Мы — пресыщенные мудаки, толчемся в местах, которые ненавидим, в городе, который ненавидим, притворяемся, что мы — центр вселенной, уродуем себя говенной наркотой, чтобы избавиться от ощущения, что настоящая жизнь происходит где-то совсем в другом месте; мы прекрасно осознаем, что все, что мы делаем, — это просто подпитка нашей клинической паранойи и вечного непреходящего разочарования, и тем не менее нам не хватает запала остановиться. И я даже знаю почему. Потому что, как это ни прискорбно, вокруг нет ничего интересного, ради чего стоило бы остановиться.

Настроение трансформируется с такой же стремительностью, как погода: сейчас – предельная накаленность, – стрелка на спидометре не выше сорока, а хочется сотен и шампанского из горла за рулем. Тогда возникает вопрос: есть ли оптимальное решение, которое может вывести nervus vivendi из природы человека и которое составляет потенциальную тенденцию в человеке? Можно начать в первую очередь с идеи о том, что человеческая личность – точно так же, как и погода, – является системой, то есть каждая часть зависит от любой другой части и никакая часть не может быть изменена без изменения всех или большинства других частей. Если система разламывается под ударами извне, Цельность заканчивает свое существование в хаосе, а на ее руинах возникает Новое.
Именно поэтому Маркс не верил в творческую силу насилия как такового, а верил в насилие, выступающее в качестве вспомогательного средства. Думаю, что мысли героя-разрушителя-строителя-нового Ленина (Ульянов-Терминатор) были по существу такими же. Поэтому, абстрактно выводя, что насилие над собой равнозначно «Насилию» в совершенном смысле этого слова, и ради того, чтобы старая система, коей является прежняя целостность моей личности, была aufgehoben в гегельянском смысле этого слова, я намереваюсь выспаться.
Система лучше, чем хаос.

- чем заняться в Париже?
- бухать гиннесс.

60 часов без сна, и алоэ уже машет мне своими грузными листьями.

- Один мой приятель ассоциируется у меня с римcкой cемёркой. Я подумала, делает ли это его более мужественным?
- Я бы хотел быть похож на единицу. К cтарости превратился бы в 2.
- Почему в 2?
- Горбатый и на коленях. Буду проcить милоcтыню где-нибудь в Антверпене.

я - начинающая проститутка, меня снимает на вымощенной камнем улице Джонатан Кац, шерстяным шепотом описывая свои
безразмерно метастазирующие порнографические фантазии.

"Устроить себе выходной в пятницу вечером Консуэло не могла, она была сознательной шлюхой, добросовестно выполняла обязанности перед обществом, и, кроме того, пятничный заработок – лучший, не считая праздников. Консуэло представила, как все эти крестьяне, получив деньги от фермеров-гринго, притащатся сюда на мулах. Напьются, опять устроят поножовщину, кто-нибудь лишится руки. Бордели по обеим сторонам улочки будут забиты очередями пьянеющих мужчин, и самой Консуэло придется напиться, чтоб на все стало наплевать. Да ладно, какого черта? Во всем поселке она одна, не считая других шлюх и работников дона Эммануэля, могла себе позволить цементный пол в доме. Шлюха с двенадцати лет, куча детишек, а в двадцать – уже цементный пол. Достойная жизнь, и никакой мужик тобой не командует, пока хорошенько не заплатил".
Луи де Берньер, "Война и причиндалы дона Эммануэля"
с заметкой в планере: непременно прочитать

иногда кажется, что меня спасет алкоголизм.

я - реинкарнация портье Альфреда Сагана (не родственника), работающего до 40го года в NY на Брайтон Бич. Собственно, еще до заселения русскими.
Сижу на подоконнике одного из номеров гостиницы.
А еще
- мне снятся за ночь сны на разных языках
- нахуя жениться до тридцати?
- пора вводить тэги

Читать далее...

В том году вымерли кельнские попугаи из-за холодов; сегодня наблюдала на грачом дроздом, вьющим гнездо в углу террасы на временно выкинутом растении.
_
Мы живем в огромном мире-супермаркете, довольствуемся вседозволенностью и общедоступностью: стоит только щелкнуть пальцами, как Заведующий Складом Радостей доставит нам нужную порцию счастья, ничего не требуя взамен, записывает на счет. Чем только не удивлял Он публику: выпускал на сцену Пиковую Даму и поил горячим шоколадом в перерывах между ариями райских птичек; идеально уравновесив порывы, всплески и музыкальные вихри в гениальном исполнении оркестра, а мы поглощаем все это в кредит до узкого зрачка, даже не подозревая, как велик процент.

