В колонках играет - Разнотравие "Домовинка"
Настроение сейчас - задумчивое

Войну полов развязали мужчины.

Когда мужики рассуждают о жестокости женщин, они смешны! Мужчины просто забывают, кто на самом деле ее развязал пресловутую «войну полов». И когда. Им совсем не приходит в голову вспомнить, как плакали девочки, а может, не плакали, просто закусывали губки и сдерживали слезы, когда их походя обижали. Но мальчики не взрослеют, они всего лишь вырастают, а это не гарантия того, увеличившийся объем мозга, которым они так гордятся, далеко не всегда прямо пропорционален быстроте и эффективности мышления. Отнюдь. Я пришла к выводу, что мужчины не думают. Точнее, не анализируют. Им подвластна линейная логика, и в ней противоположный пол, безусловно, преуспел. Но и только. Сфера человеческих отношений изучается мужчиной только в том случае, если он выбрал профессию психолога. И то, зачастую им удается ограничить себя жесткими рамками той или иной психологической системы. За рамки – ни шагу. Хотя, мужчина-психолог это особый тип. Скорее диагноз. Обычно выросшие мальчики слабо разбираются в психологии. Зачем грузить мозги? Гораздо проще сказать: «Все бабы суки!» И чувствовать себя невинно пострадавшим от этих «сук». И уж совсем не приходит в голову проанализировать почему девчонка из соседнего двора вдруг стала этой самой «сукой». Ну, хотя бы учесть, то, что женщина существо крайне злопамятное и мстительное и обиды помнит. А уж детские и подавно! И, конечно же, ни за что не упустит случай выместить обиду, если не на обидчике, то на ком-то другом. Потому что она не может долго носить в себе негативную эмоцию или переживание. Его надо вылить. Выплеснуть. Оно подпирает. И когда подопрет – подходит любой объект противоположного пола, даже тот, который к обиде не имеет никакого отношения. Может это и несправедливо, но процесс есть процесс, его сила сравнима с силой цунами, а его, как известно, не остановишь. На определенном этапе, точно нет.
С годами цунами переходит просто в сильное волнение, становится почти подвластным… Хотя, со временем всего лишь научаешься прощать и не замечать обиды – обижают-то люди недалекие или просто злые, что часто неотделимо – а что с дураков возьмешь!
Но до этого обязательно будет период, когда тебя вволю побросает по волнам эмоций. Самых разных. И удовольствия от мести, а точнее ВЫМЕЩЕНИЯ тоже.
Я, будучи матерью двух девочек имею возможность наблюдать, как закладывается грядущие бомбы. И младшей и старшей, несмотря на юный возраст, уже пришлось пережить первые маленькие предательства. Молодой человек младшей дочери, год приходивший под наши окна, чтобы идти с Машей в школу столкнул ее лбами с лучшей подругой, он, видите ли, долго не мог выбрать! При этом активно манипулировал обеими девочками. В результате, естественно, остался ни с чем! Мария с ним общаться не стала, а подруга… подруга в отсутствии Маши стала не интересна. Ну а так как помимо всего прочего Машке досталась еще и главная роль в постановке «Кармен», можно предположить, какие действия развязала подружка. Организовала травлю. Маши, естественно. Мальчик перешел в другую школу – родители переехали.
У старшей тоже было разочарование – исчез ни сказав, ни слова приятель, с которым они тусовались на Крестовском. Просто исчез. Тут история была еще проще и еще гаже – мальчиком манипулировала девочка, с помощью которой они познакомились. Ну, знаете, есть такой тип женщин – пока ты никому не нужен ты и мне не нужен, а как кому-то понадобился… Ага! Да, можно сказать – мальчики были слабые и глупые, потому что именно такими они и были… Можно сказать – имеют право! Родились такие! Имеют, конечно… Но при этом они еще были… нет, не недобрыми, просто равнодушными. Безразличными к чувствам тех, кто им нравился (или перестал нравиться, не важно).
Я живу на даче в дивном месте, правда, участок находится в садоводстве от картонажной фабрики, отсюда и некоторые проблемы в общении – фабрика накладывает отпечаток. Так вот, к старшей дочери приехала погостить одноклассница – прелестное создание по имени Катя, модель агентства «Кэтс». Умная, милая, доброжелательная – в общем, очень гармоничная девочка. Естественно, все, или почти все, подростки мужеского пола ее моментально разглядели и стали знакомиться. При этом, со старшенькой они, естественно, знакомы – мы уже лет семь здесь летом отдыхаем. Шапочно, но знакомы. Так вот, когда они прогуливаются по вечерам, мальчики разговаривают только с Катей. Исключительно. Видимо, желая подчеркнуть свои предпочтения, как будто другой девочки (моей дочери) рядом нет. Или вообще в природе не существует. Я не предполагаю, что они хотят обидеть мою старшенькую, нет, ничего плохого она им не сделала, просто мальчики очень стараются понравится Кате, забывая, да нет, не забывая, просто не учитывая, что она не одна. И что приехала-то она в гости! И если и дальше так будет продолжаться, в гости ее звать не будут! Не по Катиной вине, по вине молодых дурно воспитанных мальчиков, которых никто не научил общаться! Разве нет способа показать девочке как она тебе нравится, кроме как игнорировать ту, в доме у которой живет? Их никто не заставляет оказывать девочкам равные знаки внимания, но полностью выталкивать из общения одну ради другой?! Тупо.
