ТИТАНИК: о чем всегда умалчивали
Игорь Светов

Катастрофа "Титаника" невероятна по своим масштабам, и ее по праву называют катастрофой ХХ века. О ней написаны сотни книг и тысячи статей, поставлено множество пьес и кинофильмов, созданы многочисленные радио -и телепередачи.

Сегодня каждый может увидеть эту величайшую трагедию своими глазами благодаря бессмертному фильму Джеймса Камерона, снятого совместно с подводной экспедицией, исследовавшей затонувший много лет назад лайнер. Казалось бы, мы знаем о "Титанике" все. И, тем не менее, историки предпочитают умалчивать о некоторых интересных фактах, проливающих больше света на развернувшуюся драму в ту злополучную ночь 15 апреля 1912 года...



Прежде всего, давайте разберемся, что это было за время. Начало ХХ века ознаменовалось массовой эмиграцией. Армия безземельных крестьян и безработных, а также многочисленные представители деловых кругов из европейских городов, устремились в Америку на поиски лучшей доли и новых возможностей. В "страну свободы" отправилось и великое множество христианских служителей, кто зажженный миссионерским огнем для новых неосвоенных территорий, а кто убегая от тесной религиозной атмосферы, сковавшей старушку-Европу как раз в то время, когда в Америке уже полным ходом шло пробуждение (взять хотя бы всем известное возрождение веры и Духа на Азуза-стрит в Лос-Анджелесе, начавшееся в 1906 году). Только за первое десятилетие ХХ века через Атлантический океан в западном направлении было перевезено более двадцати миллионов человек. Очевидно, что для такой массы нужен был специальный флот (авиация тогда еще только зарождалась), что и вызвало бурное развитие судостроения. С другой стороны, время это славилось глобальной машинизацией - научившись делать различные машины и механизмы, человек вдруг понял, что его больше не сдерживают "человеческие" возможности. Гигантские и совсем крошечные механизмы были везде - они работали вместо людей на заводах, с их помощью возводили небоскребы и строили огромные мосты, передавали радиосигналы на значительные расстояния и делали еще много такого, что всего сто лет назад казалось немыслимым. Едва сделав первый шаг в эпоху научно-технического прогресса, человеку стало казаться, что он может все, и что в природе не осталось ничего неподвластного ему

Спущенный на воду "Титаник" был детищем своего времени и считался самым большим судном в мире. Чтобы хоть как-то представить его размеры, достаточно сказать, что его высота от киля до верха дымовых труб составляла 54 метра (высота двух девятиэтажных домов, поставленных один на другой), а длина равнялась 268 метрам (почти три футбольных поля). "Титаник" был не только самым гигантским судном в мире, но и самым богатым по устройству и отделке внутренних помещений. На пароходе имелись зимние сады, просторные вестибюли с каминами, часовни, обеденные салоны, фойе, холлы, театр, бальные залы, плавательные бассейны, бары и читальные залы. Были даже поле для игры в гольф, теннисный корт, игорный зал и турецкие бани. Последние требования роскоши и удобств были учтены, и стоимость проезда в некоторых каютах составляла примерно 50 тысяч долларов по современному курсу.

Как только "Титаник" закончил ходовые испытания, его владельцы обеспечили судну самую широкую рекламу, назвав его "непотопляемым и самым безопасным лайнером в мире". Малоизвестный факт - в ходе пресс-конференции один из владельцев публично заявил: "Даже сам Господь-Бог не сможет потопить это судно!" Определение "непотопляемого корабля" быстро укоренилось в сознании пассажиров, купивших билет на его первый рейс в Америку, среди которых находились как богатейшие и знаменитейшие люди того времени, так и почти нищие пассажиры третьего класса, плывшие в Америку в поисках лучшей жизни. Итак, 11 апреля 1912 года, в 14.00 "Титаник" начал свое роковое плавание. Всего на его борту находилось 2207 человек

Заканчивалось воскресенье 14 апреля - четвертый день плавания. Гигантский корабль уверенно разрезал водную гладь холодного океана, еще не ведая, что через несколько часов войдет в историю. Светящийся циферблат на ходовом мостике показывал судовое время 23 часа 40 минут. Над Северной Атлантикой стояла ясная ночь. На передней мачте лайнера, на высоте 30 метров над палубой, в специальном наблюдательном пункте, два матроса напряженно вглядывались в темень ночи. Вдруг один из них заметил прямо по курсу корабля нечто, едва отличающееся от ночной тьмы. Ударив трижды в сигнальный колокол, он снял телефонную трубку и закричал: "Прямо по носу айсберг, сэр!" Тут же последовала команда рулевому: "Лево на борт!" Через несколько секунд ручки машинного управления были переведены в положение "Полный задний ход". Прошло ровно 38 мучительных своим ожиданием секунд, прежде чем нос парохода начал медленно отклоняться влево. Первому помощнику показалось, что еще две-три секунды, еще на каких-нибудь пять метров отойти влево - и айсберг, не коснувшись борта, пройдет справа. Но...

