Глава 2


В 1936 году в поселке Литтл Хэнглтон случилось что-то из ряда вон выходящее.
Местные сплетницы обсуждали это событие за каждым вечерним чаепитем.
- Нет, вы только подумайте, миссис Роул! Такая тихоня эта Лиза, а вот, прижила
ребеночка, - качала головой хозяйка дома.
- Не говорите, мисс Корнер! И как воспитывают эту молодежь! Не замужем, даже
толком не знаем, кто отец ребенка, - восклицала одна из кумушек.
Было ясно, что именно этот вопрос их и интересовал: кто отец незаконного
ребенка Лизы Гор. Бедная девушка сидела дома и не показывала носа на улицу, но
разве от сплетен укроешься! И, когда ее малыш подрос, сплетницы пытались хоть
одним глазком взглянуть на него, чтобы решить волновавший их вопрос.
Когда маленькому Ричарду Гору исполнилось полгода, все старые девы и вдовы
собрались на очередное совещание. Вердикт был однозначным: Том Реддл. Уж
больно похож был на него маленький Гор! Лиза на эту тему ни с кем не говорила,
а предполагаемый отец вел себя еще более надменно, чем всегда, и вопрос
остался открытым на долгие годы.
Никто не знал этого наверняка, но Том Реддл и впрямь был отцом мальчика. Про
него ходили разные слухи: что он женился несколько лет назад на ведьме, а
потом выгнал ее вместе с ведьмаченком, и что человек он злой и надменный. Но
эти слухи не отпугивали от него девушек, наоборот, они крутились вокруг
гордого богача, как мошки вокруг свечи. И Лиза Гор была одной из них.
Кто знает, какие страдания она пережила! Отказ Реддла признать ребенка и
постоянные шушуканья за спиной подкосили силы молодой матери. Она умерла
вскоре после войны, оставив двеннадцатилетнего сына на попечении старой
тетушки. Ричард знал, кто его отец, но ни разу не заговорил с ним, даже не
посмотрел в его сторону.
Через несколько месяцев после смерти Лизы Гор всех троих Реддлов нашли
мертвыми. Общественное мнение решило, что убийца – Фрэнк, их слегка помешанный
садовник. Никто не верил в мифического черноволосого подростка, которго Фрэнк
якобы видел возле дома несколькими часами раньше. Мнения Ричарда Гора никто не
спрашивал, но он был уверен, что Фрэнк сказал правду. И когда пришел результат
вскрытия, поразивший всю деревню, мальчик только получил подтверждение своей
теории.
Этим вечером вся деревня собралась в кабаке, посудачить об убийстве Реддлов.
Пользуясь тем, что никто не обратит внимание на его отсутсвие, Ричард рискнул
выскользнуть из дома и поговорить со своей единственной подругой, Рэчел
Лейкок. Подкравшись к ветхому домику, Ричард постучал в третье справа окно.
Через секунду в нем появилась заспанная девочка:
- Дик, что случилось? – подавляя зевок, спросила она. – Тебя тетя убьет, если
заметит!
- Не заметит, - отмахнулся Дик, - вылезай скорее, есть разговор.
Рэйчел захватила кофту и вылезла через окно. Ее отец был, как всегда, пьян, и
ему не было дела до времяпреровождения дочери. Все еще зевая, девочка села на
землю и приготовилась слушать. Она хорошо знала, что делать. Если Дик вбил
себе что-то в голову, то вытащить эти идеи возможно, лишь внимательно выслушав
его и раскритиковав их в пух и прах.
- Рэй, ты знаешь о результатах вскрытия Реддлов? – начал Ричард.
- Конечно, кто ж не знает! Они умерли от страха, - пожала плечами девочка.
Дик нетерпеливо заерзал.
- Ничего ты не знаешь! Врачи не смогли понять, отчего они умерли, вот и
написали этот дурацкий вердикт!
