Это фанфик по Хроникам Нарнии. Советую читать только тем, кто прочел все семь книг.
В процессе...


Первая глава

Это была пустая, дымная и шумная студенческая вечеринка. Джейн пожалела с первой же минуты, что дала Бетти себя уговорить.
- Ну что ты все сидишь у тетки! –говорила ей приятельница. – Пойди, проветрись, познакомься с новыми людьми. Рождество на дворе!
И Джейн впревые за последние три года решилась выйти в рождество из дому. Но, сидя в холодной комнате на прогнувшемся диване, она понимала, как скучает по мягкому уюту их гостиной, по маминым рукам, по папиному смеху… И как глубоко погребено их счастье, разбитое во время бомбежки в сорок третьем.
Она была бесконечно чужой здесь, среди тех, кто пытался делать вид, что войны не было. Или тех, кто строил новую жизнь на еще дымящихся руинах старой. Джейн просто жила, пытаясь смириться с потерей, и каждое утро она смотрела на солнце – вдруг там, за горизонтом, найдутся ответы на ее вопросы.
Девушка украдкой взглянула на Бетти, та хохотала над незамысловатыми шутками Бена, высокого глуповатого парня. "Теперь я точно могу уйти, - решила Джейн, - она меня не заметит". В ворохе оттаявших шуб она отыскала свое старое пальто, и начала осторожно пробираться к выходу. Но на полпути ее внимание привлек парень, сидевший на окне. Что-то необычное было в выражении его лица, казалось, он грезит о вещах далеких и радостных, но непонятных никому из окружающих его людей. Джейн замерла, смотря на него, секунды бежали, а она все не могла объяснить себе, что такого в лице этого парня.
Он почувствовал на себе чей-о взгляд, и удивленно обернулся.
- Что-то не так? – с легкой улыбкой спросил он смутившуюся Джейн.
Та не знала, что ответить.
- Все в порядке, - тихо сказала она, - я просто пыталась понять, о чем ты думаешь.
Трудно сказать, кто удивился больше – юноша или сама Джейн. Последняя фраза вырвалась у нее непроизвольно.
- Прости, - произнесла она еле слышно, - я совсем не то хотела сказать.
- Думаю, нам стоит это обсудить, - с этимим словами юноша легко спрыгнул с подоконника и протянул Джейн руку.
- Питер, - представился он.
- Джейн, - она еще не решалась взглянуть в его лицо, хоть и пожала протянутую руку. Тут Питер заметил, что девушка надела пальто.
- Ты собиралась уходить? – поинтересовался он.
- Вобще-то да, но я еще сама не решила, - она и впрямь передумала уходить. А что, если ей уже не удастся найти Питера? Ей показалось, что он знает ответы на все ее вопросы.
- Разрешишь проводить тебя? – полунасмешливо спросил Питер. Это решало вопрос. Джейн кивнула, и они выбрались на заснеженную улицу. Шли молча, только снег тихо поскрипывал у них под ногами, да звезды с удивлением смотрели на странную пару. Внезапно Питер остановился перед старым, непонятно как сохранившемся в городе фонарем. Снежинки кружились над ним в последнем танце, и таяли, коснувшись запотевшего стекла.
- Совсем как там… - изумленно выдохнул он.
- Где? – немедленно поинтересовалась Джейн.
Питер вздрогнул. Он и забыл, что стоит посреди снежного Лондона с почти незнакомой девушкой.
- Я думаю, еще не пришло время говорить об этом, - серьезно сказал юноша. Джейн поверила ему, и не стала задавать вопросов.
Почти до самого утра они бродили по Лондону, болтая обо всем и ни о чем. Питер рассказывал Джейн о своей семье, а она – об обломках своей жизни. О родителях, погибших в бобмбежке, о своей контузии и долгом лечении. Им было легко говорить, приятно слушать, и казалось, что они знакомы много лет.
- Ты что учишь? – поинтересовалась Джейн.
- Историю и философию, на втором курсе, а ты?
- А я начала литратуру, - она всегда любила книги, порой предпочитая их компании приятелей.
- Так ты ровесница Сью, - протянул Питер. – Это моя сестра.
И такая горечь послышалась в его словах, что Джейн заглянула в его лицо.
-Что с ней?
- Знаешь, - медленно начал Питер. – С ней, пожалуй, ничего. Она считает нас, Эда, Лу и меня, детьми. Говорит, что мы забиваем себе голову разной чепухой, размышляем о том, что нас не касается, и ведем себя глупо. Она же встречается с парнями, ходит на вечеринки, интересуется косметикой и тряпками. И мне кажется, что я потерял сестру.
Есть точки, которые ставятся в конце разговора, но они ощутимы, они замыкают пространство в огромный мерцающий круг, и выйти из него можно, лишь расставшись. Питер и Джейн шли молча, понимая, что за следующим поворотом ждет прощание. Завернув за угол старого дома, они остановились.
- С Рождеством тебя, - первой нарушила молчание Джейн.
- И тебя!
Джейн ушла, а Питер долго смотрел ей в след.