Судно слегка дрогнуло, и стоявшие на мостике почувствовали какую-то странную вибрацию. Еще через минуту Томас Эндрюс, директор-распорядитель построившей "Титаник" верфи, уже делал быстрые расчеты. Результаты были неумолимы: прорезанная льдом щель полуметровой ширины шла на протяжении почти ста метров, а это означало, что у "непотопляемого" судна оставалось всего пару часов. Капитан Смит прекрасно понимал драматизм сложившейся ситуации: шлюпок хватит менее, чем половине людей, а в ледяной воде, пусть даже и в спасательном жилете, человек проживет не более часа. Чтобы хоть как-то отвлечь внимание пассажиров, капитан Смит попросил руководителя оркестра судового ресторана Уоллоса Хартли собрать музыкантов. И вот под яркими звездами раздались звуки джаза

Последнюю шлюпку с "Титаника" спускали в 2 часа 05 минут. Паника и ужас охватили людей, когда они поняли, что эта непотопляемая громадина, воплощение величия человечества, вот-вот пойдет ко дну. Не осталось места ничему человеческому, желание сохранить свою жизнь толкало людей на самые подлые поступки. Лайтоллер, второй помощник капитана, был предельно осторожен. Толпа в несколько сот человек окружила шлюпку, в которой было всего 47 мест... Он приказал матросам и стюардам крепко взяться за руки, окружить шлюпку и пропускать в нее только женщин с детьми. В ту ночь на борту лайнера находился и пастор Джон Харпер вместе со своей шестилетней дочерью. Как единственный родитель, он без проблем мог сесть в шлюпку, но его решение было другим. Он поцеловал свою дочь, затем крепко обнял ее на прощанье и, сажая в шлюпку, тихо сказал ей: "Когда-нибудь мы все равно увидимся". В 2 часа 10 минут руководитель оркестра Хартли постучал смычком по своей скрипке. Звуки джаза стихли, и на наклоненной палубе в холодном ночном воздухе зазвучала мелодия христианского гимна "Ближе к Тебе, о Господи!"

Вот как описывает последние минуты "Титаника" один из очевидцев: "Стояла прекрасная, хотя и довольно холодная весенняя ночь с яркими звездами. Океан был спокойным, как пруд, и нашу шлюпку слегка покачивало в ледяной воде. Издали "Титаник" казался громадным, все иллюминаторы и окна в салонах блестели ярким светом, нельзя было и подумать, что было что-то неладное с таким левиафаном. Около 2 часов мы заметили, что наклон на нос быстро увеличился. Пароход медленно поднимался кормой вертикально вверх. Несколько минут "Титаник", подобно башне высотою около 50 метров, стоял вертикально над уровнем моря, после чего стал быстро погружаться в ледяную воду. Тогда мы услышали самый жуткий вопль, который когда-либо достигал уха человека - это были крики сотен наших сотоварищей, не желающих мириться с ужасной судьбой, которая их ожидала".

"Титаник" скрылся под водой в 2 часа 20 минут. И тут началось самое страшное. Сотни людей, беспомощно барахтаясь в ледяной воде, неистово звали на помощь. В то время, как одни, будучи охвачены животным страхом, цеплялись за последнюю надежду, отбирая ее у других, и пытаясь хоть немного приподняться над водой, тем самым погружая в нее головы других, пастор Джон плавал от одного человека к другому, стараясь привести их к Иисусу. Подплыв к тонущему юноше, еле дыша от холода и усталости, Джон спросил его: "Ты веришь в Иисуса?" В ответ он услышал: "Нет". В следующую минуту пастор попытался рассказать ему о Христе, но юноша ничего не хотел слушать и, будучи в шоке, только мотал головой. Тогда Джон снял свой спасательный жилет и передал его юноше, бросив: "Тебе это нужнее, чем мне", и поплыл к другим. Отдав свой жилет, Джон продержался недолго - ледяная вода забирала все его силы. Последними словами пастора была цитата из Библии, сказанная им кому-то: "Веруй в Господа и спасешься!"

Из всех людей, оказавшихся в воде, спаслись только шестеро в спасательных жилетах. Среди них оказался и юноша, которому Джон отдал свой жилет. Спустя четыре года на встрече спасшихся после трагедии он встал и со слезами на глазах рассказал о том, как пастор Джон Харпер спас его и тем самым помог ему прийти к Богу. Сегодня мало кто знает об этом настоящем герое "Титаника", который, находясь среди тех, кто пытался купить себе место в шлюпке, а потом отгребал подальше, не обращая внимание на раздирающие душу крики о помощи (как известно, большая часть спущенных на воду шлюпок "Титаника" не была укомплектована даже наполовину), положил свою жизнь ради вечного спасения чужих ему людей. Пытаясь осмыслить эти факты, невольно понимаешь, что настоящие человеческие качества не зависят ни от денег, ни от положения в обществе и, проявляясь лишь в самых экстремальных ситуациях, открывают истинное лицо человека.

Когда подобравшая 703 спасшихся из 2207 человек "Карпатия" прибыла в Нью-Йорк, весь мир содрогнулся от ужаса этой трагедии. Так "Титаник" вошел в историю как вечный урок человечеству, возомнившему себя всемогущим.

"Картофель и Способность Прощать"

Однажды учитель заставил каждого из нас принести чистый пластиковый мешок и сумку с картофелем. Для каждого человека, которого мы в своей жизни отказались простить мы должны были выбрать картошку, написать на ней имя этого человека и дату и положить в пластиковый мешок.

Некоторые из наших мешков, как Вы можете себе представить, были достаточно тяжелыми.

После этого нам сказали таскать эти мешки все время с собой целую неделю, ночью оставляя их около кровати, во время поездки в машине - на соседнем сиденье или на нашем столе во время работы.

