Блюстители нравов теперь до некоторой степени успокоились и с ужасом вспоминали моду остроносых башмаков, коротких и узких мужских костюмов, остроконечных капюшонов. Они были довольны тем, что женщины освободились от различных покрывал, увеличивавших головы, а также от дорогих мехов, что в целом костюм стал меньше. Главное их удовлетворяло искусное покрытие головы тонкой белой накидкой, в которых женщины выглядели как монахини, и не снимали их даже дома. Дома женщины снимали «ходячую юбку» - плащ, под которым носили платье, разделенное на юбку и лиф.

Через лиф была видна белая вставка нижней рубашки называемая «прению». Конечно, этих рубашек в чешских домашних хозяйствах того времени было крайне мало. Так, например, пражская мещанка Марта Гескова в наследство получила всего одну рубашку (1520 г.). Другая пражская пани в 1519 году похвалялась тремя рубашками. И только с половины XVI века рубашек стало больше, но всё еще их было немного. После богатого купца Неттера, умершего в 1575 г., осталось только семь рубашек, хотя на складе у него было 300 локтей полотна. Так же и плавильщик олова Бенеш из Праги, хотя и владел семью книгами, но имел только одну рубашку. А у дворянина Зикмунда Фрейлиха из Фрейден-фельса, умершего в 1582 году, в его богатом наследстве оказалось только восемь рубашек, хотя он был владельцем четырех домов.

О более чем скромной пражской моде того времени до некоторой степени свидетельствуют сообщения и впечатления иностранцев. По их мнению, она была необычайно проста и даже больше того — бедна. Именно в этом смысле говорит о ней еще в XV веке Эней Сильвий. Так же эту моду описывает в XVI веке Жост Амман и итальянец Чезаре Вечелльо, являющийся автором первых записей об одежде. Он так характеризует чешскую женщину из народа конца XVI века: «Она одевается в суконную грубую одежду, которая кое-где украшена шелковой тесьмой. Сверху одевает короткий меховой плащ и платок. Нижняя одежда шерстяная с присборенной юбкой. Она не носит башмаков, а только обувь из дерева или сапоги. На голове у нее обычная грубая шерстяная шляпа, одетая поверх белого шарфа, которым замотана вся голова и открыто только лицо». Когда изображали чешскую женщину, то к этой шляпе добавляли еще большую пуговицу, которая может быть и была вымышленной, но именно она-так как была чем-то необычным — стала типичным признаком чешской моды в издаваемых в то время руководствах об одежде.

Более поздняя картинка: 1922 год. Город Вашингтон, D.C. Пляжный полицейский проверяет, чтобы расстояние от коленного сустава до подола пляжного костюма не превышало установленного законом максимума - 6 дюймов