Есть глупость, а есть плоскостопие мысли. Жаль, что за нее не дают отсрочки от армии: хотя бы какой-то толк был.

После того, как в Израиле устроили аутодафе Новому завету, реакция на это событие, как и предполагалось, была тишайшей.
Зато сегодня Эхо Москвы оскоромилось утечкой информации о Саше Копцеве. Жертву нападения на синагогу "птенцы венедиктова гнезда" приговорили к самоубийству. Чуть позже прошла информация, что Саша жив, с ним разговаривал его отец.
Но ни слова о национальном символе Израиля

Есть такие радости, что ими не поделишься.
Кто может разделить с тобой восхищение от фильма, сюжет которого непроявлен, и нет ни завязки, ни кульминации, ни финала, нет ни слова по-английски, а две юных героини, отбивая друг у дружки стареющего плейбоя, подкалывают одна другую фразами типа: Я так и знала, что ты не отличишь трансцедентное от трансцедентального!
И все это к месту, и реалистичнее любого реализма...
Два, от силы три человека могут разделить мою радость. Тем дороже она для меня.

Константин Крылов выходит на новый качественный уровень. Теперь его читать не только приятно для глаза, но и целебно для обезвоженного в пустыне смысла мозга.

Тут он предлгает немного пофантазировать. Присоединяйтесь: нескучная загадка для всех, кто любит Родину.

п.с. почитав коментарии у Крылова, слегка протрезвел. Каждый пятый желает вычеркнуть из истории Христа, или на крайний случай отменить Крещение Руси. Бедные, бедные люди. Баламут может спать спокойно.

Чем отличаются вранье и ложь?
Чаще всего "Я тебя люблю" произносится в ситуации, когда это вранье.
Но если при этом из кармана торчат чужие трусы, то такое вранье уже становится ложью.

Тест, найденный в Сарагоссе. Тьфу, у Крылова.

На вопросы можно ответить здесь и опубликовать их также и у себя.
29 книг

+ еще один тест

американцы как дети.
только ребенок (или американец) может говорить без задних мыслей.

Господь послал Адольфа Гитлера, чтобы помочь евреям вернуться на Святую Землю

Весь день вчера я молчал. Дул щеки, терпел, надеялся на авось. Даже на футбол не пошел. И смотреть его не стал по телефункену.
Потому что пребывал в состоянии сильнейшего нервного возбуждения, которое милые дамы называют ругательно аффект.
Я вчера увидел прославленных английских фанатов. Штук тридцать - в течение дня. Сказать, что я пережил культурный шок - это не сказать ни полслова.
занудно и скучно

Доверившись слепой арифметической машине статистики, выяснил, с чем меня можно сравнить. Вышла какая-то ерунда.
скучно жить на этом свете, господа!

Год прошел со дня воссоединения Русской Церкви.
Митрополита Лавра уже нет, Путина сменил Медведев, из действующих лиц остался один Патриарх.
А еще через лет десять мы будет вопринимать это событие как часть прошлого, фрагмент большой истории. Жаль только, что к этому времени Русская Церковь не соединится (увы, но это пока факт) со старообрядцами, и видимо, потеряет украинскую составляющую. Уже сегодня нет всепокрывающей радости, которая переполняла меня год назад.
Одна только тихая спокойная печаль. Жаль, что ушел владыка Лавр. Как было жаль терять владыку Андриана - уникального во всех отношениях человка. Видимо, нам еще предстоит ждать и ждать, когда история, прекратив баловаться марионетками, преподнесет нам по-настоящему выдающуюся фигуру. Или не нам? Нас надолго не хватит. Так, день простоять и ночь продержаться...
С первым юбилеем!

Перешагнув во вторую половину жизни, купил себе пять томов Флобера. Занятно, их выпустили ко столетию скандала вокруг выхода в свет "Мадам Бовари". Книга, вызывавшая в юности острую зевоту и отвращение (как вся французская послевольтровщина), сейчас, проглоченная в метро и между съемками, разорвала меня поперек. С одной стороны осталась зависть - еще не было ни Набокова, ни Чехова, ни даже Тостого, а уже все сказано и сказано сполна; с другой - недоумение. Каким кротом надо быть, чтобы не увидеть в Бовари ничего кроме скандальности и воспевания адюльтера?!
о нелюбимом с детства писателе

Преуспевающий инвалид - вот идеал и символ Запада.

