На свете мудрый старец жил,
Омар Хайям он звался,
С напитком тем, что сердцу мил,
С вином не расставался,
Его он пил среди снегов,
Среди равнин и скал,
Он факт рожденья своего
До смерти отмечал.

Прощальный муэдзина крик,
Младенца первый крик
Переложил он на стихи,
Догадливый старик,
Слова легки, как кислород,
Как сахар сладки, но
Сухая ложка рот дерет,
Залей стихи вином.

Пить, говорил он, можно всем,
Необходимо только
Запомнить крепко, где и с кем,
За что, когда и сколько,
Но этой мудрой простоты
Не признавал он сам,
Кувшин не терпит пустоты
Считал Омар Хайям.

Твердили близкие одно -
Огонь ты свой умерь,
Есть у кувшина жизни дно,
Оно зовется смерть,
А он в ответ - откуда нам
Узнать, что суждено,
В кувшине не увидеть дна,
Покуда есть вино.

И пусть косятся на меня,
Что я вина поклонник,
Жив до сих пор Омар Хайям,
А трезвых кто упомнит,
И вот, друзья, я вышел к вам
В душевном неглиже -
Еще я не Омар Хайям,
Но пьяница - уже.