ГОСПОЖА ЧЕСТНАЯ МАСЛЕНИЦА
Улыбкой ясною природа
Сквозь сон встречает утро года.
На календаре – конец зимы, и как ты, небо, ни хмурься, а весной пахнет…
С 19 по 25 февраля отмечается в этом году на Руси масленичная неделя – веселые проводы зимы, озаренные радостным ожиданием близкого тепла, весеннего обновления природы. Так что же таит в себе этот древний обычай, переживший и запрещающие указы царей, и грозные наставления патриархов, и деспотизм безбожной советской власти?
Ой да Масленица на двор въезжает,
Широкая на двор въезжает!
А мы, девушки, ее состречаем,
А мы, красные, ее состречаем!
Ой да Масленица, погостюй недельку,
Широкая, погостюй другую!
Масленица: «Я поста боюся!»
Широкая: «Я поста боюся!»
«Ой да Масленица, пост еще далече,
Широкая, пост еще далече!»
Масленицей назывался языческий многодневный праздник проводов зимы у древних славян. С принятием христианства этот праздник стал предварять Великий пост и зависеть от его сроков (Масленица справляется за семь недель до Пасхи). В церковном календаре масленичная неделя именовалась сырной или «мясопустной», когда нельзя уже есть мясо, но можно есть сыр, масло, яйца, молоко, сметану, рыбу, блины. Установив эту неделю православная церковь хотела облегчить верующим переход от мясоеда к посту и исподволь вызвать в их душах молитвенное настроение. Однако, попечительская забота церкви не нашла отклика в душе русского народа, и на деле Масленица стала синонимом безбрежного разгула, любимым хлебосольным и веселым праздником, в котором словно отражалась вся русская натура, порой не знающая меры и удержу.
Дорога наша гостья Масленица,
Авдотьюшка Изотьевна,
Дуня белая, Дуня румяная,
Коса длинная, триаршинная,
Лента алая, двуполтинная,
Платок беленький, новомодненький,
Брови черные, наведенные,
Шуба синяя, ластки красные,
Лапти частые, головастые,
Портянки белые, набеленные!
Любили на Руси Масленицу, величали - «госпожа Масленица», «боярыня-Масленица», «Душа моя Масленица», придумывали всей масленичной неделе ласковые прозвища – «перепёлочка», «ласточка-касаточка», даже каждый день недели имел свое название и свои традиции. Понедельник назывался «встреча», вторник – «заигрыши», среда – «лакомка», четверг – «разгуляй», пятница – «тещины вечерки», суббота – «золовкины посиделки», а воскресенье – «проводы».
Масленицу ждали с нетерпением, от того и встречали с неудержимой удалью. В некоторых губерниях устанавливали на телеге украшенное бубенцами, колокольчиками, цветными лоскутками чудо-дерево, возили его по деревне в продолжении всей недели, но чаще мастерили соломенную или тряпичную куклу-чучело, изображающую девушку, приделывали ей косу с разноцветными лентами, в руки давали помазок и блин. Называли такую куклу Масленицей. Иногда молодые парни потехи ради наряжались Масленицей, «уродливо красили лица себе», ездили повсюду на санях, выкрикивая шутки-прибаутки.
Ой, Масленица-кривошейка,
Состречаем тебя хорошенько!
Хорошенько!
Сыром, маслом, калачом
И печеным яйцом!
Празднование Масленицы почти всюду, в целях экономии, начиналось с четверга, хотя многие прекращали работать уже в понедельник. В преддверии всеобщего «обжорства» люди разъезжали по базарам и закупались различною снедью. Веселая, честная, потешная неделя требовала: «хоть с себя что заложить, а Масленицу проводить», и потому никто, даже самый прижимистый и бережливый, не тяготился расходами, так как всем приходилось принимать гостей, а нужно было и угостить прилично, и одеться по-праздничному, чтобы соседи не засмеяли, ведь широкая Масленица в полной откровенности выставляла напоказ все: и семейный достаток, и тягу человеческого сердца к красоте, и ожесточение души, превращающее праздник в пьяный мордобой.
Масленица объедуха,
Деньгам приберуха.
Без блинов не масленица,
Без пирогов не именины.