Слова подобны камням.
Словом можно убить, а можно извлечь из него живительную влагу.
Есть слова, которые прячут за пазухой, и те, что превращают в камень твое сердце.
Есть слова, которые высекают из души огонь, и другие, что звенят разменной монетой.
Есть множество слов, но только одно из них может стать камнем в основании твоего будущего.
Все остальные - зыбкий песок нашей нелепой судьбы, галька под ногами беспечных чаек потерянного времени.

Если все течет, значит нет глубины.

Где бы я ни был, в какой район и подворотню меня не заносило, повсюду я видел гениальнейшую рекламу увеселительных мероприятий.
Познакомиться с автором и исполнителем этого креатива я жажду даже сильнее, чем с тем, кто столбит страну пятибуквенным штаммом "ЗАЧЕМ".
Тамада фореве! Баянист ист фантастиш.

Не так давно мы гуляли в лесу. Все было замечательно, пока не углубились в медвежьи углы и не набрели на компанию старушек. Они шумно ругались. Вели себя неспортивно. Хотя при этом играли в карты. Младшей, по самому скромному предположению было хорошо за 60.
Снимать их в упор я как-то постеснялся. А зря.
Потому что через пять минут нашу тихую семейку догнала другая старушья компания.
Новые бабушки бурно обсуждали кухонные темы. Они обошли нас со следующей фразой:
- Что ты мне рассказываешь про утятину! Из птиц на первом месте стоит индейка. На втором куры, потом кролик, и только после кролика утка.
Дальше идти было некуда. Солнце закатилось в траву, поджав колени от хохота.

Давно я так не радовался.
Будет время (однако, верится с трудом), расскажу подробнее.
Сейчас же фотки "но комментс".
Этакий ребус: где можно собрать в одном месте столь разношерстный бомонд?



эт сетера

Предполагаю, что Ходорковский выйдет из тюрьмы 19-го, или в крайнем случае 20-го декабря 2013 года.

Столько радости принес этот день. Столько печали!
Сегодня я вспоминал своих друзей, прошедших эту страшную войну. Слава Богу, многие из них еще живы. Грустно, что моя бабушка, для которой война началась семьдесят лет назад - на Финском фронте - сегодня не вышла из больницы, но мы созвонились, я был рад услышать за тысячу километров ее ясный и добрый голос.
Поразила меня и матушка Адриана - ей 87, закончила войну капитаном разведки, мы познакомились в 2005-м, года два назад она тяжело болела, а сегодня сказала: я утром отстояла литургию, хотела потом идти на парад, но устала. Всем бы такой усталости в этом возрасте и с таким опытом жизни!
И еще и еще я звонил друзьям-ветеранам - слава Богу, мои все живы, этот год не украл у меня их.
А печаль, печаль вот отчего. нескончаемый горький пафос

Интересно, кем вырастет этот мальчик?

На старости лет узнал, в чем состоит высокое призвание КРЁСНЫХ.
И чем они от крестных отличаются.

спешу поделиться

Леонид Кравчук назначен главой оргкомитета по празднованию 1020-летия Крещения Руси на Украине

Как известно, именно Кравчук был инициатором создания "филаретовского патриархата".
Он сказал тогда замечательные слова (перевожу с украинского по памяти - уж больно врезалось): "Никакие догматы не могут быть важнее стремления людей иметь собственную Церковь".

Хорошо-то как! Как замечательно! Хочется подойти к милиционеру и спросить, почему, дружок, ты не радуешься вместе со мною, со всем нашим свободным обществом, не ликуешь о начале новой счастливой эпохи? Пусть расскажет.
Предлагаю в честь сегодняшнего дня учредить новый государственный праздник: СРЕДА. И впредь почитать каждую среду наравне с Новым годом и Первомаем. А главную СРЕДУ отмечать особо.
еще

Ценность имеют лишь книги, которые не продаются.

Светлой недели как-то много вышло в этот раз. Вполне достаточно для счастья.
Всем друзьям, кого не поздравил, не обнял, не расцеловал, дарю чужой фильм.
Короткий и простой.
Христос Воскресе, родные мои!

