Боже, как я по тебе скучала. И вроде и не поймёшь сразу. Как старший брат, как близкий друг, как родной человек.
Я очень люблю твой запах, твои движения и твою улыбку. Твой немного_грустный взгляд. Но такой родной уже. Люблю, когда ты что-нибудь рассказываешь, активно жестикулируя. Люблю, когда держишь меня под_руку. Люблю танцевать с тобой.
Это не любовь, что вы.
Ты просто стал родным. Как-то очень быстро, немного резко, но уже давно. И я этому очень рада.
Я люблю тебе рассказывать о том, как провела день или о том, что мне приснилось. А ещё задавать тебе вопросы и просить у тебя совета.
А вообще я просто люблю тихонько сидеть рядом с тобой. Можно даже молча.
Давай залезем на крышу?

Я пишу брату сочинения относительно надобности человеку таких чувств, как сочувствие и сопереживание.
Пишу реферат о становлении британского кинематографа таковым. Пишу про Вивьен Ли и её знаменитые "Унесённые ветром".
Читаю про современные картины, вышедшие, или только собирающиеся выйти в прокат.
Обсуждаю с папой нужные мне шедевры мирового кинематографа.
Выбираю с мамой аксессуары и длину юбки. Для неё.
Рисую силуэты и эскизы.
Листаю журналы, листовки и свою "Библию" стиля. Фотографирую, ем яблоки и пью зелёный чай.
А ещё установила долгожданные Sims2. Теперь есть, кем манипулировать. В виртуалити.
Затягивает очень.
Насыщенный день очень. Творческо-созидательный.
Завтра будем расслабляться.
Таки пятница на дворе.
*Не дыша слушаю мамин рингтон. На её новой Nokia. И улетаю.

Я влюблена в стиль сестричек Олсен. Бесповоротно.

Это наше первое столкновение с этой реальностью. Со взрослой жизнью и городом. И я вижу, как ты неумело прячешь обиду в грубых шутках. И слышу, как её ком нарастает. Где-то в груди. Вижу, слышу, чувствую. Но ничего не могу сделать.
От этого невероятно больно. И противно.
И так хочется тебя обнять, заглянуть в глаза и сказать, что всё будет хорошо.
Что безвыходных ситуаций не бывает. Что мы вместе. И что мы справимся.

Хотела написать о моей новой влюблённости. В стиль, аксессуары и фэшн-съёмки. Но как-то всё это потерялось.

Ты никогда не просил о помощи, а тут. Как ребёнок вскидываешь руки к небу и кричишь, что не знаешь, как быть дальше. Я немножко боюсь. И очень переживаю за тебя.
И я всё равно. Тебя очень люблю.

И, кстати. Ли.Ру вымирает, кажется.

Я танцую в ночной темноте комнаты. На пальчиках. Едва касаясь холодного пола. Белыми носочками. Выглядывающими из-под голубой простыни, окутавшей моё тело.
Под мурлыканье Патриции Каас.
Вплетаю в косы атласные ленты и мечтаю. О тебе.
Представляю, что бы ты сказал. Как бы посмотрел.
Как притянул к себе. И...
Впереди ещё три недели городской жизни. И будет лишь несколько часов. Чтобы надышаться тобой ещё на две недели.
И через 27 дней. Ты станешь совершеннолетним. По меркам ЕС.
А потом я. Но по нашим. Советским.
И ты, на совершенно законных основаниях, сможешь меня увезти. Или я тебя.
Чтобы просыпаться от твоих поцелуев и засыпать у тебя на губах.
Я люблю тебя.
Твой Малыш.

Такая невероятная ностальгия по несбывшемуся. Или по очень далёкому. Или по тебе.
Вечером я рисую по ткани. Белых ангелов и дорожные знаки.
Утром в строгом костюме покоряю город.
Ночью что-то судорожно пишу. На обрывках старых тетрадей. Или танцую. Где-нибудь в тесной толпе и ярких огнях.
А днём прячу глаза за тёмными стёклами. И мечтаю ездить за рулём.

Никому ничего не говорю о нас. Уже давно. Наверное это просто не имеет смысла.
Почему-то.
А вот сейчас я бы с радостью поцеловала бы тебя спящего и легла бы бы рядышком. Но вместо этого, я, на наших излюбленных трёхсот_двадцати, сейчас побегу мыть голову_посуду_мысли. И читать что-то про ручную коробку передач.