Рэйчел скептически посмотрела на него:
- С чего ты взял? И вобще, можно подумать, тебя волнует смерть твоего
ненаглядного папочки и дорогих бабушки и дедушки? Если б мой папаша помер, я б
даже не почесалась, - она никак не могла понять, что мучает ее друга во всей
этой истории.
- Меня волнуют два вопроса: кто это сделал и как это сделали. Потому что мне
кажется, что я знаю, зачем, - Ричард помолчал, собираясь с мыслями. – Ты
знаешь, что Том Реддл мой отец, но только потому, что я тебе об этом
рассказал. Пытаясь понять, почему он никогда не признавал меня, я собирал все
сплетни, которые мог услышать о нем. И вот что я узнал. Когда-то давно он
женился, но через несколько месяцев после свадьбы узнал, что его жена –
ведьма. Тогда он выгнал ее, нимало не заботясь о том, что бедная женщина
носила его ребенка. Никто не знает, что случилось с ней, скорее всего, она
умерла где-нибудь от горя. Но ведь еще был ребенок! Если он выжил, то должен
был испытать на своей шкуре, что значит быть брошенным…
Рэйчел нежно положила свою руку ему на плечо. Они оба знали, каково это быть
нищим и презираемым.
- И что дальше? – тихо спросила она.
- Дальше... Но ведь это только мои предположения, ты понимаешь? – спросил Дик.
Рэйчел кивнула, и, к немалому разочарованию своего друга, убрала руку с его
плеча. – Так вот, я подумал, а что если все рассказы говорят правду? Если жена
моего отца была ведьмой, то и ее сын должен обладать какими-то способностями.
Что, если Фрэнк не врет, и он видел темноволого подростка возле дом Реддлов?
Что, если...
- Ты хочешь сказать, что твой сводный брат выжил, вырос, стал злым колдуном, и
пришел отомстить семье своего отца, убив их страшным проклятьем? – перебила
его Рэйчел. Ричард смутился: в таком виде его выводы действительно звучали глупо.
- Но тогда что с ними случилось? – не сдавался он.
- Откуда я знаю? – беспечно ответила его подруга. – Увидели привидение, к ним
пришел инспектор и сообщил о банкротстве, да мало ли что могло их напугать!
- До смерти? – с нажимом переспросил Ричард.
Но Рэйчел окончательно надоел этот бессмысленный разговор. Она велела Дику
идти домой, пока тетка не хватилась его и не отхлестала хворостиной. Обиженный
мальчик не сказал ни слова, но, придя домой, понял, что его до сих пор
переполняют невысказанные чувства и мысли. Всю ночь он обдумывал, с кем бы
поговорить на эту тему, и, когда встал утром, решение было готово. Он
обязательно найдет своего брата! А пока... пока можно написать письмо. Вдруг
удастся передать его?
Ричард сел за стол, и принялся за письмо:
«Дорогой мой брат! Ты меня не знаешь....»

Шли годы. Ричард вырос, женился на Рэйчел, у них родился сын Сэм. Много воды
утекло с того утра, когда двенадцатилетний мальчик написал письмо своему
старшему брату, но пожелтевший конверт так и хранился в старой шкатулке со
сломаным замком. Деревня выросла, все больше и больше старых домов сносили,
только дом Реддлов так и стоял на холме. Фрэнк, по мнению соседей,
окончательно свихнулся, и только Ричард, несмотря на явную досаду своей жены,
подолгу разговаривал с ним. Ни Рэйчел, ни подросший Сэм не знали, что на уме у
Ричарда, хотя его жена и догадывалась кое о чем. Отгуляв на свадьбе Сэма,
Ричард Гор заболел, и, промучавшись почти год, умер, успев лишь попросить
назвать новорожденную внучку Кристиной.

****
Гарри слушал рассказ девочки с неослабевающим внманием. Дамблдор был прав, то,
что она рассказывала, весьма интересно, правда, юноша не совсем понял, как
директор собирается использовать эту информацию.
