Из новенького. Не шедевр, однозначно, но разок прочитать можно.

Вы когда-нибудь ходили к гадалке? А может, сами гадали? На картах, на кофейной гуще, на стихах Омара Хайяма?

Нет?

Жму руку. Если это кому-то принесёт пользу.

Потому что я этим делом не брезговала, и мне постоянно хотелось узнать: когда ж и на моей улице перевернётся грузовик с анашой?

В ранней юности я метала в окно свои тапочки под Рождество, надеясь узнать выйду ли я в этом году замуж? Метанием обуви я промышляла с четырнадцати лет, и до сих пор непонятно: на кой член мне нужно было в эти годы замужество? Но важен был сам процесс.

Потом, ясен пень, гадали с подружками на четырёх королях. На женихов.

По всем раскладам выходило, что меня должен полюбить пожилой, черноволосый милиционер. Такой расклад мне не нравился, потому что хотелось, минимум, молодого и красивого блондина.

Но судьба моя была против. Так что жрала, что давали.

Ещё я вызывала дух Высоцкого, и присутствовала на спиритическом сеансе, когда по столу блюдечко ездит. Стрёмно было. Но интересно беспесды. Свечи на столе, вытянутые лица подруг, их вопросы: «А когда я выйду замуж, Владимир Семёнович?» и ответы (уж не знаю, чьи, но не думаю, что покойный Владимир Семёнович, Царствие ему небесное, бросил бы всё, и пришёл на московскую кухню отвечать трём дурам на их мудовые вопросы) «Идите нахуй, проститутки!» Вот тут не вру ни капельки. Так и написал.

Естественно, я тоже приняла участие в общем веселье, и спросила: «А когда я выйду замуж?» (навязчивая идея меня преследовала, как видно…), и получила развёрнутый ответ: «Тебе ёбыря Пети мало?»

Вот после этого я уверовала в загробную жызнь, и в гадание. Ибо Петя имел место быть, и никто, кроме меня, о нём не знал.

И, конечно, настал момент, когда я пошла на приём к настоящей прорицательнице-гадалке. Звали её Динара, и гадала она на кофейной гуще. Убей меня Бог, но я не понимаю, КАК они это всё проделывают?

Я позвонила, я записалась, я назвала своё имя, и в назначенный час с благоговением и нервной икотой вошла в обычную московскую квартиру.

Увидев меня, прорицательница сказала: «Охо-хо..» - и ушла на кухню.

Я снова икнула, и передумала гадать. Но Динара меня не отпускала. Она заставила меня выпить чашку горького кофе, и началось таинство.

Гадалка перевернула чашку, посмотрела на разводы, и спросила:

- Кто такой Вова?

На автомате отвечаю:

- Муж. – тут же поправляюсь: - Бывший.

«Угу» - говорит Динара, и смотрит в чашку. Я начала нервничать.

- А чё, муж твой себе бабу получше не нашёл? Сорок лет, крашеная блондинка, на правой щеке – родинка… - и тут же, без перехода: - Кто такой Андрей?

Начинаю потеть:

- Сын.

- Ясно. Вчера травма была у него?

Начинаю не только потеть, но и слегка вонять:

- Да. На стекло наступил на пляже…

В общем, через полчаса я вновь уверовала в загробную жызнь, и в паранормальные явления. Ну откуда она знала ВСЁ? И как кого зовут, и в каком порядке стоят книги на моей книжной полке дома?! КАК? Не знаю. Но уверовала воистину.

Поэтому, когда мне предложили за пятьсот рублей вернуть мужа – я без промедления согласилась.

Мне было предписано принести завтра белую новую простыню, стакан сахарного песка, и просо.

Что такое просо – я не знала. И у меня этого проса не было. Но оно, это искомое просо, было у Динары, и она мне его продала.

И вот я возвращаюсь от прорицательницы, дожидаюсь полуночи, расстилаю на полу простыню, раздеваюсь догола, и начинаю обсыпать себя сахаром, шепелявя какое-то заклятие про кладбище и покойников. Потом одеваюсь, и иду на улицу, на перекрёсток. Чтобы там, простирая руки к небу, швыряться просом, и творить ещё одно заклятие.

Перекрёсток у меня очень оживлённый в любое время суток, поэтому я творила заклятие, стоя на зелёном светофоре, скороговоркой, по бумажке, несла что-то про ветры буйные и почему-то про хорька в засратой норе. Что-то вроде: «Во поле богатом есть нора засрата, там живёт зверёк, звать его хорёк...»

Автолюбители высовывались из окон, сигналили, и сбивали с магического настроя. А на обратном пути меня забрали в милицию, и долго там держали. Потому что, по предписанию Динары, на обратном пути мне было запрещено открывать рот, и с кем-то разговаривать. Вот я и молчала как пень. И реагировала на вопросы полицейских вращением глазных яблок. Они подумали, что я дура, обыскали меня, нашли в сумке паспорт и что-то похожее на конопляное семя, и увезли в отделение. Там я прикидывалась глухонемой, и отвечала на их вопросы письменно. А они нервничали и матерились, потому что точно знали, что голосом я обладаю. Ведь про засратого хорька я кричала очень зычно.

Но потом отпустили, и я вернулась домой, и стала ждать результатов.

Муж позвонил через три дня, назвал меня «пиздой толстожопой», и предупредил, что если я не разрешу ему видеться с сыном – он меня отпиздит в подворотне.

Так я поняла, что заклятие с хорьком не подействовало…

Но гадать не прекратила. В новогоднюю ночь я метала с балкона старые туфли, лазила под столом на кухне, ища под ним хлебные крошки (это к чему-то однозначно песдатому), жгла бумажки с написанными желаниями, и пыталась вернуть себе утерянную веру в колдовство.

Не вернула.

Но у меня теперь новое увлечение: по вечерам ко мне приходят девочки-соседки, которым я рассказываю страшные истории про привидения, упырей и загробную жызнь, попивая при этом шнапс в виде бормотухи из варенья, принесённой добровольными слушательницами, и чувствую себя прорицательницей.

Сегодня выпила кофе, посмотрела в чашку, и увидела там что-то похожее на член с одним яйцом.

Это по любому к тому, что завтра пятница…

Пора поставить этот бизнес на поток. Потенциал в себе я чувствую. Дури в голове – хоть отбавляй. А остальное – дело техники!