- А почему Колдунья просто не потребовала тебя в жертву? – природное стремление Энатаны во всем добиваться ясности взяло верх над неуютным чувством, забравшимся к ней в душу. Орой усмехнулся:
- Наша очередь прошла, Энка. Ей пришлось бы ждать двадцать лет, пока смогла бы дотянуть до меня руки.
Какая-то мысль вертелась у нее в голове, как быстро плывущее облако. Вот, кажется, что ты понял, на что оно похоже, а оно уже уплыло, потеряло форму, а с ней и навеянный образ. Оно встряхнула волосами, отгоняя навязчивую мысль: будет надо, сама придет.
- И кроме того, - тихо добавил он, - смерть – не самое худшее, что может произойти с человеком.
Энка остановила лошадь, и внимательно посмотрела Орою в глаза.
- Ты предпочел бы умереть? – со свойственной ей прямотой, но очень мягко спросила она. Орой помолчал, а потом еле слышно выдохнул:
- Да...
Он тронул поводья, и Барта поскакала вперед. Энка неуверенно двинулась за своим проводником. Она не могла представить, что значит стать отталкивающим. Всю жизнь она прожила за стенами дома, защищенного магией отца, и под защитой верного рыцаря Шинама. Вряд ли отец знал, красива она или нет. Она была единственным родным ему существом на земле, и будь Энка уродом, он все равно продолжал бы любить ее. А Шинам... Он защищал ее в детстве, был ей братом, другом, женихом. Он привык видеть ее каждый день, и его мало интересовала внешность Энтаны. Интересно, красива ли она? Дремавшее, ненужное в прошлой жизни кокетство проснулось в этой сдержанной девушке, куда больше напоминавшей мальчика своими повадками. Она ждала привала. Чтоб заглянуть в ручей, и узнать ответ. И не знала она, что красота зависит от того, кто смотрит. И очень многое может изменить внешность в глазах другого человека.
Первый день прошел без приключений. Вечром, устраиваясь на ночлег, Орой вдруг спросил:
- Как ты вдруг решила со мной поехать? Ты ведь меня совсем не знаешь!
Энтана смутилась, и пробормотала:
- Глаза синие...
Орой изумленно расхохотался.
- Ну и наивность! Сколько ж тебе лет, дитя природы?
Энка не обидилась, а засмеялась вместе с ним:
- Мне семнадцать! – гордо ответила она. Так малыш сообщает всему миру: «я уже большой, мне тли года и два месяца».
- Я старше тебя на десять лет! – не менее гордо сообщил Орой. – Но все таки, как можно быть такой наивной?
Оказалось, что Энка не совсем наивная. Она собиралась с помощью правдомера проверить Ороя (что она, кстати, и сделала в первую же ночь), но, увидив его глаза, передумала. Отец давно объяснил ей, что глаза выдают сущность человека, и мудрый может их прочесть. Она не ыбла мудрой, но запомнила два правила: нечестный человек не может смотреть в глаза, и не бывет негодяев с ярко-синими и ярко-зелеными глазами.
Орой очень удивился подобной классификации. И принялся перебирать своих знакомых, проверяя, работает ли на них это правило. Энка задумчиво произнесла:
- А у меня серые глаза, значит, я еще могу стать негодяем.
- Ты – нет, - твердо сказал Орой.
- Почему? – удивилась Энтана.
- Потому что только очень хороший человек поедет практически на верную смерть, чтоб спасти друга, - мягко ответил Карлик. – Спи, - добавил он, не давая Энке ответить, - завтра дорога будет куда тяжелее.


Завтра и впрямь продвигаться стало намного сложнее. Тропинка завела их в лес и пропала. Пришлось спешиться и продираться сквозь бурелом, хорошо хоть, что потеряться было невозможно – Энка знала, где выход из леса. Можн было просто застрять. Лошади жаловались так, что даже Орой их понял, ноги Энки покрылись царапинами. Она с тревогой смотрела на своего спутника – не знала, как долго он выдержит эту дорогу. Орой ободряюще улыбнулся ей, но его лицо было бледно и покрылось испариной.
- Привал! – объявила Энка, и юноша с облегчением уселся на землю. Напившись из фляги, он попытался встать, но покалеченная нога отказалась ему служить. Энтана торопливо развязала шнурок с камушкем удачи, и надела на шею Орою.
- Вставай, - попросила она, и Карлик смог поднятся. Он хотел отдать девушке амулет, но она отказалась.
- Пока из лесу не выйдем, пусть у тебя будет, - решила Энка.