Еде во время Масленицы приписывалось особое значение. Когда-то Масленица совпадала с приходом нового года. Неумеренность в еде объяснялась поверьем, будто обилие пищи в первый день наступившего года обеспечивает достаток на весь будущий год. Не смотря на то, что календарь был изменен, мартовское чревоугодие не прекратилось. Ели как можно больше, без всякой меры, в огромном количестве употреблялись всевозможные веселящие напитки домашнего приготовления и водка.
Англичанин С. Коллинз, служивший в середине XVII века врачом у царя Алексея Михайловича, так описывал праздник: «На Масленице, перед Великим постом, русские предаются всякого рода увеселениям с необузданностью и на последней неделе перед постом пьют так много, как будто им суждено пить в последний раз на веку своем». Он же с ужасом рассказывал, как после праздника по Москве тянулись скорбные подводы с бездыханными телами жертв лихого разгула. Одни напивались до смерти, другие во хмелю падали в сугробы и замерзали, третьи гибли в кулачных боях.
Месяц ты месяц,
Золотые твои рожки,
Загляни в окошко,
Подуй на опару!
Главным угощением Масленицы был, конечно, пышный, румяный блин, круглая форма которого символизировала красно солнышко. Считалось, что поедание блинов способствует повышению плодоносящей силы природы, приумножению достатка.
«Блин - не клин, брюха не расколет», и вся Русь объедалась блинами ржаными и пшеничными, гречневыми и овсяными, дрожжевыми и пресными, сдобными и постными, большими и маленькими.
Богатые люди начинали печь блины с понедельника, бедные же - с четверга или пятницы. Тесто для блинов ставили бродить в ночь, и накануне вечером, когда появлялись на небе первые звезды, старшая в семье женщина потихоньку от прочих выходила к реке или озеру, а если не было поблизости водоема, то подходила к колодцу, и призывала месяц заглянуть в окошко и подуть на опару. Каждая женщина имела свой особенный рецепт приготовления блинов, держала его в секрете от соседей и старалась передать по наследству дочерям.
Масленица-пышка на улицу вышла,
На гору катиться, с ребятами драться!
Ребята-дураки, нажимали кулаки,
Нажимали кулаки все на Масленицы боки!
На Масленицу проходили разного рода увеселительные мероприятия, прозванные народом «игрищами»: катание с высоких ледяных гор, катания на санях, конские бега, кулачные бои, качели. Распространенной забавой была игра «Взятие снежного городка». На льду реки из снега возводилась крепость с затейливыми башнями и двумя воротами, посередине крепости прорубали полынью. Участники игрища делились на две команды: защитников и нападающих. Конные удальцы осаждали крепость, а защитники отбивались снежками, размахивали хворостинами и метлами, пугая лошадей. Победителя, ворвавшегося в ворота первым, ожидало суровое испытание: его заставляли окунуться в ледяную прорубь.
В четверг масленичный разгул развертывался во всю ширь. «На базарных площадях еще с утра собирались крестьяне, от мала до велика», поучаствовать в кулачных боях. Начиналось с традиционной «стенки», когда бойцы двух партий выстраивались друг против друга, а заканчивалось тем, что «все дрались, столпившись в одну кучу, не разбирая ни родных, ни друзей, ни знакомых. Издали эта куча барахтающихся людей очень походила на опьяненное чудовище, которое колышется, ревет, кричит и стонет от охватившей его страсти разрушения. До какой степени жарки бывали эти схватки, можно было судить по тому, что многие бойцы уходили с поля битвы почти нагишом: и сорочки, и порты на них были разодраны в клочья».
Возле мест народных гуляний развертывалась бойкая торговля горячим сбитнем, чаем из дымящихся самоваров, сладостями, орехами, пирогами и блинами. Тут же устанавливались балаганы, где выступали акробаты и жонглеры, показывали дрессированных животных и китайские тени, ставили лубочные комедии, спектакли-феерии и живые картины. Публику веселили скоморохи и, конечно, любимый народный герой – Петрушка.
Но самым любимым и красивым масленичным обрядом было катание на санях. Выезжал каждый, у кого был конь, и по улицам городов и деревень наперегонки неслись разномастные упряжки: богачи щеголяли холеными рысаками и расписными санками, крытыми коврами да медвежьими шкурами, крестьянские лошаденки вычищены были до блеска, украшены цветными ленточками и бумажными цветами.
