Летом 1968 года в Гатчине врачами было решено оставить Раису на дальнейшее лечение в больнице. Ее предупредили, что о выписке ни в ближайшее время, ни даже в обозримом будущем не может быть и речи. Но в этом году Петя должен был идти в первый класс. Поэтому все заботы по оформлению его в школу легли на плечи Сергея. Недалеко от дома открылась новая более современная школа, но поскольку Петин брат Сережа уже учился в старой, было решено подавать документы в последнюю, в надежде, что брат присмотрит за младшим. Но чаяния были напрасными: Сережа был равнодушен к проблемам брата и даже не замечал его. Но его друг еще с садика Виталик всегда здоровался с Петей в коридоре, дружески хлопал его по плечу и оказывал всяческое покровительство. Кроме того школа вскоре стала восьмилеткой, и пришлось все-равно переводится в новую. Но это будет значительно позже, а сейчас…
Первого сентября отец Пети прибежал с планерки, где с трудом отпросился на полдня, и на скорую руку собрал младшего сына. Старший в то время жил как обычно у бабушки и должен был приехать оттуда на автобусе прямо на урок. В такой суетливой обстановке Сергей с сыном опоздали не только на торжественную линейку, но и на начало занятий. Но к счастью они увидели учителя первого «А» класса на лестнице и она показала, где находится помещение для занятий. На втором этаже недалеко от лестницы они распахнули двери и Петя несмело вошел внутрь. Сергей сказал, чтобы сын подождал учителя, а сам помчался на работу. Петя с любопытством разглядывал светлый от солнечного дня класс. Дети уже сидели на своих местах и тоже находились в легком праздничном шоке. Вошла учитель и посадила Петю рядом с Любой за третью парту среднего ряда. Девочка, знакомая еще по садику, с любопытством скосила глаза на своего соседа, но тут же пришлось сосредоточится на уроке – первое занятие началось. Учитель, пожилая женщина, как и многие учителя первых классов того времени, рассказывала о расписании уроков, о звонках и переменах, о том, что учиться нам завещал дедушка Ленин… Но вдруг с задней парты встал мальчик и направился к выходу из класса. На вопрос учителя «куда он собрался», тот ответил, что очень устал и идет домой. Это был Леша – будущий близкий товарищ Пети. Мальчика пришлось долго уговаривать и объяснять азы школьной дисциплины. Таких вольных ребят было несколько – они выросли у бабушек и не были знакомы с порядками детских учреждений в отличие от выпускников детских садов. Когда об этом узнал Петя, он не мог даже поверить в то, что посещение детского сада это не обязательная повинность, как его убеждали взрослые.
Во время следующего урока ученикам первого «А» показывали помещения школы и физкультурный зал. Во время ознакомительной прогулки по коридорам неожиданно из радиорепродуктора зазвучал Государственный Гимн. Учитель приказал всем остановится и дослушать его молча до конца, предупредив, что так нужно делать всегда. Тут же был остановлен и пробегающий мимо мальчишка из другого класса. Постепенно к школьникам приходило ощущение новизны их нынешнего положения: многочисленные обязанности вытисняли детскую вольницу, начиналось долгое прощание с детством…
На последнем уроке первого дня первоклашкам было дано задание заполнить строчку в тетради кроткими палочками. Ручки в то время были перьевые с чернильницами, но некоторые уже пользовались и более прогрессивными с резиновыми пипетками. А поршневыми ручками писали только взрослые – они были большие и неудобные. В отличие от простых перьевых, пипеточные и поршневые удерживали чернила внутри, но в ряде случаев ломались в портфеле, устраивая целое стихийное бедствие внутри него. Одна из палочек смазалась и Пете очень уж не хотелось быть неаккуратным в свое первое занятие. Он попытался соскрести ногтем чернила, но получилось еще хуже – они размазались. Тогда он протер еще дальше, пока на этом месте на листке не появилась дыра. Это было сразу же замечено учителем и она отобрала у Пети тетрадь. Она развернула ее и показала всему классу, показывая, как не нужно делать, напоминая, что ошибки нужно просто зачеркивать. Но это же не была ошибка, а помарка – думал про себя Петя, а слезы уже текли по его щекам. Первая в жизни его отметка, полученная на первом же его занятии была тройка. И как проклятие она загнала его надолго в ряды неисправимых троечников…