершаемое Вами. Вы упразднили церковь, ставшую рассадником лжи и суеверий. Вы уничтожили мещанство, ставшее проводником предрассудков. Вы разрушили тюрьму воспитания. Вы уничтожили семью лицемерия. Вы сожгли войско рабов. Вы раздавили пауков жизни. Вы закрыли ворота ночных притонов. Вы избавили землю от предателей денежных. Вы признали ничтожность личной собственности. Вы признали, что религия есть учение всеобъемлемости материи. Вы угадали эволюцию общины. Вы указали на значение познания. Вы преклонились перед красотою. Вы принесли детям всю мощь космоса. Вы открыли окна дворцов. Вы увидели неотложность построения домов общего блага! Мы остановили восстание в Индии, когда оно было преждевременным, также мы признали своевременность Вашего движения и посылаем Вам нашу помощь, утверждая Единение Азии! Знаем, многие построения совершатся в годах 28 - 31 - 36. Привет Вам, ищущим общего блага!» К письму прилагался ларец с гималайской землей и запиской - "На могилу брата нашего, махатмы Ленина".
Этих самых «махатм» изобрела Блаватская в девятнадцатом веке, а общались с ними (в основном по обкурке, и это я мягко) супруги Рерих, которым «махатмы» надиктовывали всяческие пророчества из астрального мира. Из пророчеств получались лекции, книги и другие источники более-менее безбедного существования. О разведывательной деятельности Рерихов в Тибете мы не говорим. Это отдельная тема. Но вот о чрезвычайно положительной оценке деяний махатмы Ленина махатмой Ганди не упомянуть не можем. Ганди же высказался так: "Идеал, который освящен самопожертвованием таких великих душ, как Ленин, не может быть напрасным".
Махатма махатме третий глаз не выклюет.
Рождение легенды
Лев Николаевич Толстой очень любил индусов. Особенно одного маленького, паршивенького, по имени Мохандас. Бывает, поймает его в метафизических дебрях и ну гладить по консенсусу. Хотя этот Мохандас сам первый начал, любая экспертиза подтвердит. Прислал письмо старику Толстому: так и так, восхищаюсь вашим учением о непротивлении злу насилием. Сам придерживаюсь других взглядов, но идея оригинальная. Буду рад любым советам. Старик расчувствовался – вот, и в далекой Индии знают и ценят. Заправил лист в пишущую машинку. Отпечатал заглавными буквами: «ПИСЬМО К ИНДУСУ». Звучит хорошо, евангелично. Послание к римлянам. Письмо к индусу. Можно еще для охвата написать «письмо к китайцу». Вот уже и пол-миллиарда читателей. И две мировых религии. А ведь с «Севастопольских рассказов» начинал!.. Копия Софочке для журнала «Огонек».
В письме к индусу Лев Николаевич сравнивал индусов с алкоголиками, а их подчинение англичанам – с алкогольной зависимостью. Позицию своего юного индийского корреспондента он охарактеризовал так: «поразительная глупость». Глупо было, по мнению графа Толстого, думать, что англичан можно выгнать силой (и это правда было глупо). Англичан, писал далее Толстой, можно выгнать только ненасилием. Ненасилием и упорством в истине. Потому что англичане, как и все другие мнимо-христианские народы, живут во лжи – проповедуют любовь во Христе, а сами создают один аппарат насилия за другим. Так уж определяйтесь, господа хорошие! Если вы за любовь во Христе, тогда какие могут быть армии, какие тюрьмы? А если вы за армии и за тюрьмы, тогда не лгите, что вы христиане.
Но ведь государство (Россия в данном случае) никогда и не провозглашало себя институтом или филиалом христианской церкви! Христос учил, что царство его не от мира сего. Религия - личное дело каждого. Но религия никого не делает святым автоматически. Из того, что некто христианин, никак не следует, что он у меня деньги не украдет или по службе подножку не подставит. Есть куча ситуаций, никакими библиями не прописанных и изначально конфликтных. Понятно, что Лев Николаич видел свою роль следующим образом: кругом глупые мужики да бабы ругаются из-за наделов земельных или неверно сочтенных слив, а он такой бегает между всеми степенной походкой и выносит одно соломоново решение за другим.
И "все засмеялись, а Ваня заплакал".
Беда в том, что на всех львов николаевичей не хватит. А также сенсеев, гуру, махатм, раввинов и прочих мудрецов. Соответственно, анархия, обиды, поножовщина, "разбитые лица друзей, унижения кровавая пена".
Система нужна, а не большое количество этически безупречных графьев в завязке.
Причем система эта должна быть по возможности обесчеловеченной, бездушной, стандартной, как 220 вольт. Тогда она работает. В противном случае получается алюминиевый провод с медными вставками, обмотанный дырявой изолентой, на который к тому же постоянно ссут. Короткие замыкания неизбежны.
Теперь. Если люди отрицают необходимость такой системы, а взамен предлагают коллективное самосовершенствование, то они либо идиоты, либо маньяки, либо жулики. Ганди, кажется, сочетал в себе все эти качества.
