Не прошел кинопробу и был заменен на рисованный

Вчера наткнулся на интервью ЮКОСовских менеджеров Невзлина и компании. Они покинули страну, почувствовав, что больше им тут ничего не обломится, и устроились на Земле обетованной. Вопросы были рассчитаны для читателей Израиля, поэтому было интересно почитать, какие помои будут выливаться на этот раз. Но ребята были на удивление сдержанными, а вот задаваемые вопросы озадачили. Основная их тема: антисемитизм в современной России. Некоторым из этой компании было неудобно открыто врать, поэтому рассказывали о проблемах, косвенно связанных с этим делом. Но бравший интервью настаивал, тогда им пришлось вспомнить факты из детства, юности и т д. Понятно, что проблемы бизнеса в России мало кого заинтересуют в Израиле, но близкие многим сцены ущемления прав евреев найдут отклик здесь у многих. Такова специфика местного читателя.
Не хочу вспоминать что-то из своей жизни, связанное с проявлениями антисемитизма на бытовом уровне. Не случалось этого в моем окружении, если не считать, что кто-то говорил про моего товарища или знакомого: «Кстати, он еврей». А про слово «антисемитизм» я слышу буквально с детства. И очень долго я вникал в его суть. Почему можно ругать выходцев с Кавказа, пугать детей цыганкой, рассказывать анекдоты про соседние нации, про Чукчу, а при слове «еврей» вздрагивать и косится, чтобы не подумали что ты шовинист. Антисемит, это как клеймо - пойди, отмойся. Но это уникальная возможность еврею оправдать свои неудачи. Не дали диплом с отличием – антисемитизм. Не прошел в ВУЗ – опять оно. На работу не приняли, нет продвижения по службе – всюду антисемиты. И не важно, что преподаватели в ВУЗе евреи, начальники на работе – тоже. Об этом можно и умолчать. Нужно себя оправдать - это важнее.
Конечно, у русских на бытовом уровне определенная нелюбовь к евреям есть еще после событий 1917 года. Нелюбовь, но никак не ненависть. И ни к конкретному человеку, а скорее к мифическому «кругом одни евреи». По этому признаку можно судить об уровне интеллигентности группы населения, потому что «судить человека надобно по делам его». Христианство, а особенно православие, настаивающее на греховности богатства и блаженности бедности, тоже льет свою воду на мельницу бытового антисемитизма простого народа. Недавно показывали фильм про рублевских олигархов. Может быть, авторы специально подбирали действующих персонажей? Сомневаюсь. Олигарх – значит еврей, в большинстве случаев, как бы мы не пытаться этого не замечать. Пока такого устойчивого озлобления бедного населения против них не наблюдается, благодаря государственной политике политкорректности. Не хотелось бы, чтобы такое явное расслоение аукнулось на рядовых людей такой же национальности. Слишком хрупка эта устойчивость. И затертые до дыр любимые всеми евреями лозунги об антисемитизме очень даже помогают ее раскачать.
И желательно время от времени приносить в жертву разоренного олигарха для их же дальнейшего долголетия.