Неудобство таскать везде с собой этот мешок заставило нас понять, что такой же груз непрощенных обид, только духовный, мы постоянно носим с собой. Мы постоянно думаем об этом, переживаем, не может забыть и оставляем эти воспоминания дальше с собой.

Естественно картошка скоро стала портиться и становиться склизкой.

Это стало потрясающим примером той цены, которую мы платим за то, что сохраняем в себе боль и негативные эмоции.

Слишком часто мы думаем, что прощение - это подарок другому человеку. Конечно, это правда, но лишь отчасти. Потому что это еще и величайший подарок самим себе!

Поэтому в следующий раз, когда вы решите, что не можете кого-то простить, спросите сами себя:

"Разве мой мешок недостаточно тяжел?"

Mы, гордые и свободные
Виктор Копоть

...И тогда мы станем пред Ним, мы, гордые и свободные, и ветра четырех концов земли будут трепать наши волосы.
Он, Ветхий днями, возведет очи Свои на нас, но мы не отведем свои глаза в сторону. Мы, гордые и свободные, выдержим этот взгляд.
И тогда мы скажем Ему.
- Да, мы жили, Господи! Мы жили, мы дышали на полную грудь! Мы смеялись и смех наш был искренним! Мы плакали и не стыдились своих слез. Мы смотрели в глаза опасностям и никогда не боялись проигрывать.
Мы любили! Да, мы любили, Господи! И сгорали в этой любви дотла. И ненависть наша была хорошо известна нашим врагам! Мы, гордые и свободные, всегда дорожили нашей свободой.
Мы встречали рассветы, полные надежд и мечтаний. Мы провожали закаты, выжимая из каждой секунды все без остатка,- мы жили, Господи, жили!!! Мы сполна насладились жизнью и не боимся уйти в небытие, ибо смерть стоит такой жизни. Даже начав жизнь сначала, мы повторили бы ее, не жалея ни о чем.
Теперь же мы стоим пред Тобой, мы, гордые и свободные,- и ждем Твоего решения.
И тогда Он, Создатель неба и земли, встанет, и мы спокойно будем ждать, когда разомкнутся Его уста для изречения приговора.
Но Бог отведет взгляд и мы впервые заметим на Его Лице глубокие морщины.
- Идем со Мной,- скажет Он.
Исчезнут все дороги и перед нами в полном безмолвии возвысится распятье. Острые шипы тернового венца, глубоко вонзенные в кожу. Кованные гвозди в израненом теле...
- Это Мой любимый и единственный Сын. Расскажите Ему все то, что рассказали Мне. А я пока оставлю вас здесь.
И обернется Бог, чтобы уйти. Но мы спросим: "Надолго ли покидаешь нас, Господи?"
Бог тихо прошепчет.
- На вечность.

"нас тоже будут любить и тоже забудут.но и того довольно, что любовь была;все эти ручейки любви снова вливаются в Любовь,которая их породила.Даже память не обязательна для любви. Есть земля живых и земля мертвых,и мост между ними-Любовь,единственный смысл,единственное Спасение".Торнтон Уайлдер

СТРАШИЛКА

Жил да был на чердаке Страшилка...
Иногда озоровал ужасно:
Топал, ухал и скрипел надсадно,
Со стены сколупывал известку.
Ну а в общем, был он добрый малый.
Там, на чердаке, лежали книги
В пыльных сундуках - он их берег
И мышей гонял, чтоб не изгрызли.
Часто, в знойный полдень улизнув от взрослых,
Я к нему захаживала в гости.
Он читал мне вслух Гюго и Мопассана,
А когда в глазах позеленеет
От жары, и буквы расползутся,
Как зеленые жуки, он прятал книгу,
И садились мы на крышу, свесив ноги,
Ели вишни переспевшие и в желоб
Водосточный косточки бросали.
Но однажды с чердака украли книги -
А Страшилка был совсем не страшен,
И его не испугались воры,
А накрыли старым абажуром,
Придавив подшивкою журналов.
Он не снес такого униженья.
Долго плакали мы вместе, а потом
Он собрал свой скарб нехитрый: колотушки,
Погремушки, дудки и скрипелки,
И побрел неведомо куда,
Утирая слезы и вздыхая,
Не велев идти за ним, - и сгинул...
С той поры десяток лет прошло,
Обветшал чердак и покосился,
Желоб оторвался, а под ним
Вишня молодая подросла.

Ган дает шанс Роланду еще и еще раз. Но есть ли в нашей жизни шанс все исправить? Ведь каждый из нас уже выбрал себе свою Недосягаемую Башню (недаром у Стивена Кинга она зовется «Темной»), каждый уже наметил путь к ней, готов поступиться на пути к ней- чем? свободой? честностью? честью? готов предать, чтобы дойти? Чтобы дойти до конца и там в пустующей зале на самом верху столкнуться с самим собой, тем, кем ты стал по дороге к ней, поднимаясь по ее каменным ступеням понять, чем и кем ты пожертвовал на этом пути, найти там самого себя- свою истинную сущность. Готов ли ты, как и Роланд увидеть там только Стрелка? И ничего больше? последнего Стрелка, которому «незнающий милости Ган» дает возможность все исправить.
Нам дан шанс уже сейчас. Смотри вперед -там вдалеке, очень далеко виднеется твоя Темная Башня. Что ты найдешь в ней, когда поднимешься наверх?..тебе решать. пока еще есть время, пока Роза поет, пока Роза поет о любви.