Особый задор катанию на санях придавал давний народный обычай: поженившиеся зимой «молодые» ездили по улицам «казать себя», делали визиты родным и знакомым. Везде они оказывались в центре внимания, и это означало всеобщее одобрение и признание заключенного союза. Нередко и помолвленные женихи вывозили напоказ всему честному люду красавиц-невест. «Новоженов» и помолвленных узнавали сразу: и по счастливым лицам, и по щегольским нарядам, а особенно по тому, что им положено было ездить обнявшись.
Не целуй меня на улице –
Целуй меня в сенях!
Не целуй меня в сенях –
Целуй на маслену в санях!
Русские считали Масленицу «сезоном любви», а заезжие иностранцы часто называли ее «неделей разврата», так много народных забав было связано с демонстрацией новобрачия на людях. Например, традиционный целовник, когда подгулявшие деревенские парни ехали целовать молодых замужних женщин, встречавших первую Масленицу хозяйками дома. Молодушка подносила каждому из гостей ковш пива, а тот, выпив, трижды целовал ее. Или другой обычай - «столбы», когда молодые, нарядившись в свои лучшие одежды, в которых они венчались, вставали рядами (столбами) по обеим сторонам улицы и всенародно показывали, как они любят друг друга. Зрители кричали: «Порох на губах!» - и предлагали целоваться: «Покажите, как вы любитесь». Иной подвыпивший гуляка отпускал такие шуточки, что женщины краснели, как маков цвет. «Столбы» продолжались час или два, а потом все ехали кататься.
Если супружеские пары окружали почтением и вниманием, то молодых людей, так и не вступивших в брак в прошедший мясоед, подвергали шуточному наказанию. В дома к холостым парням и незамужним девицам врывались незваные гости и привязывали им к ногам или рукам «колодку», от которой парни и девицы откупались водкой и деньгами.
Масленица загорела,
Всему миру надоела,
Обманула, провела,
Годика не дожила,
До поста довела.
Шла сторонкою к нам,
По закоулочкам, закоулочкам,
Несла блинов чугуны,
Надорвала животы!
Блинов напекла,
Сама все пожрала,
А нам редьки хвост
Дала на пост!
Весело гуляла,
Песни играла,
Протянула до поста, -
Гори, сатана!
Проводы Масленицы сопровождались различными обрядами. Соломенную куклу, Масленицу, торжественно сжигали, разбрасывая пепел по озимым посевам, чтобы придать силу будущему урожаю. Кукле приписывалось влияние на плодовитость скота и человеческую рождаемость. Масленицу рассматривали и как олицетворение зимы, а ее уничтожение означало уход зимы, устранение всего нежелательного человеку.
Последний день масленичной недели назывался «Прощеное воскресенье». Француз Ж. Маржерет, служивший в России в начале XVII века, писал: «На Масленицу русские посещают друг друга, целуются, прощаются, мирятся, если оскорбили друг друга в чем либо в продолжении года словом или делом, встретясь даже на улице, и хотя бы никогда прежде не видались, приветствуют друг друга взаимным поцелуем. «Прости меня пожалуй», - говорит один. «Бог простит!» - отвечает другой…» Обычай прощаться перед началом Великого поста означал общее покаяние и очищение от грехов. В этот день посещали могилы усопших родственников и прощались с ними, беседовали с батюшкой, женщины и девицы служили в церквях молебны.
Со временем большинство обычаев, традиционных для масленичной недели, было изжито. Уже в XIX веке гуляния проходили чинно, и без шуму, народ собирался только в специально означенных местах, кулачные бои и катания на санях были запрещены. До наших дней дошла лишь традиция печь блины, хотя в провинциальной глубинке еще живы воспоминания о шумных проводах зимы.
Будем надеяться, что постепенно Масленица вернется к нам как светлый и веселый обряд. Однако не надо забывать народную мудрость: «не все коту Масленица, придет и Великий пост». «Не жизнь, а Масленица» – это вечная мечта о богатом, привольном и беззаботном существовании.
