Тема чрезвычайно болезненная для огромного числа людей, причём не только женщин, но и многих мужчин, которые винят себя в том, что они подтолкнули, согласились, не помешали и т.д.

Эта тема раскачивается как ярыми сторонниками, так и ярыми противниками, причём каждая из сторон приводит аргументацию, основанную либо на каких-то социальных (научных) выкладках, в которых имеет ценность т.н. свобода личности, первенство материалистического эксперимента и проч. , и тогда «всё можно и никто не виноват», либо в ранг духовной позиции возводится некая в общем-то иудео-христианская (ну и мусульманская, что в общем то же самое) позиция, где утверждается равенство аборта и убийства  воплощённого человека.

И поскольку человек (а особенно постсоветский) очень часто проходит эти два этапа мировоззрения спонтанно-постепенно, то он сначала просто «не придаёт значения», «Думает, что это только материя», а потом наоборот – ужасается совершённым убийствам и видит в этом тяжелейший грех.

И поскольку развитие 30-40 летних людей совпало со сменой идеологических моделей как бы материализма на  как бы православие, то огромное число людей среднего возраста прошло оба этих этапа. В результате – многие сегодня записали себя в убийцы.

В общем- тут много сил, причём каждая со своей концепцией, аберрацией, интересом и т.д. 

Рискуя внести очередные искажения, всё же попробуем разобраться и понять суть проблемы.

И самый простой опыт, который может получить всякий родитель – это наблюдение за ребёнком в первые месяцы жизни. Это очень трогательное, пронзительное в своей ясности и наглядности ежедневно протекающее творение. 

Ведь то, как вдруг дрожащие и неуправляемые ручки в какой-то из дней обретают первую ясность движения, то как лицо малыша научается проявлять радость, то, как сознание начинает замечать тело – всё это нагляднейшие свидетельства соединения чего-то не имеющего тела с физической оболочкой.

Очень не трудно заметить, как постепенно протекает этот процесс – отождествления себя и тела.

Это потом, во взрослом возрасте человеку так трудно пройти обратный путь от тела, к духу, а вот в самом раннем детстве – всё прямо наоборот – дух ещё так мало связан с телом… Он творит его движения, он осваивает эти новые формы, сознание привыкает к проявлению себя в теле. 

Потом придут эмоции, потом – хотения…

Человек растёт и обуславливается материей.

Но в начале – он ещё очень слабо связан с телом. Эту легко почувствовать родителю, если только обратить внимание на то, куда в первые недели жизни ребёнка направляется внимание родителей – в зоне внимания оказывается некая область – кроватка, коляска - как зона пребывания малыша. Он ощутимо больше тела в это время…

Зачем мы так подробно проговариваем то, что можно получить в результате личного опыта?

А затем, чтобы в понимании вопроса о котором мы говорим было как можно меньше недоказуемых чужих концепций.

Ещё один опыт, который можно получить – это практики воспоминаний себя в раннем детстве, себя в момент рождения, себя до рождения. В основном, эти техники связаны с именем С. Грофа и многократно описаны. К примеру тут. 

И этот опыт так же может получить каждый человек. И можно, к примеру, вспомнить себя в момент, когда мать вынашивала нас. И воспоминания эти на определённых месяцах – вне матери – где-то рядом. Это опять же – опытные знания. Знания о том, что бытие было вне тело, хотя определённая связь с телом уже была.

И тут очень важно понимать основное – тело – результат действия сознания.

Само сознание – не рождается ни в момент зачатия, ни в момент рождения.

И только выкинув всю идею вечного бытия человека, только отказавшись от внятных формулировок Оригена о предсуществовании души, христианство породило вывод о том, что человек не существовал до рождения (зачатия).

Ну и далее всё просто – раз так, то человек абсолютно связан с телом, а убийство тела – убийство человека. И далее – огромное число женщин –убийц, пополняющих своими грехами очереди на покаяниях.

И – что очень важно – они все говорят о том, что даже после исповедания этого греха, он по-прежнему тяготит их.