Маленький фильм

Нет ничего хуже спешки. Она губит дело, и отравляет счастливые минуты своей неуместной суетой. Спешить умеют все, а вот отказаться от нелепого пыхтения и бестолковой мельтешни, когда человек заслоняет себе все горизонты бытия какой-то ерундой - такому отказу от пустого ради полновесного надо учиться. И Церковь дает нам такой урок сегодня.
Закончилась страстная неделя. Великая Суббота утончилась до полупрозрачности. И то, что было ясно еще с утра, о чем тихо пело сердце, перестало быть тайным.
Христос жив

Конечно, я опоздал. День схлопнулся, как пустой тетрапак под колесами обстоятельств. И когда я приехал в храм, уже все закончилось.
Бог умер.
Такой громкой тишины я не слышал уже очень давно. И с каждой минутой она становилась все ближе, ближе, ближе

Хотел бы я увидеть то небо над Гефсиманским садом.

Сегодня водораздел Страстной. Триумфальная встреча на улицах Иерусалима была всего четыре дня назад, а завтра триумфатор пройдет по тем же дорогам священного города отверженным, презираемым и проклинаемым.
Но сейчас будущее еще подобно чистому листу: все возможно

Рассказываю знакомому священнику, как мне мешали намедни снимать в храме (Елоховский собор, не хухры-мухры) - подошла добрая женщина и заявила: Разве вы не знаете, что верущих снимать нельзя!?
Он улыбнулся, рассказывает свою историю. К нему в одном из храмов тоже подошла одна "мироносица" и говорит: У вас, батюшка, крест неправославный!
И что? - это я у него спрашиваю.
- Пришлось сказать - а у вас лицо неправославное...

Случайно и негаданно попал на вечернюю службу к о.Димитрию Смирнову, давно не был в его храме.
Дождался и проповеди, как всегда блестящей. Пересказывать Смирнова - занятие неблагодарное. Потому что невозможно пересказать многообразие единства, соткавшееся в цельное полотно смысла.
о красоте, туфте и колбаске

Быть незлопамятным очень легко.
Человек по натуре не только не запоминает зло, но даже не обращает внимание на то, что причинил его.

Вот и все. Пост закончился. Еще четыре дня - и смерть будет упразднена, воссияет солнце Воскресения. Эта неделя - самая странная из всех недель в году. Можно успеть наверстать упущенное за прошедшие сорок дней. Можно найти пять минут для того, чтобы помолчать, заглянуть в свое сердце, улыбнуться и жить дальше.
Странно. Разве можно улыбаться в эти дни: когда мы вспоминаем самые страшные и трагические события человеческой истории?
Можно.

Женился один человек на Кабаевой. А она ему и говорит: а ты читать умеешь? Умею. А писать? Умею. А умеешь собирать паззлы? ДА. А умеешь... ДАДАДА! Я всё умею. Включительно и исключительно.
И на следующий день уже не стал на ней жениться.

/не сон, но мог бы им стать/

Некая лавра, по масштабам сравнимая с Киево-Печерской, в которой за долгие века подвизались тысячи святых.
Промысел судил так, что все они умирали в один и тот же день.
К нему готовились заранее, хотя никто не знал, кого будут провожать в этот день, который давно стал праздничным.
В монастырь съезжались паломники, служили особенным чином эт сетера.
И предвестником беды и несчастий были те годы, когда в день Собора святых этой обители никто не умирал.

Действие книги, очевидно, начинается на третий год подобного горя.

Однажды Владимир Ильич умер. Не так чтобы весь, но навсегда.
Пришли к нему юннаты и пионеры, принесли колосья пшеницы: вставай, Ильич, жизнь идет!
Лежит, и не встает.
Пришли к нему рабочие и инженеры, принесли воробья и рыбу: вставай скорее, мечта не ждет!
Лежит, не встает.
Пришли к нему писатели и солдаты, принесли правду: поднимайся вверх, совесть болит!
Лежит, не встает.
Пришла к нему любовь, принесла зеркало и свечу: поставила и ушла.
Увидел себя Ильич и говорит: пусть лучше я умру, чем хотя бы одному человеку на всей земле будет плохо.

Вот поэтому с тех пор всем и хорошо.