Сначала Стивен Кинг предлагает нам принять Темную Башню- как Ган, как он его называет, живое существо, возможно, это Бог, или Судьба. Башня пронизывает не только наш мир, но и другие миры. Есть личности, которые рождаются как в основном, так и в параллельных мирах. Тогда, если она вдруг погибнет в параллельном мире, она не погибнет окончательно- она может жить в Приме-основном мире. Основная цель Стрелка Роланда была в том, как он думал, чтобы найти Башню (может быть лестницу к самому Богу), дойти до нее, исправить то, что можно исправить в пути. Но, дойдя до Башни, вдруг выясняется, что она отправляет его в который раз по замкнутому кругу, по петле назад в место в пустыне, где он встречает слугу дьявола и понимает из разговора с ним, что Башня действительно существует и теперь целенаправленно двигается к ней. На пути он встречает людей и направляет их судьбы так, как он хочет, или вернее, он говорит, что это все Ка-судьба, то чего нельзя изменить. Но на этом самом пути он допускает убийство своего сына, своей любимой девушки, позволяет погибнуть другу и тем людям, которые помогают им по пути к Башне, погибает его четвероногий друг и также он убивает своего незаконнорожденного сына-чудовище. В конце лично у меня возникает вопрос: Так стоило ли идти к Башне любым путем? Может это и не его путь- может его Ка-судьба состояла в том, чтобы спасти тех людей, а не наоборот растерять их по дороге. Ведь Башня-это не просто Ган, не просто Ка-судьба. Это сам Ролан и есть -это его жизнь и вот он пришел к концу своей жизни. Но он пришел на развалины. Все что осталось -это Башня его твердости, непоколебимости, желания все отдать ей в жертву, это пестование жесткости своей натуры, чтобы дойти ЛЮБОЙ ценой до конца. Но рад ли Роланд такому концу? Нет. Он потерял все по дороге: друзей, любимую, сына, любовь, милость, доброту, честность и даже веру в любовь. Одиночество –это его удел. И он познал себя сполна. Но Башня снова возвращает его к тому моменту, с которого он еще может все исправить, не кладя на алтарь своего тщеславия и любопытства все, что ему дорого. Автор пишет, что Ган не знает милости, так же как и Башня и хотя Роланд молит не возвращать его туда опять в эту круговерть, Ган (Башня, Судьба) возвращает- он дает возможность Роланду все исправить, исправить свой характер, свою судьбу. Выбрать то, что ему важнее- дойти до Башни или все же найти настоящих друзей, любовь, сына и остаться верным им, найти себя в этом, найти успокоение и любовь, начать служить Розе(любви), а не Башне(Судьбе).

Дорога прорезала его, пыльная, белая, прямая линия шириной, возможно, в двенадцать футов. В центре поля роз стояла закопченная, темно-серая Башня, точно так же стояла она и в его снах; ее окна блестели на солнце. Там дорога разделялась на две и идеальным кругом огибала Башню, чтобы на ее противоположной стороне вновь сойтись в одну, уходящую, как полагал Роланд, точно на восток, а не на юго-восток. Еще одна дорога уходила от Темной Башни под прямым углом к первой: на север и на юг, если его догадка о том, что стороны света вновь стабилизировались, соответствовала действительности. Так что сверху Темная Башня выглядела перекрестьем залитого кровью прицела. Зов Башни.
«Приходи, Роланд», - пели голоса. Источником этих голосов были розы, набирающие силу Лучи, но, прежде всего, сама Башня, которую он искал всю жизнь, которую он уже видел перед собой... Роланд осознал, почему в своих снах и видениях всегда видел себя идущим к Темной Башне на закате, когда небо на западе становилось продолжением поля роз, превращая весь мир в ведро крови, удерживаемое на одной-единственной опоре, черной, как полночь, четко выделяющейся на фоне горящего горизонта. Он видел себя подходящим к Башне на закате, потому что именно в этот момент усиливающийся зов Башни сокрушил бы его силу воли. И он бы пошел к ней. Ни одна сила на Земле не смогла бы его остановить. Розы Кан'-Ка Ноу Рей раскрывались перед ним вдоль тропы к Темной Башни, желтые солнца, сияющие в глубине их бутонов, казалось, разглядывали его, как глаза. И шагая к этой серо-черной колонне, Роланд ощущал, что соскальзывает из того мира, какой знал всю свою жизнь. Он выкликал имена своих друзей и близких, как, собственно, и обещал самому себе, выкликал их в сумерки, во весь голос, потому что не было больше необходимости сберегать энергию для борьбы с зовом Темной Башни. Сдавшись ему на милость (наконец-то), он испытал величайшее облегчение в своей жизни. Послышался напевный голос: «Добро пожаловать, Роланд, из рода Эльда». То был голос Башни. Это величественное сооружение сложили не из камня, хотя выглядело оно каменным. Но это было живое существо, скорее всего, сам Ган, и биение, которое он ощущал в голове даже за тысячи миль отсюда, всегда было биением жизненной силы Гана.»

