Рассказ. Мистика.
Очень нужны тапки! Ибо на конкурс.

 

Солнце уже почти касалось воды, когда два очень похожих мальчика с соломенными волосами вприпрыжку добрались до берега. Младший наступил на ракушку и теперь стоял на одной ноге, отряхивая вторую от песка.
- Миха, ну что ты возишься? – нетерпеливо позвал старший.
Мальчик неторопливо приблизился, немного насмешливо глядя на брата. Миха был серьезней порывистого, юркого Сани, и, несмотря на разницу в возрасте, зачастую был зачинщиков разных опытов. Сегодняшняя идея тоже принадлежала ему. Пару недель назад Саня вычитал в какой-то пиратской книжке, что за секунду до того, как солнце сядет в море, можно увидеть зеленый луч. С тех пор каждый вечер они приходили к морю, но луч показался им всего два раза. Сегодня Миха предложил нечто новое – попытаться поймать этот зеленый луч зеркальцем и пустить его, как солнечный зайчик, в глаза. Действуя по привычке скрытно, он торжественно позволил брату нести зеркало и ловить им луч, не открывая тому истинного мученика науки, решившемуся проверить действия «зайчика» на себе.
- Смотри, еще несколько секунд, - воскликнул Саня.
- Готовь зеркальце, - без тени улыбки, будто и правда ставили серьезный опыт, произнес Миха. Он стал так, чтоб брат мог сразу направить луч ему в глаза.
Краем сознания мальчик отметил вспышку на западе, и тут же зеленым светом полыхнуло так, что он зажмурился и вскрикнул.
Зеркальце упало в песок.
- Миха! – тряс его Саня, а губы прыгали беспомощно и дрожали руки, - что случилось? Ты можешь открыть глаза?
Он видел водоворт красок и яркий свет, но не было темноты, неизменной спутницы слепых.
- Да вижу я, наверно, луч был слишком яркий. Скоро все пройдет, - спокойно объяснил Миха. Но лишь четверть часа спустя братья смогли отправится домой.
Ночью Миха метался в постели, не умея отличить сон от яви. То ему казалось, что он провалился в солнце, то что он ослеп и ходит ощупью по привычным дорогам. Рассвет он встретил на ногах.
- Купи бутылку кефира и булочки, Мишут! – крикнула мама из соседней комнаты. Взяв из коробочки на столе немного мелочи, Миха отправился в поход по магазинам. Он всегда обходил все прилавки, ради удовольствия видеть головки сыра, маслины, похожие на блестящих жуков, баночки со сметаной, похожие на собранный снег. Вот и сегодня он прошелся по магазину, прежде чем подойти к продавщице.
- Чего тебе? – невежливо поинтересовалась она.
Миха посмотрел ей в глаза и вдруг волна тошноты захлестнула его. Он видел черную злобу, бурую в серых разводах зависть, болотно-зеленую тоску, мутную, бутылочого цвета жадность. Только в глубине глаз была розовать-желтая любовь к дочери.
Миха выскочил из магазина, как будто за ним гнались, но вскоре успокоился и пошел медленнее. Он стыдил себя за «нелепые фантазии» и почти уже решился вернуться обратно, тем более, что так и не купил ничего, когда мимо него прошел Пыж. Этот Санин одноклассник был на голову выше всех мальчишек в округе и редкостный задира.
- Привет, Пыж, - натятнуто поздоровался Миха. Рослый парень захохотал во все горло и сшиб его кепку на пыльную улицу. Миха, сдерживая злость, взглянул на обидчика и вновь его чуть не вывернуло.
В глазах Пыжа были черно-серые полосы ненависти, ярко-красные капли безумия, и причудливые спирали грязно-зеленой униженности и презрения к самому себе. Пыж, почувствав что-то, медленно развернулся и ушел, не расправившись с Михой до конца.
Что за странная способность видеть душу? Откуда она взялась и какие несчастья несет? Ему вовсе не хотелось видеть при свете то, что обычно спрятано от людей. Михе вновь стало плохо от горького привкуса во рту от изнанки людей. Но больше всего он боялся увидеть грязные, мутные цвета в глазах у Сани, мамы, его лучшего друга.
- Подайте, люди добрые, да будет вся ваша семья здоровой, - раздался заунывный голос нищенки. Миха дал ей пару монет, стараясь не заглянуть в глаза, но вдруг испугался обидеть ее и улыбнулся. В глазах нищенки не было ни страха, ни злобы. Только сине-сиреневая тоска по внукам, живущим где-то далеко, да цвета слоновой кости обида на несправедливость. Обида, с которой нищенка уже давно смирилась. А вот зеленая полоска воспоминаний о молодости, и бордовое колечко привычного унижения. Или смирения? Миха не знал, что правильнее.
Нет, от этой душе никому не было бы плохо, но мальчик шел по городу, стараясь не смотреть на людей, и все больше впадая в панику. Домой он пришел, когда отчаялся найти какой-то выход. И тут его неожиданно спас Саня.
- Это, конечно, от вчерашнего луча, - авторитетно заявил старший брат. – В книгах пишут, что зеленый луч может всякие необычные вещи.
Миха с надеждой посмотрел на него.
- Пойдем на море сегодня? И попробуем снова пустить мне луч?
- Клин клином? – усмехнулся Саня. – В конце концов, терять тебе нечего. Хотя... я бы на твоем месте подумал. Представь, тебя ведь никто не сможет обмануть. Ты сможешь верить людям!
Миха покачал головой.
- Если б ты видел это, ты бы так не говорил.
Он просидел до вечера в комнате, избегая брата и лишь надеясь, что мать задержится на работе. За полчаса до заката братья вышли из дому, как вчера, захватив зеркальце. Саня продолжал увещевать брата:
- Мих, это чудо! А ты от него сам, своими руками отказываешься!
- Чудо должно приносить радость, а когда тебя тошнит от изнанок людских душ... Я предпочитаю верить, а не знать.
Они молчали до самого моря. И лишь когда зеленый луч полоснул по Михиным глазам, Саня решился сказать:
- Знаешь, а я хотел бы увидеть твою душу.
- Думаешь, тогда ты смог бы меня любить? – тихо спросил Миха.
Солнце скрылось в море, когда мальчик вдруг резким движением забросил в море зеркальце.