Раиса хотела второго ребенка. Старшему Сереже тогда исполнилось уже три года, как казалось, достаточный возраст, когда не нужно столько внимания и ухода, что можно запросто отдавать его в ясли и садик. Однако, не стоит забывать, что Раиса и Сергей жили тогда еще у его родителей, а Вера Андреевна имела другое мнение по поводу количества внуков в данный момент. Естественно, молодые не посоветовались на этот счет, чем резко ухудшили обстановку в доме, появилось серьезное напряжение. Сергей отстранился от этой проблемы и удар пришлось принимать беременной Рае на себя. Вместе с испорченными отношениями произошел раздел между семьями: молодым был выделен независимый угол со своим имуществом, готовили теперь отдельно. Чем заметнее был живот, тем сильнее ухудшалась обстановка…
Стоит сказать, что в этот год Петр Михайлович купил автомобиль – красный «москвич». Дед плохо водил машину, а Сергей, получивший права еще в академии, легко справлялся с техникой, к которой чувствовал призвание. Привезли они машину своим ходом и поставили во дворе, позже был построен деревянный гараж. Красный цвет по тем временам казался очень красивым, и за проезжающей по пыльным улицам машиной неслись с завистливыми гиками мальчишки и лающие собаки.
Еще одно событие тех лет – установка телефона. Судьба его оказалась совсем незавидной: он начал трезвонить круглые сутки, сразу же, как только был подключен к линии. Звонили по всяким пустякам. Вера Андреевна на следующий же день просто оторвала у него провода, и как и раньше, если что-то случалось серьезное в больнице, за ними ночью или в выходной приезжала машина.
В январе Раю увезли в родильное отделение. Понимая нежелание иметь второго внука, она решила хоть как-то смягчить несуществующую вину перед родителями мужа и назвать ребенка в честь них: если девочку – Верой, мальчика – Петей. Но эта уловка успеха не поимела… Домой нас довезла больничная машина. С замиранием сердца Рая несла второго сына в деревянную избу. В окошко с любопытством выглядывал маленький Сережа. «Вона, тащит…» - она услышала голос Веры Андреевны и все внутри оборвалось…
Летом этого же года Раиса решила съездить в Пензу к родителям похвастаться вторым сынишкой, да и немножко побыть среди своих. Там все были в полном восторге от упитанного крепыша: когда она кормила Петю грудью, он бросался на нее с такой жадностью, что всем казалось - ребенка не кормили вечность. Другое представление начиналось, когда приходило время сменить пеленки: малыш начинал так быстро сучить ногами, что на такие старания было тяжело долго смотреть. «Заверни его скорее!» - говорил Василий Петрович, не выдерживая и пяти минут мельтешения в воздухе…
В Лодейном Раису ждала неприятность: дом был закончен, но Сергею обещанную квартиру не дали. Это был страшный удар – Рая только и жила надеждой, что вот скоро съедет от родителей мужа в собственное жилье. Надо было что-то предпринимать. Идти в горком жаловаться Сергей не захотел и тогда это сделала Раиса, взяв с собой грудного Петю. Она не устроила скандал, а вежливо обстоятельно все рассказала, лишь один раз с виноватой улыбкой упомянула, что живет в данный момент со свекровью и совместная жизнь не очень-то ладится. Неожиданно она услышала ответ первого секретаря: «Вашу свекровь мы знаем не по рассказам. Идите – я постараюсь для вас что-нибудь сделать». И он «что-нибудь» сделал, да так, что ключи от квартиры Сергею выдали не следующий же день.
Это был двухэтажный кирпичный дом, окруженный такими же двухэтажками. Во дворе был сооружен настоящий фонтан, который работал до середины шестидесятых, после чего был превращен в клумбу. Квартира находилась на втором этаже и состояла из двух комнат, совмещенного санузла и маленькой кухни. Из проходного зала можно было попасть на балкон, выходящий на южную сторону. В спальне было два окна - в восточное был виден через улицу выход из кинотеатра. По выходящим из него зрителям мы определяли текущее время, а по количеству народа – популярность фильма. На нашей лестничной площадке жили еще три семьи: справа от нас – совершенно не запомнившиеся мне люди с двумя девочками-сестрами; слева – семья директора ДОКа носившего фамилию Панибратюк с дочкой Наташей; слева еще дальше – Девятириковы с сынишкой Сашей. Все ребята были почти одного возраста и ровесники моему брату Сереже. Постепенно знакомясь друг с другом дети собирались на площадке по вечерам и устраивали игры, наиболее популярной из которых были «жмурки». Телевизор тогда был еще роскошью и имела его не каждая семья.

Выполняя заветы древних римлян "хлеба и зрелищ", посетил вчера концерт "Jethro Tull". Как-то мне везет на сдержанных соседей, не с кем рядом порадоваться от души. По сцене носился уже не молодой Андерсон со своей безумной флейтой в своем пиратском облачении, но выдающийся животик выдавал его скорее за гоблина. Он мог бы уже и сесть на стульчик и спокойно нам играть: не молодой и мы не молодые, это им нужны скачки по сцене. Мы то тебя знаем, все свои...
А еще порадовало, что в Питере так много настоящих поклонников Талл.
Вот из таких маленьких удовольствий и состоит наша жизнь. "Дедушка, а правда, что ты видел Джетро Талл?" "Да-а, было дело..."