Я просыпаюсь и завтракаю, как примерная девочка. Пробуждение по расписанию в шесть вечера, на завтрак - вискарь со льдом, а чтобы не сдохнуть с голоду - детское питание, в моём доме относящееся к рангу кошачьего корма.
Еще Рабле писал, что надо поменьше плакать и побольше пить.
_
У мамы все хорошо.

мать легла на обследование. я делаю вид, что не волнуюсь и в пятый раз срываюсь на крик.

Я рисую невнятное, мой приятель трет глаза - его высшего образования явно недостаточно, чтобы понять.
Я стараюсь помочь ему, мне его жалко, разъясняю, что это может обозначать, он чешет затылок и советует поехать на море.
Я завтракаю на террасе в четыре после полудня, по ночам учусь строить выкройки и снимаю гениальное в своем идиотизме видео через дно стакана.
Сегодня еще только второй выходной без гипса, а я уже не знаю, чем заняться.
А еще я выращиваю шалфей на подоконнике, покупаю четвертую пару обуви в онлайн-магазинах, разбираюсь с документами на дальнейшее обучение и пробую вылепить фасад зданий из художественной глины под искусственный шум природы из колонок. В целом, готовлюсь к отпуску на море, который, как мне кажется, никогда не начнется; остается только дождаться, когда можно будет натянуть на голову мешок и прислониться спиной к стене, вот, мол, стреляйте в меня праздностью, я теперь Никто. В новых туфлях.

Любовь, как побочное действие от привыкания к кондиционерам, сексу, курсам английского и чужой работе с командировками заставляет меня
делать неинтересные глупые снимки, например, такие

Auf Wiedernipples!

Долбанная пятница, будь она проклята. Я возненавидела ее еще в четверг, и теперь в конце недели несвежая голова, пятно от кофе на столе
и протяжный соседский шум сквозь стену-решето - все, что у меня осталось после сорока двухчасового монодня. Я дезориентирована во времени,
хотя и разобралась, что сегодня не ночь на воскресенье.
С утра схожу за горьким шоколадом, сварю кофе и остаток субботнего дня провежду с улыбкой и пользой, отвечая на все телефонные звонки от
имени продажного гея по имени Оскар.

[Сплин- Прочь из моей головы]

- Ты совсем не ешь, кстати. Почему?
- Не люблю тратить на это время. Это одно из самых скучных занятий в моем списке "Cамых скучных занятий, на которые не стоит тратить времени".

Новые игры в психолога или кроссворд из двух слов. Все с нетерпением ожидают обещанной сексуальной сцены, а вместо нее вновь только чувственные
переживания. А почему - поясни - за размышлениями на назойливую тему и проходят моменты твоей утренней эрекции. Из психологии известно, что во
взаимоотношениях между мужчиной и женщиной существуют типовые поведенческие модели. А именно: взрослый и ребенок, ребенок и ребенок, и, наконец,
взрослый и взрослый. Это еще дедушка Фрейд доказал. Туманная суть идеи постепенно начинает проявляться.. самое время задать глупый вопрос: стоит ли
смириться с ролью взрослого, когда однажды выпрямив спину, ты понимаешь, что "вырос"; стоит ли прощать ребяческое нытье того, кто рядом, памятуя о
том, как взрослый в твоем маленьком мире не купил новую "блестючку"; стоит ли закрывать глаза на эскапады, которые выворачивают наизнанку
полиэтиленовый пакет Я-структуры и вынуждают нервные окончания искриться?! Или же оставаться слюнявым ребенком, попыхивая плюшевой сигаретой
и делая глоток "the one and the only original", дуя щеки в обиде, пытаясь разгадать неподдающуюся загадку?

На моей щеке следы от зубов и лиловое кровяное пятно - одно многочасовое общение чуть было не закончилось фатально в море удивительной музыки и
удивления от того, что не было море алкоголя. Приятные шерстяные гольфы, вкусные мужчины ужины и чаепития, истерики, мешки под
глазами, водолазки чернее ночи и невыносимый холод в самых жарких взглядах. Танцы арийских гомогномов, развешивание гирлянд и вечера в барах и
слюнях. Утренние воскрешения собственного тела и восстановления лица.. остальное никого не касается, ибо распереживаются и сдадут меня Санте за
плохое поведение.
Последние лет семь я пишу ему о родителях, потому как сильнее и искреннее всего хочу семью. Ее все нет и нет, а когда нет семьи, приходится
самостоятельно искать-выискивать, кого любить..

Внутри меня за несколько бессонных ночных часов в праздничной мишуре и хлопушках произошло около сотни автомобильных ментальных катастроф.
Выживших нет, так что именно от собственной грусти, а не от окружающих_близких людей, меня тошнило не на жизнь, а на смерть.

утро 30.12 , точнее, вечер 21:10 и жутчайшая хандра
всех люблю, все знаю
молчу