8 февраля - продолжение

11 января похоронили т. Любу К**акову – мать Нади Бредневой. Надя приезжала на похороны, мама её из окна видела. «И на днях похоронили Сашу Кулигина, а Юрка у них сидит, квартира сейчас пустая осталась. Это я тебе пишу, т. к. они жили недалеко от нас и ты их знаешь…». Двое незнакомых мне жителей с ул. Пушкина умерли от угара. «На станции тоже 3 – ое умерли, но уже пожилые и ты их не знаешь»

20 января Витя заплатил за телефон и мама узнала, сколько денег за межгород нужно заплатить. «…сейчас они (связисты) только пишут общую сумму, а говорили (многие по межгороду)… Сейчас мне надо идти туда и писать заявление и там потом дадут расчётку и я сейчас сказала, что больше никого к телефону на переговоры, а только тех, кто по нашему району, зачем это мне нужно?». Интересуется мама у меня: «Ты меня в этом поддержишь? Да? Аня и вчера приходила и хотела заплатить, но у нас же ничего ещё не было…» Аня Ругина (моя сестра двоюродная) сообщила маме, что после возвращения сына Андрея (Палова) из больницы она к ним ни разу не ходила и он с женой к ней тоже. Не пошла она и на день рождения Андрея 18 января – «…не пойду к ним никогда. Что – то сильно рассердились, а этот малый (сын) Олег уже заканчивает училище и сейчас здесь на практике, но тоже жалуется, что боится за него. Ходит мол долго и приходит домой алкогольный, как бы мол его до армии дотянуть и отправить. Ему 18 лет.»

После нового года в поселковой « больнице у нас прошло сокращение, сократили мед. работников и койки тоже».

В Омутнинск Витя маму никак не может свозить в больницу – туда нужно к 8 часам утра ехать. Так что мама терпит боль. Рука  по - прежнему болит у мамы – «…ручку плохо даже держать, очень плохо и картошку чистить и лук и т. д., а в больницу так и не иду. Дома мазью натираю то одной, то другой, а сейчас и левая рука начинает болеть – видать суставы болят. Все уже болезни повисли на мне. Ох! Как тяжело их носить…»