Какое-то "победоносное шествие" заокеанских интриг... А мы сдаем всех наших бывших "друзей" без боя. Даже вида не показываем, что сожалеем. Что это: сговор, слепота или бессилие? Или это какой-то хитрый трюк? Не пора ли сознаться себе и, главное, своим гражданам, где находится главный враг, а не пенять на спрятавшихся террористов и выдавливать вежливые улыбки. Научится говорить правду. Наша страна всегда будет главной опасностью для Запада. Это уже у них генетика такая. Никакой сильной России, никакого многополярного мира, никаких союзов без патронажа старшего брата. Можно сделать вид, что ничего не происходит или даже наоборот - все идет к лучшему. Но есть противоречие, опухоль растет, она лопнет. Нам всем не поздоровится...

В мире все разумно и уравновешено: если есть кролик, то всегда где-то рядом охотится лис…
Человек изобрел машину, чтобы передвигаться быстро и комфортно. Другие посчитали, что за такую роскошь владелец машины обязан постоянно расплачиваться. Нет, это не владелец автозаправки: он продает конкретный товар. И не автомеханик: он поддерживает на ходу ваш транспорт. Я о тех, о ком сложены анекдоты, о ком вспоминают не добрым словом на перерывах в работе, кого ищут глазами водители на перекрестке, лишь затем смотрят на светофор и присутствующий рядом транспорт. Он ничего не продает, никаких услуг не оказывает, но он может взять с вас столько денег, сколько пожелает. И остановить его может только личная скромность.
Когда то он назывался «гаишник», но чтобы воспрепятствовать постоянному склонению его имени он переименовался в трудно произносимое «гибэдэдэ…». Но в народе так и остался гаишником. Его профессия романтична – он охотник. Вот он находит удачное место, хорошо прикормленное, и расставляет силки. Зверь сам летит ему в сети. Но если он ошибся с местом, хитрый зверюга предупреждает глазом встречного сородича об опасности, оставляя охотника ни с чем. Тогда расстроенный он ищет «хитрые места», где без нарушений проехать нельзя, и настигает свою жертву. Вот пробка на подходах к перекрестку – время действовать! Нет, не разрулить застрявшие машины, а поймать тех, кто будет выскакивать на встречную полосу, нетерпеливых водителей, пытающихся таким образом объехать затор.
Перекресток, где водителям часто нужно сворачивать налево, а стрелки нет и встречное движение очень оживленное, просто золотое дно. Выехать на него могут от силы пара машин, чтобы по правилам закончить маневр. А если сзади страждущих поворота штук тридцать? Вот чуть подальше от перекрестка и устраивается наш охотник: сверни на красный и ты у него в лапах. И как назло с пересекаемой улицы ни одной машины, тебе запрещающий, а весь транспорт стоит. А кто-то сзади фарами мигает: «Чего ждешь? Ну, нет движения – поехали!» Проявишь малодушие, а он из кустов выпрыгивает. И столько счастья и торжества во взгляде…
Способов у него много. Цель одна – поймать. Наша цель – проскочить. Поэтому мы в разных командах. Кто-нибудь знает такой случай, когда за нарушение просто устно предупредили бы? А я помню… Только это было давно в моем детстве, когда остановили отца. Тогда не было с ними денежных отношений и нарушения отмечались проколами в правах. Деньги развратили их, прочно развели нас по разные стороны линии фронта...