Соль и прялка
Вплоть до 1942 года, как прикинули пытливые исследователи, Мохандас Карамчанд Ганди по кличке «Махатма» в критических ситуациях, как то – война, опять война и снова война – ВСЕГДА занимал позицию, лояльную Британской Империи. В мирное время – куролесил. Англичане любят эксцентриков. Ганди, приехавший на конференцию в Лондон со своей любимой козой, вызвал ажиотаж. Коза нужна была Махатме для удовлетворения потребности в пище. По не очень понятным причинам козье молоко он считал менее животным, чем коровье. Ходил всю жизнь в набедренной повязке. Когда тянуло холодком, закутывался в шаль. По любому поводу закатывал голодовку. В 1933 году некая молодая американка, посетившая Ганди в тюрьме, спровоцировала великого старца на отказ от воздержания. Результат – три недели голодовки. Эта нехитрая процедура сильно нервировала Черчилля, человека тучного и вообще любившего повеселиться. В Тегеране он даже пожаловался Сталину на Ганди, который в очередной раз голодал в тюрьме. Мол, помрет паршивец и вызовет ненужный резонанс. Сталин посоветовал Черчиллю подмешивать в воду Ганди глюкозу – и таким недостойным образом, возможно, спас последнему жизнь.
Помимо голодовок и толстовского ненасилия, в арсенале Ганди была позитивная программа, состоявшая из двух пунктов:
1. Индию спасет прялка.
2. Все, что не может сделать прялка, человеку для жизни не нужно.
Означенная прялка («чарка» по-индийски) была с Ганди всю жизнь. Он даже королеве Елизавете на день свадьбы отправил кусок ткани собственного производства. Правда, мама невесты сочла подарок неприличным – мол, мало того, что трусы, так еще и ношеные! – и тайком выбросила его. Прялка, по мысли Ганди, была нужна для того, чтобы отказаться от английских товаров – одежды, обуви и вообще всего фабричного. Следовало изменить преподавание в школе таким образом, чтобы ученики изучали географию по регионам произрастания сырья для пряжи или по регионам сбыта пряжи же. Физику, химию, математику – ровно в том объеме, чтобы составить представление о свойствах прялки. Не знаю, какая Безант научила этому солнечного индийского гения, но после подробного ознакомления с теориями Ганди насчет прялки как-то мало удивляешься тому, что он так и не занял официально никакой должности, будучи «в авторитете» чисто по понятиям.
Другая светлая идея заключалась в том, чтобы бойкотировать привозимую из Англии соль, которая-де стоила непомерно дорого, и выпаривать соль из морской воды самостоятельно. Ганди организовал так называемый «соляной поход», длившийся несколько недель. Дальше в рассказах биографов начинаются непонятки – мол, Ганди первым собрал горсть соли на морском берегу. Я, конечно, могу ошибаться, но мне еще со времени прочтения «Незнайки на Луне» казалось, что соль по морским берегам просто так не валяется. По крайней мере, пищевая соль. А морская соль, которую надо выпаривать из воды, категорически несъедобна…
Шуму поход наделал много, однако кончился закономерно пшиком.
Кому я должен – всем прощаю
Разумеется, хватало и личных чудачеств. Начиная хотя бы с пресловутого отказа от половой жизни – за себя и за жену. Ее ведь никто не предупреждал, что на самом пике сексуальности придется сублимировать влечение в мытье отхожих мест – вместе с мужем. А муж еще и сердится: мол, горшки ты за моими гостями выносишь, но как-то безрадостно! Где твоя самоотдача?
В другой раз Ганди обвинил супругу в краже – принародно. Когда выяснилось, что имело место бухгалтерское недоразумение (супруга вела дела общины), Ганди сказал, в очередной раз отправляясь в тюрьму: «Передайте моей жене, что я на нее не сержусь». Впрочем, все унижения кончились для жены Ганди тоже в тюрьме, где она тихо умерла от бронхита, поскольку муж категорически отказался лечить ее вражеским пенициллином. По мнению самого Ганди, «она умерла счастливой». Смерть Кастурбаи в каком-то смысле развязала ему руки.
Извращенная сексуальность – аспект, которого предпочитают не замечать, говоря о Ганди и вообще об отношениях «гуру-ученики». Между тем это же так понятно, это хрестоматия: сублимация и религиозное рвение. Женщины в окружении Ганди всегда были сексуально взвинчены, а старец подливал маслица в огонь – поскольку ему было холодно спать одному (ну еще бы, в одной набедренной повязке), то он частенько приглашал с собой девушек. Проверить их и свое целомудрие. Некоторые соглашались сразу, других приходилось уламывать. Были две сестры-близняшки, которые охотно согревали Махатму своим телом, одна из них, Ману, была женой его племянника. В какой-то момент Ганди этого показалось мало, и он усложнил задачу: а теперь спите со мной обнаженными. Племянник, узнав об оказанной жене чести, почему-то сильно расстроился и даже попробовал предложить себя в качестве замены, но Ганди от услуг обнаженного племянника отказался.
И вот тут можно уже задаться вопросом: люди, которые восхищались Ганди в Европе и Америке – они что, не понимали, с кем имеют дело?