Дочитала Стивена Кинга «Темную Башню»! 12 лет!12 долгих лет писался только первый роман!а сколько же писалась эта вся эпопея! Скажу, что, как и ожидал автор, конец меня немного разочаровал, но это сперва. А потом я подумала, что Сюзанна нашла свое счастье. Что те, кто был со Стрелком в его ка-тете все же снова воссоединились, но без него. А он остался также одинок, как и в начале пути. Он пришел к своей цели,к своей Темной Башне : «Прежде всего определись с позицией», - так учил Корт, и последний из его учеников правила этого не забыл. Он смотрит вверх без особого интереса, смотрит вниз... и останавливается. Еще несколько мгновений не отрывает глаз от дороги, когда-то мощеной, а теперь все более зарастающей травой, и опять поднимает голову, на этот раз более медленно. Гораздо более медленно. Словно боится того, что, как ему кажется, увидел. «Что, как тебе показалось, ты увидел, - сказал себе Роланд, не отрывая глаз от дороги. - Возможно, это очередные руины, не отличающихся от тех, мимо которых мы прошли сегодня не раз и не два».
Но даже тогда Роланд знал, что никакие это не руины. Потому что увиденное им находилось не в стороне от Тауэр-роуд, а прямо перед ним.
Он вновь посмотрел прямо вперед, услышав, как шейные позвонки заскрипели, словно несмазанная дверь, и там, все еще далеко впереди, но уже видимая на горизонте, реальная, как розы, чернела на фоне неба вершина Темной Башни. Во сне он видел ее тысячи раз, но собственными глазами - впервые. . Роланд поднес бинокль к глазам, отрегулировал резкость, а затем у него перехватило дыхание, стоило ему поймать в окуляры вершину Башни, вдруг приблизившуюся на расстояние вытянутой руки. Какая часть Башни поднималась над горизонтом? Какую по высоте часть он видел? Двадцать футов? Или пятьдесят? Этого он не знал, но видел, как минимум три узких окна-амбразуры, поднимающихся по спирали, и видел консольный эркер на вершине, сверкающий всеми цветами радуги в весеннем, солнечном свете, с черной серединой, которая, казалось, смотрела на него, как Глаз Тодэша. И теперь, когда они ныряли в очередную долину и поднимались на очередной холм, Темная Башня приближалась и росла на глазах. В их поле зрения попадало все больше расположенных по спирали окон, все большая часть массивных стен. По мере подъема над вершиной холма возникла Темная Башня, увеличиваясь в размерах с каждым шагом стрелка. Он уже видел и балконы, и их металлическое, на уровне талии ограждение. Бинокль ему больше не требовался: воздух был неестественно прозрачен. Роланд решил, что до Башни осталось никак не больше пяти миль. Может, даже три. Уровень за уровнем поднимался перед стрелком, который буквально отказывался верить своим глазам. Под ними во всех направлениях до самого горизонта расстилалось огромное алое одеяло.