*Я люблю тебя.

А ещё. Ещё я люблю задумываться о совместной жизни. Семейной.
Люблю разговаривать с тобой. О том что хочу взять стиральную машинку в кредит. Или о том, что хочу повесить бамбуковый карниз. Или о том, что надо получить права и купить машину.
О том, что Сашка в четверг подаёт заявление. И что ему нужно что-то дарить на свадьбу.
О том, что я готова и хочу заботиться. О тебе. Ежеминутно.
Готовить затрак_обед_ужин.
Готовить_стирать_убирать.
Или о том, какого цвета подушки будут лежать на диване.
А ещё о том, как мы поедем в Питер. Или о том, как друзья будут приезжать к нам.
О том, как мы будем дурачиться, фотографироваться и корчить рожицы. Или о том, что ты будешь носить рубашки.
А главное о том, что ты меня любишь. Или о том, что я тебя люблю. Или о том, что мы невероятно соскучились друг по другу.
Ах да. Ещё о том, что нужно поехать и выбрать кальян. Нам с тобой.
*Я люблю тебя.

Хм. Знаешь, а это ведь так здорово быть старшей сестрой.
Так мило убираться с утра в квартире, составляя список того, что нужно сделать, и деля его на троих. Бегать по дому с тряпочками_бутылочками и швабрами_пылесосами. А потом смеяться, всё бросать, делать музыку громче и подпевать. Не зная слов. В открытые окна. Смеющимся прохожим.
А потом праздновать.
Твой день рождения, малыш.
Носить почётное звание старшей сестры, разливать фруктовые соки и улыбаться. А ещё играть в твистер. Hand-made. Здесь и сейчас. У нас дома. На полу. Посредством бумаги, клея и цветных карандашей. Показывать наши детские фотографии, рассказывать про наши бывшие_школы и учить рисовать. Руками. Точнее ладошками. И костяшками пальцев. Задорно смеяться, фотографировать и дурачиться.
Ты взрослеешь. У тебя первые влюблённости, переходный возраст и модный одеколон.
Скоро мы будем общаться через личные сообщения ВКонтакте и ты будешь приезжать ко мне на чай. Или за советом. Или будешь ночевать у меня. И по ночам рассказывать что-то очень личное.
И знаешь, не смотря на все наши ссоры, крики и раздражительности... Я люблю тебя. Очень сильно.
*Я люблю тебя, малыш.

Будем вместе решать свои задачи. На даче.
И на всё наплевать!

Имеется непреодолимое желание разорвать кучу подушек. Больших. Так чтоб пух и перья летали по комнате.
В которой сейчас стоит напряжённое молчание. Моё.
Если не произойдёт разрядки, то случится замыкание. Электричества и мозгов.
Мне хочется хлопать дверьми, бить посуду и швыряться книгами.
Я терпеть не могу ложь. А так же заискивание и детский сад.
Да. Пускай, я так открыто и немного дерзко говорю об этом. Но я устаю от этого.
В такие моменты мне хочется послать вас к чёрту и порвать все имеющиеся отношения!
Я всё сказала. Два раза не повторяю.

Как чудесно оказаться дома. Иногда со мной такое бывает. Так невероятно.
Я пью прохладное какао с шоколадными конфетами и совершаю вечернюю проверку почты. Которая на самом деле совершается почти ежеминутно. Посредством F5.
А в город пришла всё-таки самая настоящая весна. С солнцем, песнями Krek и новыми солнечными очками. В стёклах которых отражаются улыбки прохожих. И мой заразительный смех.
И ветер окутывает такой лёгкий, тёплый и ласковый, что хочется взлететь вместе с ним. Или впустить его к себе в комнату.
Но он и сам немного дерзко переплетается с проводами наушников и ленточками в моих волосах.
А я всё улыбаюсь. Всем вам.

*Love me. Love me. Say that you love me.
Fool me. Fool me. Go on and fool me.
Love me. Love me. Pretend that you love me.
Leave me. Leave me. Just say that you need me.