А еще на заборе у нас материализовалась записка с гнусными предложениями и телефонами. Ее нашла я, показала мужу, и по указанным в записке телефонам было сообщено суровым мужским голосом, куда и каким образом авторы должны идти… Девочки записку не читали, а если бы прочли?
И после всех этих глупостей и гадостей мужчины еще удивляются, что девушки к ним жестоки? Это только часть списка!
Проезжая на велике через деревню я слышала следующий разговор двух малолетних велосипедистов:
- Слушай, а Светка приехала?
- Не, Светка в городе. Зато жирная приехала.
- Жирная приехала? А когда?
- Вчера.
- А она не слышала, когда Светка приедет?
- Не знаю, не спрашивал!
Разговор продолжился, а я обогнала мальчиков и поехала быстрее (велосипед у меня получше и езжу я быстрее) и вспомнила, как в одном доме со мной жила румяная полная девчонка – Оля Гринева. Ее тоже звали «жирной». Но за глаза. Если в глаза – она могла врезать. Да так, что мало не покажется. Однажды она вернулась из спортивного лагеря, и все ахнули – Олька стала тоненькая, как струнка, из-за исчезнувших щек показались громадные зеленые глаза… Ох, поплакали те, кто называл ее «жирной». У них шансов не было никаких! Оленька ничего не забыла, да и потом наразбивала красавица сердец предостаточно! И что, характерно, мне даже в голову не придет упрекнуть ее в излишней жестокости. Правильно наразбивала. Поделом!
Я, также пострадавшая от некоторой пухлости в детстве и отрочестве, когда растеряла ее, и похорошела, сделалась на редкость глуха к жалобам и стонам тех, кто стучался в мое «каменное» сердце. Потому что не каменное, оно было, просто замерзло. От оскорбительных комментариев, исписанных тетрадок, спрятанного портфеля, и прочей гадкой чепухи. До сих пор помню, как на дне рождении подруги, Тани Сахаровой, я пыталась опасливо рассмотреть в зеркале – не выпятился ли живот от угощения, и услышала издевательский голосок одноклассника:
- Смотри, как Лебедева собой любуется! Самая красивая, самая умная, самая стройная!
- Самая стройная, точно! – подхватил другой голосок, принадлежащий однокласснику, которого все считали, в том числе и я, «духовной личностью», он сейчас, кстати, малоизвестный писатель.
И мальчики засмеялись. А я закусила губу, чтобы не заплакать! Тогда было непонятно: за что? Я же даже не пыталась им нравится! Искренне полагала – рассчитывать не на что! Высокая неуклюжая девочка, третья в строю на физкультуре, постоянно сидящая на диете, чтобы дотянуть до стандарта (и дотянула к десятому классу, я упорная!), неуверенная в себе, а оттого замкнутая. Зачем бить лежачего? Мне до сих пор непонятна это глупая детская жестокость, что выражается в обидных кличках и «дразнилках». И если женскую злость я объяснить могу – как никак битва за место под солнцем – все средства хороши, то мужскую нет. Мне никак не постигнуть, зачем дразнить девочку «жирной»? Или «очкариком», или «профессором», как меня с первого по третий класс – я тогда не знала, что ум и знания тоже могут быть предметом зависти и их надо прятать. Умников, оказывается, не любят… Я не поняла сразу, и мое сердце замерзло… Оттаяло с отцом старшенькой, чтобы потом заморозится окончательно. Насовсем. Как мне казалось.
К счастью, я ошиблась. Сердце отогрел нынешний муж. Всего лишь тем что дал мне понять - я могу быть и красивой и некрасивой, и худой и толстой, и здоровой и больной, но всегда любимой. Любой. Моя внешность не имеет значения – как выгляжу – мое дело. Важна я в целом. Личность, душа, интеллект. В любой оболочке. И это примиряет меня со второй половиной человечества… Потому что фраза: «В горе и в радости, в болезни и здравии оказалась правдой». Для нас.
Для него и для меня…
Дай Бог мой дочерям такого «лекаря», умеющего любить!