Мдя. На корабле у нас творится полный хаос. Разброд и шатание. Как только капитан заболел, все сразу стало с ног на голову. Никакой уборки, драинья палубы, по слоям накопившейся пыли можно посчитать, сколько дней я болею. Я валяюсь в кубрике, изредка переползая с одного места на другое в надежде, что смена койки принесет мне хоть какое-нибудь облегчение и, пытаясь навести хоть какой-то порядок, раскладываю бортовые журналы, пледы, носовые платки, очки, рации, пакеты, конфеты, какие-то обрывки шифрограмм по местам. Все без толку.
Боцман закрылся на кухне, и все смотрит в какой-то квадратный иллюминатор, видимо, думает, что сможет таким образом найти какое-то решение или путь, куда следовать. Хотя надо сказать там, в этом квадратном иллюминаторе что-то все время происходит и виды меняются. Слава Богу, ему пока не пришло в голову откупорить его и выглянуть наружу.
Первый помощник тоже не совсем в себе, эта странная хворь скосила нас обоих. Из моего горла все время порывается выйти наружу какая-то явно инопланетная слизь. Вроде мы не залетали ни на какую близлежащую не внушаемую доверия планету, но где-то гадость подцепили. Надеюсь, что Чужой из меня не вылезет. Помощник смог найти какие-то запасы и в общем с голода мы не умрем, тем более, что мне хватает моей слизи, (которую, простите за подробности, я вот уже несколько дней пытаюсь выплюнуть) после нее я могу только пить любую жидкость в любых количествах. Запасы поедает в основном боцман. Но ничего, сегодня помощник вместе с боцманам выходили в открытый космос, в результате какую-то пользу из этого смог вынести только помощник. Надыбал где-то две авоськи космической еды, да еще утверждает, что там была распродажа. Где? В космосе что ли? Может на какой-то рядом вращающейся Луне? Боцман гол как сокол, зато доволен как гусь. Пришел с пустыми руками и на вопрос, зачем тогда вообще выходил в открытый космос, ответил: «прогуляться». Как вам это нравится? Это при жутком морозе! хотя он утверждает, что там оттепель грядет. Ему виднее, он оббежал-облетел вокруг корабля, вот ему и стало жарко. А может мы подлетаем к какому-то близ проплывающему солнцу?
Первый помощник заставляет меня пить гору каких-то пилюль, притом горстями- до обеда, после обеда, вместо обеда. Потом запивать все это очередной дрянью и еще полоскать горло, как будто пытаясь смыть остатки этой дряни. Тогда зачем надо было их пить? Каждый день мне вкалывают к тому же какую-то укрепляющую вакцину. Боль адская, после каждого укола мне кажется, что еще полчаса минимум у меня не вытаскивают шприц, да еще и играют на нем вместо струны, знаете так-дзынь-дзынь. Скоро у меня глаза вылезут окончательно из орбит. Хотя первый помощник утверждает, что это не так, и что, чтобы этого все-таки не случилось, лучше надеть очки. Мне интересно, что же укрепляет эта вакцина? Мою тягу к жизни? Типа, что бы вы мне не вкололи, я все равно буду жить? Во вторник (на этом корабле есть календарь!) я вырвалась к медиуму в космос, было темно, холодно, в общем как обычно и бывает в космосе- ничего нового. Медиум подтвердила слова первого помощника насчет лечебной дряни и уколов. Кошмар! Полет в пустую! Хоть прогулялась- как сказал бы боцман. На борту еще 2 особи из других миров. Вот кто чувствует себя лучше всех! Правда они иногда дерутся за место возле боцмана- выклянчивают еду, либо возле первого помощника- греются в его каюте, либо возле меня- есть подозрение одно из двух- либо поджидают, когда из меня полезет Чужой и прикокнут его, все-таки это уже давно их территория, нечего наглым чужакам тут шастать, вторая версия- если Чужой доканает меня- сожрать мои останки, чтоб зараза не распространялась- тоже верный способ, они может, к этой заразе не восприимчивы. В любом случае, они не дают мне окончательно заснуть. Все время ползают по мне ночью и выискивают- вдруг Чужой появится. К тому же мне на ночь надевают так называемый «компресс», друзья, это жестокая пытка, которую не пожелаю даже космической каракатице или 3-х головому гидретрониксу,тем более ему, ведь это средство установили бы на все его 3 шеи. Объясняю его действие- в течение времени мокрая тряпка, которой тебе обматывают горло высыхает и начинает тебя душить. Все это сделано для того, что бы испугать Чужого внутри и заставить его вылезти пока не поздно, но признаюсь, это штука больше пугает меня, чем его. Сегодня ночью я чуть не задохнулась от этого «компресса», к тому же, открыв глаза, я увидела, что у меня на груди сидит одна из этих маленьких бестий и спокойненько ждет- либо Чужого, либо развязки событий. Еле скинула ее на пол. Короче, на корабле неразбериха, но надеюсь, все закончится к Новому году. У боцмана нет никакого плана, первый помощник настаивает на версии уморить чудовище Вируса, как она его называет, при помощи вакцины и пилюль, не уверена, что вместе с ним это не уморит и меня. Маленькие бестии ждут каждую ночь, лупя свои янтарные фосфорические глазенки на меня в темноте. Я все же надеюсь утопить чудовище, заливая желудок галлонами жидкости- кто знает, может, оно не умеет плавать, притом последние дня два из моего горла начали вырываться какие-то звуки типа «кхе-кхе» и горло дерет, как будто кто-то оттуда рвется наружу и царапается. Первый помощник говорит, что у нее было тоже самое и в одну прекрасную космическую ночь Чужой исчез. Правда мне удалось случайно подслушать, как она кому-то по рации говорила, что скорее всего он вылез и залез мне в горло, и это она меня заразила. Неужели на него не найдется управы? Может, все же спасут две маленькие бестии? В конце концов, это когда-нибудь закончится, я в это верю.
В любом случае, я чувствую, что тяга к выживанию у меня все же выработается, даже если ее и не было до этого в такой гипертрофированной степени.

это не то, что было сегодня,но это то, что бывает со мной иногда, конечно, не принимайте все за чистую монету-это проба пера в прозе.
Сегодня, сегодня. Что сказать? Всю ночь мою кровь пили вампиры, они пили, вгрызаясь в кисти рук и где-то в области лодыжек. Когда они так интенсивно пьют мою кровь, мне ничего не остается делать днем, как лежать можно сказать почти без движения- трупом. Ума не приложу, как им удается пробраться в квартиру, форточки закрыты, и хотя у меня не висит чеснок на косяках дверей и окон, и я никогда в здравом уме и твердой памяти не приглашала вампира войти в мой дом, но они все-таки приходят. после такой ночки, когда ты служишь чьим-то обедом- казалось бы хочется жутко есть, чтобы восстановить силы, пополнить свой желудок, но увы- не факт. Я обычно ограничиваюсь сладким чаем или шоколадом. Руки висят как плети, я еле ползаю, стукаясь обо все многочисленные углы своей квартиры. И как в дальнейшем воспрепятствовать этим созданиям питаться моими силами- скажу честно- не знаю. Конечно, я не иду после всего этого к врачу и не кричу, заламывая руки: «спасите меня, помогите, мою кровь пьют вампиры!». Мы с вами прекрасно понимаем, что произойдет: тот же самый врач странно улыбаясь и с подергивающимся глазом, заискивающе кивая, снимет телефонную трубку, якобы чтобы вызвать душителей и уничтожителей вампиров и по прибытии бригады «Ночного Дозора» заломит вам руки сам вместе со всей бригадой и все-фенита-ля-комедия. Так что вы можете забыть на ближайшие …нцать лет о заламывании себе рук, это будут делать за вас дюжие молодцы в ближайшей больнице психиатрического типа. Единственным утешением для вас будет то, что -О, нет, нет, вампиры будут приходить и туда, так что на это вы не надейтесь, нет, единственным утешением вам будет то, что именно ТАМ вы найдете друзей по несчастью- тех, кого также как и вас навещают вампиры. ТАМ вы можете строить планы побега, описывать, как вы сегодня себя чувствуете, сколько галлонов крови эти ненасытные твари выпили у вас за ночь и строить коварные планы- попортить свою кровь чем-нибудь, например жадно съедать всю пищу, что предлагается в этом заведении в надежде испортить желудок и все-таки насолить этим гадюкам, чтобы от вашей крови у них случился заворот кишок. Самое интересное, что обе мои кошки никак не реагируют на вампиров, а вроде должны были бы- ведь вампиры, простите- это мыши, а кошки обычно недолюбливают мышей. Судя по всему, они их действительно недолюбливают, и смываются с места экзекуции тут же. Хотя эта нелюбовь не мешает им прекрасно обосноваться на мне, когда я уже не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой от полученных энергетических ран, и зализывать мои раны, а я бы назвала это- вылизывать остатки. Конечно, знающие люди говорят, что это все взрывы на солнце, скачки в давлении и все такое прочее. Но мы-то с вами знаем, э-э-э нет, это все вампирюги. А с другой стороны, что им достается? Всего лишь та энергетика, которую мы понахватали в метро, транспорте, давке, в электричках, в которые кроме как с разбегу не втиснишься, да и то сумка будет снаружи. Эх, так может, они меня так лечат? Тогда, ах, налетайте, залетные, берите все мои обиды, недовольства, жалобы, злость, раздражение- высасывайте все. А я пойду, пообщаюсь с друзьями- и там поднаберусь радости, любви, понимания, милости, заботы и улыбок. И всего этого даром, беру сама и отдаю сама же. И такая легкость и гибкость в теле образуется- для самых хороших и светлых дел.
Чего и вам всем желаю.