Тонны окурков. Гигабайты фотографий и пакеты смс.
Оглушающий мартини с вишнёвым соком и песни про поцелуи.
Бьющие по голове звуки шаров боулинга, бильярда и льда.
Ритмы моей души и ночной Москвы.
Дерзкие разговоры о сексе, мальчиках и пошлые скороговорки.
Про Карла. И Клару. Ах да. Ещё про попугаев.
Сигаретный дым моего разума и убитые наглухо мысли. Ни о чём.
О стуке каблуков, безумных ночах и жизни в общем.
А ещё о городском одиночестве и коротких загородных ночах.
О любви "со вкусом нежности".
О минутах "без тебя".
О касаниях, взглядах.
О твоих длинных пальцах.
О моих руках.
О мечтах, надежде, солнце.
О прогулках по звёздам, под звёздами. И с ними.
О лучах, бликах и зайчиках.
О точках, запятых и многоточиях.
Обо мне. О тебе. О нас.

Я влюбилась в свои тёмные брови, выходы в свет, и... Не побоюсь этого слова, в свои ягодицы. Это свершилось.
Килограммы таяли, каллории сжигались, формы приобретались.
Я просто молодец. И вообще неотразима.
Теперь я убираю волосы со лба и всем улыбаюсь.
Потому что весна всё-таки пришла и я снова могу летать.
Высоко-высоко. На голубом шарфе_свободной_художницы.
В этом году будет свободная_писательница.
Так роматичнее, мне кажется.

Провела прекрасный музыкальный тест. Очень занимательно получается.

1.Что у меня на душе? Звери -Снегопад
2. Каким меня видят мои друзья? Bob Sinclar - World hold on
3. Песня о моем лучшем друге? Kelly Rowland- Work
4. Мое лучшее качество? Лолита - Не твоё дело
5. Что меня ждет завтра? Akcent - King of disco
6. Песня о моих родителях? Cardigans – And then you kiss me
7. По какому принципу строится моя жизнь? Lexture - Freedom to love
8. Какие люди в меня влюбляются? Switchfoot - Learning to breath
9. Что обо мне думают окружающие? Стася -Останься
10. Как мне сделать себя счастливым? Cardigans -Good morning, Jones
11. Как мне разрешить свои проблемы? Стася - Буду
12. Как я умру? Аракс - Странная ночь
13. Что будет играть на моих похоронах? Олег Митяев – Дым печной.

А у меня совершенно не серые оттенки вокруг почему-то. А очень даже наоборот. В новых лаковых ботильонах отражаются звёзды и неоновые вывески, а в тёмных очках солнечные лучи и голубое небо.
А ещё тростью я отстукиваю ритмы весеннего ветра и бегаю с ним наперегонки. По бескрайним полям рассыпанных бус.
Каплями бургундского вина я рисую сердца влюблённых, осколками бирюзы рисую их слёзы, а серым кружевом - паутины дорог.
Ужинаю у бабушки гавайскими смесями из риса с овощами. И пью зелёный чай. С розой и каким-то ещё цветком.
Ношу винтажную блузку своей прабабушки. С модным сейчас крепдешиновым бантом. И улыбаюсь прохожим.
К слову, жизнь прекрасна. Когда мы этого хотим.

Теперь я могу. Есть, пить и бегать по лужам в резиновых сапогах. Под леопарда.
Могу элегантно постукивать по асфальту зонтиком-тростью.
А ещё могу... Могу писать творческие работы, учить обществознание и искать по городу кальян. Нам с тобой.
Могу улыбаться солнцу и танцевать в его лучах под саундтреки к Клубу и Стритрейсерам.
Могу пить какао и есть рисовые и гречневые хлебцы.
Могу играть в NFS и выписывать невероятные виражи.
Ещё могу составлять wish-листы. Продолжить шить платья, маечки и сумки.
Теперь я могу жить. В полную силу. Могу!

*Нужно только фотографии получить.)