Все они, конечно, понимали. Все-таки люди европейской культуры. Мастера разводки. То-то сюрприз для них был, когда чудаковатый безобидный Ганди, очень удобный для стравливания пара, метнулся совсем в другую сторону – в объятия Адольфа Алоизовича Гитлера.
Встаньте, дети, встаньте в круг
Что роднит Блаватскую, Ленина, Ганди и Гитлера? Кроме, конечно, национальности (шутка)? Все они – гностики. Гностики (они же манихеи) – это такие мыслители, которые считают, что все люди делятся по своему происхождению на несколько разных групп. Переход из одной группы в другую практически невозможен. Группы (расы, касты, классы) неравноправны: в первой группе просветленные, во второй – полезные, в третьей – никчемные. Хотя все это не имеет большого значения, поскольку эта жизнь – лишь приуготовление для жизни вечной. Душа – пленница в человеческом теле. «А при коммунизме все будет за..бись!»
Отсюда малая ценность конкретной человеческой жизни и жизни вообще. Крайне скептическое отношение к физическому телу. Как своему, так и чужому. Если всех нас ждет цепь перерождений, как-то глупо сокрушаться по поводу массовых казней и пошива торшеров из человеческих шкур.
Поэтому прямой человеческой противоположностью Гитлера был отнюдь не Ганди, а толстый мещанин Черчилль. А Ганди был для Гитлера «социально близким». Что он и доказал в годы Второй Мировой, выступив с несколькими обращениями принципиального характера. В первом он пожелал евреям Германии покончить жизнь самоубийством - всем, так сказать, кагалом. Чтобы Гитлеру стало стыдно. "Все засмеялись, а Гитлер заплакал". Во втором – посоветовал Англии сдаться. С той же примерно мотивировкой. Ну и в третьем Ганди обращался уже непосредственно к фюреру, начиная с интимного «Друг мой». Ганди по-дружески советовал Гитлеру «предотвратить войну» в Европе, что само по себе звучит неплохо, но в сочетании с предыдущими двумя обращениями – довольно-таки странно. А кто тогда будет сдаваться на милость победителя и совершать коллективное самоубийство?
Гитлер, как ни странно, Ганди не послушался. Хотя вообще любил все индийское – свастику, например.
Черчилль терпеть не мог Ганди, просто эстетически не выносил. Ну что это, действительно, старичок с отвисшей морщинистой грудью и беззубым ртом приходит в общество джентльменов, косит под блаженного и блажит: «Quit India!» (покиньте, дескать, Индию!) Сигару ему даже не предложишь – страшно подумать, что он с ней может сделать…
Более-менее неплохо Черчилль относился к генералиссимусу Сталину. И совсем хорошо – к президенту Рузвельту. Вот эти трое сообща свернули Гитлеру его физическую шею. Не будучи не то что святыми, а просто хорошими людьми.
Quiet India!
Конечно, Индия Англии совсем не мешала. По подсчетам того же Черчилля, обладание Индией обеспечивало два миллиона рабочих мест для англичан. Не говоря уже о доходах от продажи хлопка, пряностей, драгоценных камней… Но и говорить о том, что Англия Индию бессовестно эксплуатировала, как-то не совсем ловко. Хотя бы потому, что до прихода англичан не было такого государства – Индия. А было больше пятисот княжеств, королевств и прочих государственных устройств. У каждого – свой раджа, свои визири, свои сокровищницы и слоны. Массовые эпидемии, уносящие за раз миллионов по двадцать жизней. Дикость и бескультурье. И бесстрастные йоги со своей неизреченной мудростью.
Возникшая из ниоткуда индийская элита, вместе с ниоткуда возникшим (часто сразу на английском языке) индийским фольклором, по мере сил поддерживалась национальным капиталом, тоже, в общем-то, сравнительно недавним явлением. Национальный капитал делал ставку на национально-освободительное движение, как и было принято в те годы повсеместно. Британская империя пала жертвой собственной технологичности: она сама давала колониям оружие против себя.
Но не в случае с Индией.
Если коротко, то участие Ганди, партии Индийского национального конгресса и прочих теософов с прялками в уходе англичан из Индии было минимальным и носящим скорее ритуальный характер. Одним из главных условий участия США в войне против Гитлера было предоставление независимости Индии. Это условие толстому Черчиллю выдвинул нехороший Рузвельт – и настаивал на его выполнении очень жестко. Рузвельту было глубоко плевать на Ганди с его «сатьяграхой», он ничуть не сочувствовал угнетенным индийцам, у него была другая цель – максимально ослабить стратегического конкурента своей страны, Великобританию. И он это сделал. И почти добился другой цели – установить в регионе контроль США.
Все, что смогла Англия возразить – это перед уходом разделила Индию на два государства (заметьте – ВСЕГО на два), мусульманский Пакистан и индуистский Индостан. Причем разделила путем проведения референдума, с участием своих новых любимцев – Джавахарлала Неру и Али Джинны. Окончательно выживший из ума Ганди был списан со счетов. Потом его пристрелил какой-то индус.
http://hasisin.livejournal.com/84406.html
.
.
.
v_v_putin 
