Ты спросил у меня...
А я не знаю, что тебе ответить.
Нет, я не согласна с Гришковцом. "Ни одной секунды счастья..." - сказал он.
Но...
Понимаешь, это был самый обычный летний день. Обычный, тёплый, настоящий летний день. Щедрое на авансы, самое начало лето, когда солнце ласкает, не палит. Это... как ласка тайных любовников, соприкоснуться пальцами, плечами, скользнуть кожей по коже, вроде бы случайно, и тут же отпрянуть.
Или как поцелуй от человека, который очень тебе нравится, но поцеловать тебя никак не должен был.
Не знаю с чем ещё можно сравнить тот день.
Я приехала тогда в раннее утро, в самый дождь, а она встретила меня на вокзале, как встречала всегда, обняла и я вновь почувствовала это - её тепло, её запах, её лёгкость.
Шёл дождь и мы шагали по полупустому городу, по сонно-безлюдным улицам, старательно обходя лужи, смеялись чему-то, болтали о таких важных пустяках. Я не помню о чём мы говорили и над чем хохотали тогда, но то огромное чувство свободы, что возникало, когда она была рядом, помню хорошо.
Надо было дождаться окончания рабочего дня, и мы сначала сидели в её офисе, а потом я увидела, что дождь закончился и решила пройтись. Было чуть душно, как бывает после летнего тёплого дождя.
Я очень хорошо помню тот момент, когда я свернула с Красноармейской на Измайловский. У меня на плейере выпала "Страна глухих" и под это лёгкое, рассыпающееся дождевой дробью фортепьяно, я и сделала первые шаги по Измайловскому.
Ты не видел его, и как же мне рассказать тебе об этих прямых линиях, рождающих простор. О том, что названия улиц, вывески, объявления, даже таблички присутствий всё - на русском. А когда ты, привыкший сражаться за слова на своём языке, отстаивать их день за днём, строить из слов родного языка свою крепость, вдруг видишь и осознаёшь это и никак не можешь объяснить окружающим, среди какой роскоши они живут, мимо какого богатства проходят с безразличием, каким сокровищем пренебрегают.
Громада Троицкого собора, проплывала по левую руку, белое на синем, сахарные облака, по тёмной бирюзе неба, с указательным пальцем-колонной из пушечек и всё это под "Страну глухих", которую я упорно возвращала и возвращала на проигрыватель.
А в нескольких кварталах от меня и бесконечной радостной мелодии, ждала она. Ждала только меня. И как бы далеко я не уходила, я знала, что в конце концов приду к ней.
Наверное, это и было счастье.
Знаешь, я переменила с тех пор несколько плейеров, и в каждом, в плейлисте обязательно была "Страна глухих". Стоит мне заслышать вступление, как вновь - бирюзовые купола, лето, лёгкий шаг.
И почти не саднит.