Когда я хочу что-то написать. Что-то важное. Что-то эмоциональное. Что-то яркое. Что-то моё. Я наливаю горячий чай в любимую кружку и включаю что-нибудь спокойное. К примеру, радио-Relax.
Чтобы рассказать о себе, мне необходимы две, а то и три кружки чая.
Это как в "Истории в деталях" с Сергеем Майоровым.
Фоновый звук, оранжевый свет и бархатистый голос за кадром. А моя жизнь поделена на эти самые кадры.
________________________________

В пять лет я написала первое стихотворение. Маме. С неуклюжей рифмой и нарисованными цветочками на полях.
Затем, как и любая девочка творческого склада ума пыталась писать так называемые романы. Даже название помню. "Сон и он". Одноклассницы каждый раз с нетерпением ждали новой главы, ведь всё написанное было про новенького из параллельного.
Потом была первая любовь. Долгая. Невзаимная. Больная. И появившиеся из под её крыла зарисовки, наброски. Ситуаций, сцен, кадров.
Были и подростковые рассуждения на красивые темы "Почему люди не летают", и депрессивно-наигранные возгласы "Мне незачем жить".
_______________________________

Когда мне было четыре года, умер Влад Листьев. Он и сейчас является моим любимым журналистом. В какой-то мере учителем. Именно тогда я твёрдо решила, что "попаду в телевизор".
В десять лет я придумала внутри_классную газету "Это про нас". С яркими фотографиями, забавными эпиграммами и моим руководством.
В двенадцать пришла в школу двадцать первого века, где мы коллективно писали статьи про помидоры в журнал "Маруся", учились пользоваться интернетом и ели вегетарианские чипсы.
В четырнадцать поступила на курсы при РГГУ "Мастерская теле-журналиста".
В пятнадцать посетила Лувр, прокатилась по каналам Амстердама и привезла домой кипу польско_франко_немецко_голландский журналов и рекламных проспектов.
В шестнадцать возглавила общешкольную газету "Тайный советник" с рассказами о выдающихся учениках, планами на неделю и, как следует из названия, "полезными" советами.
_______________________________

В тринадцать лет я в очередной раз посмотрела "Привидение" с Патриком Суэйзи и Деми Мур. И влюбилась в кино.
В четырнадцать на семинаре по теле-журналистике, моё мировоззрение сделало сальто и приземлилось ровно на макушку. После просмотра "Прогулки" Алексея Учителя.
В пятнадцать я гуляла по Петербургу и мечтала стать героиней кино. Стала частой гостьей в РАМТе, театре под руководством Джигарханяна и в театре им. Ермоловой. "Александра Пушкина" посмотрела 4 раза, "Три сестры" семь.
В шестнадцать запоем читала Обломова, Войну и Мир, Анну Каренину и Идиота. Мечтала стать режиссёром и поставить что-нибудь красивое.
В семнадцать ночами смотрю творения русских и зарубежных мэтров кино. Пишу дневниковую прозу и мечтаю снять фильм.
_______________________________

Друзья шутливо называют графоманкой. Могу проснуться посреди ночи, чтобы записать приснившиеся фразы. Или могу и вовсе не ложиться, дабы написать что-то дерзко-городское или, наоборот, что-то лирично-романтичное.
Помните, когда-то, не так давно, была реклама Sprite со словами "Юля. Будущий скандально-известный журналист". Всё те же друзья шутили, что это про меня.
А я влюбилась в кинематограф. В сценарии Дарьи Мороз. В режиссуру Учителя. В игру Маковецкого и Ефремова. В улыбки Безрукова. В слёзы Михалкова.
Вот в эту придуманно_реальную жизнь. В шикарные голливудские свадьбы, жестокие польские аборты и в наши, русские, эмоционально-окрашенные беседы.
Взяла. И влюбилась.

Как всё просто получилось. Я заболела, чтобы не пойти на деньрождения к (***).
Как же я сразу не догадалась.
И все эти страхи. Все игры. Нужно просто оставить в прошлом.
И то, что ты приезжал. Всё тоже не просто так.
(***), прости. Я обращаюсь к тебе здесь. Я миллионы раз обещала себе, тебе, всем больше неписать_неговорить_недумать о тебе. И миллионы раз я об этом забывала. Мы продолжали деланно улыбаться, натянуто шутить и что-то ещё. И так уже больше года. Мы цеплялись друг за друга, смотрели картинно вслед, возвращали, возвращались. Но ведь всё это неимоверная глупость.
Ты знаешь, что я люблю другого. Но всё так же преданно смотришь в глаза, куда-то зовёшь и говоришь, что скучаешь. Так нельзя. Точнее можно. Но только зачем.
Кто-то на стенке пожелал тебе красивую девушку. И я присоединяюсь. Только это буду не я. А действительно хорошая девушка, которая будет с тобой рядом. Это всё не высокопарные фразы. А моё чёткое, обдуманное решение.
И спать я с тобой не буду. Нет. Не буду. Не потому что, что-то в тебе не так. А потому что у меня уже есть любимый человек.
Это моё окончательное решение. Это точка.