Свадьбу они решили справить сразу же после учебы. Направление из академии они получили в Лодейнопольский леспромхоз. Рая стала мастером в бригаде лесозаготовителей, а Сергей почему-то начал работать на тракторе-трелевщике. Жили они первое время в вагоне, потом им выделили угол в бараке. Квартира из себя представляла одну большую комнату и кухню с печкой. Зимой к вечеру она вымерзала на столько, что ватную фуфайку можно было снять спустя лишь какое-то время после растопки печи. После работы Сергей приходил уставший и обычно сразу после ужина ложился отдыхать. Моя мама вспоминала, что уже на восьмом месяце беременности мыла полы и попросила отца помочь, но тот даже не смог отреагировать и уже храпел «без задних ног». Рая очень любила Сергея, воспитанная на красивых фильмах о любви, она была очень романтична и считала обязанной посвятить свою жизнь этому мужчине. Поэтому их первенца предложила назвать в честь мужа - Сережей.
После родов она какое-то время жила у родителей Сергея, где ее обучили медицинским тонкостям ухода за ребенком. Вера Андреевна заставляла стерилизовать чуть ли не каждую вещь, которая могла коснуться ребенка. Повсюду стояли баночки с чайными ложками, градусниками и другими необходимыми предметами, покрытыми марлей. Рая была дисциплинированной девушкой и беспрекословно выполняла все распоряжения мужнего родителя. Сережа рос крепким мальчуганом и вскоре Раиса вернулась в Леспромхоз.
Но постоянные трудности сельской жизни заставляли думать о лучшей жизни в городе. И неожиданно Сергею сделали выгодное предложение. В городе начинал строиться Деревообрабатывающий комбинат – огромное по тем временам предприятие, занимающее площадь, равную половине Лодейного Поля. На должность инженера, осуществляющего контроль за его строительством и был приглашен молодой инженер.
Лодейное Поле имеет петровскую историю, как и все в нашем регионе. До Петра в этом месте на реке Свирь собирались ладьи купцов, где происходил обмен товаром. Купцы из Новгорода и центра России торговали с купцами с севера, из Онеги и Архангельска. Тут же починяли свои ладьи, отчего Петр и решил основать на этом месте судоверфь. В этом городе были построены шлюпы «Восток» и «Мирный», отправившиеся под командованием Лазарева и Беллинсгаузена открывать шестой материк - Антарктиду. После прихода на русскую землю американской картошки, ее посадкой в этих местах занялся купчишка по фамилии Манин, увековечивший свое имя в части города, называемой манинскими полями. В 1941 году финны воспользовались невозможностью Советской России воевать на два фронта и заняли северный берег Свири. Переход через реку означал бы полную изоляцию Ленинграда, поэтому бои велись с огромной жестокостью. Мальчишками мы находили на берегу разного рода осколки снарядов, пустые гильзы, пули, ржавые каски. Некоторые патроны прекрасно сохранились в глинистом обрыве: из одного из них мой брат даже сделал пишущую ручку.
Дед мой, Петр Михайлович, воевал в этих местах. Финны тогда использовали диверсионные методы ведения войны, понимая, что перебраться на другой берег так просто не удастся. Они по одному переплывали Свирь и вырезали русских целыми казармами. Когда в один из таких рейдов они попытались вырезать лазарет капитана медицинской службы Мизерова, на крики внутрь ворвался сам Петр Михайлович и тут же был схвачен финном за горло. Лазутчик был огромного роста, что без труда поднял русского врача над землей, продолжая одновременно его душить. Тот, успев заметить на поясе финский нож, на ощупь быстрым движением выхватил ее и вонзил финну в живот. Так он спас раненых, да и себя, и получил свою любимую награду – медаль «За отвагу».
После успешного снятия блокады Ленинграда летом 1944 года было решено отбросить финнов в пределы старой границы. Чтобы подготовить форсирование Свири было необходимо ночью переправить группу разведчиков-комсомольцев. Их портреты висели долго на площади перед зданием городской администрации, когда я мальчишкой ходил мимо них в школу.
После войны город имел славу тихого места, города-сада с хорошим благоустройством. По Свири ходили туристические теплоходы с обязательной остановкой, и гостям показывали парки с фонтанами и памятниками. Отцы города не стремились к развитию какой-нибудь производственной базы чтобы индустриализовать свой район, и строительство деревообрабатывающего комбината было наиболее значимым событием после петровской судоверфи.
Кроме производственных сооружений началось строительство и жилых домов для персонала комбината. При устройстве на работу Сергею пообещали квартиру, но пока строился дом, молодой семье пришлось пожить у его родителей. Так начался городской этап жизни Сергея и Раисы, ознаменованный еще и появлением второго ребенка в их семье…