За окном прогремел гром, и все вздрогнули. Рассказ прервался, будто
наткнувшись на невидимый камень. Сильный дождь ударил в окно кабинета, где-то
вдалеке еще раз прогремело. Ребята будто просыпались после необычного сна.
Рассказчица замолчала, собираясь с мыслями, и устало продолжила.
- Как вы, наверное, поняли, я и есть Кристина. Мою младшую сестру зовут Лизой,
в честь прабабушки. Если честно, все мои родные удивились просьбе деда. В
нашей семье не было никого с таким именем, и его последнее желание выполнили,
не понимая, в чем его причина.
Два года назад наш дом должны были снести. Мы разбирали вещи, и на чердаке
наткнулись на старый сундук. В нем была большая шкатулка, в которой хранилась
связка писем, дневник и несколько пожелтевших фотографий. Я поняла, что мой
дед всю жизнь пытался найти своего старшего брата, но ему это не удалось. В
наше время, конечно, куда легче сделать это, и я решила закончить дело деда.
- Почему? Зачем вам это было нужно? – недоуменно спросил Захария. Гарри бы мог
ответить на этот вопрос. Он помнил годы в доме Дурслей, и свои детские мечты –
найти какого-нибудь родственника, кого-то, кто забрал бы его из ненавистного
дома. На втором курсе, не зная еще, кто такой Реддл, Гарри хорошо понимал его
чувства: сделать что угодно, лишь бы не возвращаться в приют. Наверняка
незаконнорожденный сирота Ричард искал своего брата, чтобы не быть одиноким.
Вот только зачем этой девочке нужен старик родственник?
Кристина вздохнула:
- Моя мать умерла сразу после переезда, от рака. Мы уже давно знали, что она
обречена. А что будет с нами, если и отец умрет? У него слабое сердце, – в ее
голосе слышались слезы.
Фоукс слетел со своей жердочки и сел на колени к Кристине. Казалось, он
почувствовал ее смятение, и прилетел приободрить девочку.
- Мисс Гор устала, - заметил Дамблдор, - думаю, мы продолжим нашу беседу
завтра, после завтрака. Надеюсь, вы простите меня за то, что я занимаю вас в
субботу, - он посмотрел на своих учеников, и его глаза блестнули. Директор
слишком хорошо знал, что эти семеро ни за что не пропустят столь важный разговор.
Попрощавшись с Дамблдором и Кристиной, ребята разошлись по спальням. Гермионе
не давала покоя какая-то мысль, но Гарри и Рон слишком хорошо знали ее, чтоб
приставать с расспросами. Захочет – сама скажет. Рон, не обращая внимания на
задумавшуюся Гермиону, недоумевал:
- Она же маггла! Как она могла попасть в Хогвартс?
- Я где-то читал, то можно проложить тоннель в магглозащитных чарах. Но все
равно эта Кристина видит Хогвартс совсем не так, как мы, - отозвался Невилл.
- Все равно не понимаю! – вдруг воскликнула Гермиона. – Что Дамблдор
собирается делать? Неужели он считает, что Сами-Знаете-Кто обрадуется
родственнице-маггле?
Они подошли к портрету с Полной Дамой, и, назвав пароль, забрались в гостиную.
Почти все ученики уже разошлись по спальням, только несколько пятикурсников
что-то учили. Огонь в каминах ревел, над Хогвартсом бушевала гроза. Гарри
почувствовал, что его глаза слипаются, и сонно сказал:
- Что толку гадать! Завтра мы узнаем наверняка. А сейчас лучше всем пойти спать.
Но всю ночь ему снились Кристина и Том Реддл, такой, каким он был в
шестнадцать лет. И во сне Гарри спрашивал себя, захотел бы Том встретиться с
родственником магглом, и продолжил ли Ричард искать своего старшего брата,
если б узнал, что тот стал убийцей.