Земной ангел.

Капли на крыльях замёрзли от ветра,
Соль на губах оставляет слеза,
Стала холодной одежда из фетра
Серая грусть наполняет глаза.

Людям, пытаясь вослед улыбнуться,
Боль свою прячет где-то внутри:
Больше на небо ему не вернуться,
Как ты наверх, на него не смотри.

Снежно-ванильные падают перья,
В луже мерцает рубином звезда,
Прочь отгоняя пустые виденья,
Надо идти, только знать бы куда.

Один ангел,по собственной воле
Прекративший по небу летать
Заточенный без крыльев,в неволе
Мог теперь только плакать и ждать
Плакать,ждать и не веря,молиться
О возврате души в райский сад
И летела его колесница
В полыхающий пламенем Ад.
И остался тот ангел навеки
Грустным демоном в царстве людей
Потекли вдруг кровавые реки
В голубые лагуны морей.
Не смирившись с такой черной ролью
Он не выдержал силы тоски...
Падший ангел...Он умер от боли...
Свое сердце разбив на куски...

вот очередное.люблю его стихи.
Я родился в теле старом.
Уж оно на сходе дней,
Опаленное пожаром
Тупо тлеющих страстей.

Я родился лишь сегодня,
Лишь сегодня начал жить,
Только б Время, злая сводня
Не взялась мне ворожить.

Надо быстро жать из гроздьев
Мне словесное вино
И беречь людские гвозди
От моих ладоней. Но

Я родился слишком поздно,
Среди съеденного дня,
И рисунок в небе звёздном
Не дождался уж меня.

Он осыпался, как блёстки
С новогодних детских снов,
И в моей ладони горстки
От роскошных жемчугов.

15-16.4.2000.

Человека нельзя разложить на составляющие: память, внимание, эмоции, воля, интеллект, бессознательное. Ни в одном из этих элементов нет и не может быть человека. Он в некой непонятной, необъяснимой, неуловимой субстанции, объединяющей, а точнее говоря, созидающей его, являющейся им. И эта субстанция способна желать — в этом залог нашего с вами движения, того странного и непонятного перпетуум-мобиле.

Представьте, вы ходите по старому замку, его населяют тысячи привидений. Они растут, множатся и беспрестанно нападают на вас... Что делать? Ответ прост — нужно просто выйти из замка...
Если вы знаете свою цель, путь не будет для вас долгим.

мама говорит. что не видит во мне радости, вернее,радость во мне не выражена бурно, отчетливо. а у вас как с этим?
Помните сказку о проданном смехе? Мы очень похожи на этого мальчишку, который обменял свой счастливый и озорной смех на богатство и положение (а большинство из нас на «прожиточный минимум»).(Курпатов)
на что интересно я обмениваю свой смех,наверное, на суету,но иногда она очень важна,мне хочется встречаться с друзьями и это здорово, вот там я и отрываюсь на полную катушку и смеюсь в волю.

сейчас меня очень волнует вопрос прощения. Я не могу простить некоторых людей в своей жизни, страдаю из-за этого.я понимаю, что если я не научусь прощать, не прощу, то и Бог не простит мне. изучаю литературу на эту тему.
Как замечает К. С. Льюис: «Быть христианином значит прощать непростительное, потому что Бог простил то непростительное, что существует в нас».
Бог любит людей, потому что Он такой, какой Он есть, а не потому что мы такие, какими являемся.

«Есть только один настоящий закон — закон Вселенной, — пишет Дороти Сейерс. — Он может быть соблюден или в том случае, если мы пойдем по пути правосудия, или в случае, если мы пойдем по пути благодати, но он должен быть соблюден тем или иным образом». Приняв правосудие на самого себя, Иисус удовлетворил требованиям закона, и Бог нашел возможность простить.