Вечер не удался.
Я планировал попасть на "событие", сравнимое с Пушкинской речью Достоевского, или премьерой второй серии "Ивана Грозного" Эйзенштейна.
Сегодня в Большом зале Консерватории была премьера "Песнопений и молитв" Георгия Свиридова, посвященная памяти великого русского композитора (оба эпитета здесь не проходные, а *имеющие право*). Пропустить такое я не мог.
А жаль

Человек - это перекресток, где случайное встречается с неизбежным.
В прошлом веке у меня был друг Андрей. Одна знакомая говорила - я выйду только за него, потому что Андрюша хорошо будет смотреться на свадебных фотографиях. С одной стороны его дома был мединститут, где Андрюша учился на гинеколога. А окна его комнаты выходили на другую сторону, в пятнадцати метрах от них была спираль Бруно, отделяющая благополучную столичную жизнь от ада следственного изолятора.
О плодах бейби-бума 80-х, лимоновцах 90-х и вечно падающих старухах

Метро. Час пик. Поезд увяз в тоннеле. В тишине, сменившей грохот, вдруг зазвучал надреснутый мотив из прошлого: "Темная ночь... только пули свистят в тишине..."
Измотанные за день люди вздрогнули как одно испуганное животное. Поезд тоже дрогнул и тронулся.
Но теперь грохот вагона не мог заглушить тоскливый голос. На ближайшей станции многие вышли, и я смог разглядеть этого человека. Он не был пьян, и не развлекал компанию. Странный болезненный тип: не бомж, но пришибленный взгляд, не мальчик, но удивительная детскость поведения. Парень был похож на князя Мышкина, возвращающегося из Швейцарии.
Он пел

*копипаст* из смитрича:

"We wanted the best, you know the rest".
(Именно так была переведена синхронистом его фраза. Этот "подвиг переводчика" вошел в анналы профессии").

"Отродясь не бывало, и вот опять!"

"Лучше быть головой мухи, чем жопой слона".

"Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку".

"Надо же думать, что понимать".

"Вас там туда..."

"Вечно у нас в России стоит не то, что нужно".

"Вообще-то успехов немного. Но главное: есть правительство".

"Если я еврей, чего я буду стесняться? Я, правда, не еврей".

"Есть еще время сохранить лицо. Потом придется сохранять другие части тела".

"Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше".

"Правительство - это не тот орган, где, как многие думают, можно только языком".

"Надо всем лечь на это и получить то, что мы должны иметь".

"У кого руки чешутся - чешите в другом месте!"

"Кто говорит, что правительство сидит на мешке с деньгами? Мы мужики и знаем, на чем сидим".

"Мы выполнили все пункты: от А до Б".

"Мы до сих пор пытаемся доить тех, кто и так лежит".

"Мы помним, когда масло было вредно. Только сказали - масла не стало. Потом яйца нажали так, что их тоже не стало".

"Народ пожил - и будет!"

"Много говорить не буду, а то опять чего-нибудь скажу".

via smitrich

добавка великодушной дудочка-самогудочка:

*Чем мы провинились перед Богом, Аллахом и другими?
*Учителя и врачи хотят есть практически каждый день!
*Какую бы общественную организацию мы ни создавали - получается КПСС.
*Это глупость вообще, но мне знакомая песня.
*Мы так жить будем, что наши внуки нам завидовать будут.
*У нас какой-то, где-то мы чего-то там, сзади все чего-то побаиваемся.
*Хуже водки лучше нет
*Надо же думать, что понимать

В одном паспорте не было фотографии. Он печаловался и унывал.
Не представляю, говорил, как мне жить дальше. У меня же нет никаких прав! Надо что-то делать!
Прошло два года. Милиция глядела на него сквозь пальцы, в загсе тоже поставили штамп не глядя.
Паспорт разволновался: меня не ценят, ко мне относятся как к мебели, или того хуже - как к животному! Надо что-то делать!
Прошло еще десять лет. Владелец паспорта умер, и его сдали в архив.
Как это так, бился паспорт в истерике, разве можно сдавать в архив бракованный документ! Но никто не слушал его. А через десять лет, во исполнение должностного циркуляра, кипу бумаг вместе с ним бросили в огонь. Пепел разлетелся по округе, но даже развеявшись, он продолжал бурчать: надо же что-то делать, непременно, так оставлять нельзя!

Мораль: смерть ничего не меняет, если не изменила жизнь.