***
- Что-то случилось, Питер? – небрежно одетый парень оторвался от книжки, которую с явным удовольствием читал.
- Эд, не поверишь, я познакомился с девушкой!
Эдмунд отложил книгу и приготовился слушать. Он давно не видел брата таким взволнованным. Но Питер и сам не знал, что рассказать. Перед глазами все время стоял ее образ: темные волнистые волосы, серые с черным ободком глаза, немного печальное и задумчивое выражение лица. Он и сам не знал, чем привелекла его эта милая, но, в общем, обыкновенная девушка.
- Она похожа на дриаду, - попытался объяснить Питер. Эдмунд лишь усмехнулся, но промолчал.
- Мы гуляли, и вдруг вышли прямо к фонарю. И не поверишь, он был точно такой же, как тот, на равнине Фонарного столба! Я даже на минуту поверил, что Аслан смилостивился и пустил нас обратно, но это был просто старинный фонарь.
Эдмунд вздохнул. Он знал, о каком фонаре говорит брат. Пару лет назад он пошел искать старый дом профессора Керка. Там, под старым пнем были зарыты магические кольца, с помощью которых они смогли бы попасть в Нарнию. Но слова Аслана вечны: тот, для кого закрыт вход в Нарнию, никогда не сможет попасть в нее. Тогда, во время своих бесплодных поисков, Эдмунд набрел на фонарь, похожий как две капли воды на Тот, стоящий в густом лесу. По зрелому размышлению Эдмунд понял, что это и впрямь брат того фонаря, который сломала Джедис пятьдесят лет назад. Много раз слышанный от профессора Керка рассказ оживал перед его глазами: Джедис не успела далеко отъехать от дома Керков, и фонарь сломала где-то поблизости, а он сейчас находится в том районе. И наверняка все фонари на этой улице были одинаковыми. Один из них, сломанный полвека назад, прожил тысячи лет в другом мире. Остальных же сломало время – лишь один, постаревший и покосившийся, еще уцелел в этом забытом Б-гом и войной переулке.
Тогда Эдмунд решил не рассказывать брату и сестре о своей находке (Сьюзен бы только посмеялась над ним). Люси наверняка расстроится, да и Питер ходил бы туда, в надежде пробудить древнюю магию, и все яснее понимал бы, что детство кончилось, и вход в Нарнию закрыт навсегда. Да и сейчас Питер вряд ли поймет, если начать объяснять. Он слишком полон этой непонятной встречей, с девушкой и с фонарем, и не стоило разрушать рождественскую сказку.
Вскоре Люси заглянула к братьем, пожелать им счастливого Рожества.
- Родители еще в гостях! – сообщила она. Ее лицо сияло, золотистые волосы разметались по спине. – А ты, лежебока, даже не ходил никуда? – поддела она Эдмунда. Тот лениво перевернулся.
- Да я ходил! Но убежал оттуда через два часа, - и совсем другим тоном добавил:
- Я вспоминал самое первое Рождество.
Питер и Люси переглянулись. Они часто вспоминали свое первое Рождество в Нарнии, Санта-Клауса и его волшебные подарки, но старались, чтоб Эдмунда рядом не было. В это время их брат был у Колдуньи, и узнал о наступлении Рождества только когда Джедис заколдовала Лиса и Белок. Позже Аслан сказал им: "Что было, то было, незачем говорить о прошлом с вашим братом". И они не говорили, но Эдмунд всегда помнил. В Нарнии король Эдмунд нечасто вспоминал о предательстве. Он чувствовал, что искупил вину. Но в Англии для мальчика Время уже не было таким целительным.
-А помнишь, в тысяча пятом? – поспешно спросила Люси. – Фавны устроили Снежный танец, и король Лум привез такие замечательные ледяные фигурки.
Питер подхватил эту тему, и все трое еще долго вспоминали годы правления в Кэр-Паравеле четырехтронном. Но тут открылась дверь, и к ним заглянула Сьюзен.
- Счастливого Рождества!
- Тебе так же! – отозвались братья, а Люси вскочила, чтоб поцеловать старшую сестру.
- Чем занимались? – насмешливо спросила Сью, снимая шапочку, и стряхивая снег с волос. – Опять рассказывали сказки?
Питер резко ответил:
- Ты не считаешь, что это не совсем твое дело? Что…
- Ладно, ладно! Играйте в свои игры, не буду вам мешать! – перебила Сьюзен со смехом, и вышла из комнаты. Настроение было испорчено. Эдмунд снова взялся за книгу, а Питер увел Люси в свою комнату, чтоб "спокойно поговорить". К его удивлению, сестра приняла близко к сердцу эту странную встречу.
- Познакомь меня с ней, Питер, - попросила Лу. Ее брат удивился, но пообещал.