Билл Д. высказал то, что многие из нас чувствуют время от времени. Опрокинутые повторяющимися неудачами, потеряв надежду, чувству бессмысленность мира, мы создаем вокруг себя раковину, которая делает нас практически нечувствительными к благодати.

Как приемные дети, которые снова и снова решают вернуться в оттолкнувшие их семьи, мы упорно отворачиваемся от благодати.
Я рос, представляя себе в своем сознании Бога-математика, который взвешивал мои хорошие и дурные поступки на чаше весов, и последние уже перевешивали. Каким-то образом от меня ускользнул Бог Евангелия, Бог милосердный и великодушный, который постоянно находит способы пошатнуть безжалостные законы не-благодати. Бог разрушает ее математические таблицы и вводит новую математику благодати.
Тот кто не способен простить другого, разрушает мост, по которому долен пройти сам.

Джордж Херберт
почему Бог требует от нас прощать других. Это происходит потому, что именно это свойственно самому Богу. Когда Иисус впервые велел: «Любите врагов своих», он добавил следующий целесообразный довод: «...Да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных».
Мы делаем из прощения закон взаимообмена. А это никогда не работает, потому что мы говорим себе: «Он должен сделать первый шаг». Я всегда готов простить ... но я никогда не прощаю. Разорвать круг не-благодати значит взять на себя инициативу. Принимая на свою невинность все требования, выдвигаемые справедливостью, Иисус навсегда разорвал цепь не-благодати. Заключат ли люди перемирие между собой, зависит оттого, заключат ли они перемирие с Богом.

«Когда вы прощаете кого-то, вы удаляете зло с того человека, который его сделал. Вы освобождаете этого человека от того болезненного поступка, который он совершил в прошлом, вы возвращаетесь туда и меняете прошлое. Вы воссоздаете его заново.

Льюис Смедес пишет: «Месть — это страстное желание свести счеты. Это страсть ответить такой же болью и страданием, какие были причинены тебе... Проблема мести заключается в том, что она никогда не достигает того, к чему стремится; она никогда не уравнивает счет. Справедливость не приходит.

Цепная реакция, запущенная любым поступком, продиктованным местью, всегда развивается беспрепятственно. Она связывает пострадавшего и причинившего боль одним непрерывно движущимся страданием. Оба привязаны к этому эскалатору боли столько, сколько требует закон равенства, и он никогда не останавливается, не давая никому возможности с него сойти».

Прощение может быть несправедливым — оно и есть несправедливость, по определению — но, по крайней мере, оно предоставляет возможность остановить неумолимую силу возмездия.
«Если бы каждый последовал принципу справедливости «око за око», то весь мир, вероятно, ослеп бы», — заметил Ганди.
Иисус Своим распятием и только распятием положил конец закону вечного возмездия, простив своих врагов, простив нас.
Лишенное прощения, кошмарное прошлое может в любой момент выйти из зимней спячки и поглотить настоящее. И будущее.
Всего лишь маленькая трещина… но из-за таких трещин рушатся пещеры.
Александр Солженицын.

перед Н.Г. была служба. Проповедовал Курочкин Игорь. вот его урок небольшой,кому интересно-читайте.называется "Жизнь,угождая Богу"
Деяния 2:17 разные дары даются разным людям.
бытие 4:1-5 все помнят историю об Авеле и его брате Каине. Оба принесли дары Богу, но Бог принял дар одного и не принял другого.Авель, в нем было явное стремление угодить Богу. все было тогда впервые, надо было строить отношения с Богом,но никто не знал как. не было тогда ни Библии, ни мудрецов каких, кто подсказал бы. никто не говорил им, что для этого нужно сделать. почему-то они решили сделать именно жертвоприношение. но каждый делал от своего сердца. Один из них, видимо, не вложил все свое сердце в этот подарок,а сделал его,решив отдать кое-что,сделать хоть что-то для Бога.
2 коринф 11:1-3 наше изучение Библии и молитва-это лучшее время,качественное время, что мы отдаем Христув течении дня?
Бытие 4:4-8 Каин был опечален, обозлён на Бога и на своего брата Авеля.
2 коринф 7:10
10 Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а мирская печаль производит смерть.
1 Иоана 3:11-13
Возможно Каина погубила гордость перед Богом, перед его братом Авелем. Он был сфокусирован на себе. Каин жалел себя.(3 И Каин сказал Господу: моё наказание больше, чем можно снести; 14 вот, Ты теперь сгоняешь меня с лица земли, и от Твоего лица я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле; и всякий, кто встретится со мной, убьёт меня.) Он не раскаялся, он жалел себя.
В новом году какую часть своей жизни мы готовы отдать Богу?лучшую или кое-что?
1 Иоана 4:19-21 нужно работать над своим сердцем, чтобы меняться и учиться любить.
Бог раздает дары, а не плату. Никому из нас не платят в соответствии с заслугами, потому что никто из нас не приблизился к тому, чтобы его жизнь удовлетворяла требованиям, предъявляемым Богом к совершенной жизни. Если бы нам платили по заслугам, мы бы все оказались в аду.
Насколько мы благодарны за эти дары?Хотим ли мы отдать что-то взамен? Лучшее или что-нибудь?

Тот факт, что любовь Бога дается нам безвозмездно, без дополнительных условий, кажется, противоречит всем человеческим инстинктам.
Объятия Бога всегда раскрыты. Мы уклоняемся от них.