«Сходили с мамой сегодня (19 февраля) на батину могилу на кладбище. Лишь только к двенадцати часам сегодняшнего дня смог я добраться до последнего батиного приюта, где его останки пребывают уже больше двух лет и пяти месяцев. Но даже и сейчас не могу сказать, что посмотрел на могилу отца, т. к. из под снега  глубокого торчала только верхняя часть памятника. Даже табличку на памятнике нужно было «выкапывать» из под снега. Постояли мы возле памятника и занесённой снегом могилы, мама помолилась, я немного всплакнул, сделал фото мамы у памятника (это фото уже есть  http://www.liveinternet.ru/users/807341/post10329600/   и пошли мы обратно.

 Мы были сегодня, а, может быть, и вообще за последние дни первыми посетителями на кладбище, и потому последние 200 – 300 м от дороги Песковка – Волоковые нам пришлось торить тропу по переметённой сугробами дороге, да и на кладбище порой идти  приходилось по колено и выше в снегу. На обратном пути наломали сосновых веток для коз. Сделал фото «Вид на дорогу Песковка – Волоковые с «Чёрной горы»:

 

Не помню, как раньше было, но сегодня я с удивлением увидел, что местами из под сугробов видна незамёрзшая поверхность речки Ждановки.

 

«Наш конец» [ посёлка Песковка – дорога на кладбище через него пролегает] порядком изменился не только со времён моего детства, но и с прошлого нашего приезда. В разных местах построили большие двухквартирные дома с прямо – таки гигантскими надворными постройками, а на месте других прежних домов выросли дачные домики. Дачами и огородами оказались заняты и все прежние пустыри между посёлком и лесом, бывший «конный двор», «наше поле». Многие прежде жилые дома тоже стали считаться дачными, где хозяева бывают только в летний сезон – об этом говорит отсутствие расчищенных тропок от домов к дороге. В общем, летом здесь, видимо, обстановка гораздо более жизненная»