Один почтальон потерял память, и разносил письма кому какое попадется.
Тяжелые и официальные выбрасывал в мусорный бак, а легкие сортировал. В почтовые ящики девочек шли красивые открытки и рекламные объявления, а мальчикам почтальон подкладывал письма с марками и срочные телеграммы.
Ночью, когда почтальон возвращался домой, в его велосипед ударила молния. И память вернулась. Он бросился назад. Теперь он знал, что письма перепутались, и спешил доставить их по правильным адресам.
Он стучал в ночные окна, барабанил в запертые двери, но никто не открывал: люди боялись новых известий. К утру почтальон обошел всех - безрезультатно.
И тогда он вынул из мусорного бака залитые гнилой жижей повестки в суд, долговые квитанции и уведомления о положительном анализе ВИЧ.
- Я хотел принести радость, - сказал он. - Но люди уверены, что все перемены - к худшему. А тот, кто прячется от судьбы, получает в подарок боль.
И, щурясь от утреннего солнца, он стал раскладывать в почтовые ящики грязные конверты. А потом уехал из города, легко толкая педалями землю.

Мораль. Блондинкам так легко живется на свете, потому что они не умеют читать.

Ехал в маршрутке с мальчиком студенческого вида. Паренек читал учебник истории. Глава называлась "Великая Российская революция". Не про 1991 год, и даже не про 1993. Так современные фукидидики назвали октябрь 1917-го.
За что люблю историю: никогда не знаешь заранее, что случится в прошлом.

Сноб отличается от человека тем, что если из него вычесть снобство, ничего не останется.

Впервые посетил хоспис. Много неожиданного и непредвиденного.
Например, так и не ощутил, что смерть здесь стоит у каждой постели: бедные неизлечимые больные полны жизни и любопытства, и конечно, на всякого нового добровольного слушателя выливают щедрый ушат своих мыслей, переживаний, мнений.
Выслушал, ступай к следующему неизлечимому.
Когда случайных гостей нет, больным внимают не только барышни из медперсонала, но и священник - англичанин, осевший в России. Любопытный тип: антропологически и цивилизационно. И даже с точки зрения банальной психологии - небанальный типаж. Он почти сразу заявил мне, что давать интервью не станет, но мне интервью даст. Пока я не сошел с ума от такого признания в духе Ионеску, он пояснил, что имеет в виду, приведя вполне здравые аргументы. Рассказывал о своем общении с владыкой Антонием Сурожским, к которому ездил в Лондон - англичанин, что с него взять!
Когда включили камеру, стал сбиваться и перешел с правильного русского на чудовищный ранглиш, в котором знакомые слова перепрыгивали через падежи и склонения: так что вышло "по-евойнему", и дал интервью, и не дал - и все разом. Такая вышла небольшая русская сказка.
А когда мы уходили, оператор попенял мне, что здесь нельзя говорить "до свидания", а только "прощайте". Милый душевный человек, он прощается с этим местом раз в полгода, и снова приезжает сюда снимать. На самом деле, тут только одно слово звучит весомо - "здравствуйте".
Или, как говорят у нас в хосписе, будьте здоровы!

Умерла теща. Теперь снится.
Обед заказывали в церкви, молибден тоже, и пока результата нет...

Юнгер рассказывает про Ривароля.
Тот встретил в коридоре одного из французских академиков, у которого из кармана торчала свежая рукопись.
- Какая неосторожность! Вас может обокрасть какой-то вор... который вас не знает.

Зашел в Фаланстер, в надежде прикупить новых книг. А заодно поглядел на Глеба Павловского, который туда забрел за секнду передо мной. Такой милый медвежонок, и даже книги держит по-винни-пушьи, под мышкой.
Никогда бы не поверил, что главный идеолог Ельцина и Путина будет интересоваться Константином Победоносцевым. Но Глеб запал на Обер-прокурора Синода, и томик с чьей-то работой о Победоносцеве (которого по сей день многие честят реакционером и черносотенцем), скоро аукнется на ваших голубых экранах.
Вот будет здорово, когда на инагурации Медведер зачитает пару абзацев цитат из погромщика Победоносцева...
Подождем, услышим.

Готовлю программу о смерти, просматриваю разные материалы, в том числе и о поминовении усопших в дни Великого Поста.
Как известно, в будни четыредесятницы покойников не поминают, для этого есть три родительские субботы - 2я, 3я, 4я.
Читаю: если человек почил в пост, его поминают в две ближайшие субботы.
Поскольку мозги у меня плавятся уже не первый час, естественным образом воспринимаю эти поминальные субботы как одну до, а вторую после смерти.
Странность такого предположения доходит до меня очень не сразу, может даже и сейчас еще не в полной мере дошла.
Математика с логикой - как невестка со свекровью - не во всем находят точки соприкосновения.