И это толкуется как свидетельство тяжести греха и подтверждение христианской концепции убийства

.

Хотя дело обстоит несколько иначе – поляризация сохраняется, да. Заряд внутреннего конфликта не уходит. Это правда. И тут важно понять почему он не уходит.

Ответ предельно прост – потому, что предпринимается попытка снять не тот заряд.

Исповедуется не тот грех, не та ошибка, которая имела место быть.

Не происходит понимания, а потому проблема сохраняется, сохраняется, а то и усиливается напряжение. И тут хорошо бы не спекулировать на проблеме, а дать понимание ошибки – т.е. дать возможность освобождения.

Просто потому хотя бы, что маленький зародыш ещё не способен стать формой той сложной форме сознания, которой является человек. Вместилище для сознания ещё совсем не готово.

Эмброин не может быть формой человека. Это так же семиотически очевидно, как и то, что имея только три буквы в алфавите, нельзя записать пушкинское стихотворение. Чтобы человек смог отождествляться, связываться с телом, должна возникнуть сложная материальная форма.

Связь в первые месяцы носит потенциальный характер и, конечно, прерывание беременности не является фактом убийства.

Человек никогда не равен телу, даже во взрослом возрасте, а уж тем более в момент начала беременности.

Да, приходит новое сознание, до оно очень сильно начинает слиять на будущую мать, да, в этотм момент происходят серьёзные изменения и в сознании потенциальных родителей. Точнее сказать - эти изменения должны произойти. Беременная женщина должна согласиться на изменения, сказать внутренее "да", чтобы ребёнок стал формироваться полноценно. 

И мать и отец ребёнка должны меняться и становится каналами, пропускающими нового человека. Всё так.

И это - сложность, это отказ от себя, это акт усмирения эго. И не все к этому готовы. Не всегда.

Конечно, если сознание, которое уже вступило в фазу формирования тела для нового воплощения, не получает желаемого, оно испытывает не самый лучший опыт.

Это создаёт новые трудности для воплощаемого, ведь каждый из нас заинтересован в пребывании на земле, в новых жизнях.

Жизнь тут даёт огромный толчок для развития, события, телесность – лишь малая часть того, что ищет воплощаемое сознание. 

Если беременность прервана, то одна из возможностей развития оказывается не реализованной.

И, собственно, для невоплощённого существа на этом цикл заканчивается – никто не умер– сущность будет искать новые возможности воплощения, вот и всё.

Но это не означает, что тут нет проблемы – ведь для воплощённого человека – для возможной матери и отца отказ от ребёнка есть ситуация предельного эгоизма, отказа от жертвы, от труда, от изменений,  от развития и.т.д. 

Это безусловно негативный опыт. Это ухудшение кармы, которое будет иметь те или иные последствия в жизни.

Самые разнообразные. К примеру, после этого отношения между мужчиной и женщиной ухудшаются, часто распадается брак, если в семье уже есть дети, то они начинают болеть, становятся предельно капризными, жестокими и т.д. Иначе говоря – происходит восполнение опыта, только другими способами. 

Ту меру усилий, которую человек должен был совершить – он всё равно совершит, тот опыт работы над собой, который нужно пройти – человек всё равно пройдёт – только вместо счастья бытия с ребёнком, и наиболее гармоничной формы развития, человек получит ссоры с близкими, проблемы с деньгами, болезни и так далее.

И это и есть следствия совершённой ошибки. И если люди отказываются от труда родительства, то они всё равно получат опыт. Но – иначе.

Но тут не имеют значения термины. Имеют значения выводы и внутренние изменения.

И если человек изменился, если у него возник не просто ужас того, что кто-то рассказал о грехах, а если случилось действительное понимание того, что любая форма отказа от усилия, от жертвы ради другого есть по-сути своей одна и так же ошибка, то ситуация меняется.

Если женщина  потом уже родила детей, если она уже восприняла этот путь, если она изменилась, то изменилось и её прошлое. Её карма в этой части – растворена.

Потому, что карма это – невежество, непонимание.