Когда лежишь. Болеешь. Не так банально температура_кашель_насморк. А когда болит вся ротовая полость. И целоваться ну никак не можешь. А рядом любимый человек.
Когда он ровно сутки ходит с тобой полоскать рот, приносит таблетки, микстуры, мази и носит тебя по квартире на руках.
Но когда лежишь под утро. Рядом с ним. В тоненькой маечке. Такая беззащитная. А он такой большой, сильный...
Когда где-то что-то замыкает. И он смотрит на тебя и говорит, что ты самая красивая.
И вот в этой предрассветной темноте начинает целовать твою шею, плечи, грудь... Когда он ласково проводит своей сильной рукой от щиколотки и выше по бедру, а потом сгребает в охапку и нежно-нежно обнимает. Дышит в ухо, водит ладонью по щеке...
Понимаешь. Что он самый близкий человек. Самый родной. И что с ним я самая счастливая и защищённая. И что все мои страхи лишь вымысел.
А за пятнадцать минут до отъезда он не выдерживает и начинает целовать.
По-взрослому.
Так, что в животе начинают порхать бабочки.
*сначала робко, потом смелее*
И я как заворожённая не могу остановиться. Я не чувствую ничего кроме его тёплых мягких губ. Таких любимых. Таких моих...

*Ты оказался лучшим лекарством. Даже мама заметила.

Я люблю тебя.

Я лежу пластом на диване и отворачиваюсь от пронзительно взгляда Ромы в клипе "Тебе".
Я думаю о возможных исходах_выходах.
И боюсь, что если я буду зарабатывать больше тебя, ты просто уйдёшь от меня. И вот это слово "боюсь" в моей голове раскалывается шарообразной вазой из тонкого хрусталя. На миллионы осколков.
У меня неистово болят зубы. Я читаю "Язык тела" и ужасаюсь.
У меня море страхов.
Я боюсь, что ты уйдёшь; боюсь, что не смогу забеременеть; боюсь, что будет сложно с деньгами, когда начнём жить вместе; боюсь, что у нас будет мало времени друг на друга; боюсь гинекологических болезней; боюсь что-то решить; боюсь понять, чего я хочу. Просто боюсь.
И всё это, наверное, стоит обсудить с тобой. Взять. И обсудить.
Просто поговорить. Ведь это же так просто.
Я поговорю.
А сейчас я хочу быть здоровой.

Сегодня. В этот день. Я не могу говорить.
Чисто-физически.
Мне больно открыть рот. У меня опухли дёсны, язык. Болят зубы и какие-то язвочки.
Мне противно даже об этом писать. Хотя больше мне ничего и не остаётся делать.
Я пишу папе и брату записки, а маме что-то мычу и она в 8 случаях из 10 меня понимает. Когда рядом нет бумаги или ручки. Я пишу родственникам смс-ки. Или пытаюсь разъясниться жестами.
С одной стороны было бы очень смешно, если бы, с другой стороны, не было так больно.
Если бы я могла кричать от боли. Я бы кричала.
Но вместо этого я лежу и вою, как белуга.
А мама заботливо мажет мне язвочки и дёсны жидкостью, на оборотной стороне которой написано что-то про ЗППП.
Мило. Очень.

Я заглатываю все серии "Не родись красивой", плачу и...
Внимание! красивое слово, рефлексирую...
Меня колотит крупной дрожью, изнутри бьёт сильными ударами, ручьями слёз.
Я кутаюсь в длинном махровом халате и прячу свои бледные замёрзшие пальцы в рукавах.
Я просто очень хочу, чтобы ты сейчас оказался здесь.
Чтобы просто прижал меня к себе. Сильно-сильно. И нежно-нежно.
Просто чтобы я могла уткнуться в твою горячую шею и спокойно заснуть.
Я просто болею. И потому совершенно беспричинно плачу.
Я просто уже очень соскучилась.
Я не хочу больше уезжать от тебя... Не хочу больше спать одна. Не хочу просыпаться одна.
Ты мне нужен. Слышишь?! Нужен...
Мне тебя не хватает очень...