Если внимательно приглядеться, то можно заметить некоторое сходство между домашними любимцами и их хозяевами. Достаточно лишь внимательно посмотреть им обоим на мордашки. Мне кажется, это не только внешне.
Вот бабушка ведет псину на поводке, а та бросается на всех со злобой, готовая схватить вас за ногу. Она успокаивает ее и вроде как виновато улыбается. А быть может, собака выражает внутренние желания своей хозяйки и даже нутром чувствует поддержку?
А вот идет старичок и ведет перед собой такую же старую болонку. Идут медленно и спокойно, не оглядываются. Ничто им уже не интересно, они все видели и все понюхали...
А вот гуляет очень серьезный гражданин с черным пуделем. Тот носится по кустам как шальной - озорник... А Вы не делайте умный вид - мы Вас раскусили!
Интересно, что у нас общего с Афонькой? Он у меня такой замечательный! :)

Загадка на тему женской логики.
Одну Машу спросили: "Какова вероятность встретить динозавра на улице?" Она ответила: "Одно из двух. Либо встречу, либо нет".
И вот Маша увидела на улице динозавра и сообщила в нашу редакцию. Мы опять у нее спросили: "А какова теперь, после того, что случилось, вероятность встретить динозавра на улице?"
Какой ответ дала Маша, следуя ее логике?
(Многие, особенно особи женского пола, знают ответ, если абстрагируются от динозавтра)

После этого события Геркина звезда закатилась. Он стал почти незаметным, кто-то из его бывших товарищей стал держаться Семена, кто-то, чувствуя силу Лешки, попал в друзья к нему. Алексей тоже изменился: под влиянием своей славы он стал груб, с друзьями недальновиден, не отличая настоящую дружбу от поиска сиюминутной выгоды. Внезапная дружба с Семеном как возникла, так и постепенно свелась на нет. Напряжение появилось сразу, как только начался раздел класса на зоны влияния: каждый мальчишка в классе должен был решить для себя, чьи поручения и команды он будет выполнять. Парты Семена и Лешки находились в разных концах класса, и так получилось, что их друзья сидели по-соседству со своими вожаками. Единичные случаи перейти на другую сторону все-таки происходили, но пресекались обоими лидерами тот час же.
Такая расстановка сил закрепилась теперь уже на длительное время. Каждый из лидеров должен был время от времени доказывать свое право быть главным в своей команде тем или иным способом. Лешка подтянулся по учебе, но так и не смог выйти в отличники, каким был умница Семен. На спортивных соревнованиях им не было равных, и основное соперничество происходило между вожаками. Но если в беге впереди был Лешка, то в атлетических видах побеждал Семен. Постоянная борьба за первое место во всем, что можно придумать, со стороны казалась забавной и благородной. Но трения между ними усиливались и обстановка постепенно накалялась. Наиболее близкие друзья даже считали, что стычки не обойти. Тем более вдруг неожиданно открылось, что Семен где-то раздобыл книгу по какой-то восточной борьбе. Один раз он даже продемонстрировал прием на переменке у всех на глазах, наказав таким образом одного из бывших Геркиных друзей. Удар был на столько эффективным, что парня под руки оттащили в медкабинет. Все это происходило на глазах у Лешки и, конечно, предназначалось ему в назидание. После этого события Алексей бросился на поиски литературы по боевым видам спорта…
Но несмотря на сильные противоречия, иногда доходившие даже до демонстрации кулаков, конфликт не перешел в стычку. Если бы это случилось, то представить сложно, чем все это могло закончиться. Постепенно такое сосуществование стало привычным и долго бы еще продолжалось, если бы не вдруг появившееся обстоятельство…
Лешка заболел. Причем так серьезно, что врачам пришлось его сначала забрать в районную больницу, а потом перевести в областную. Какая-то тяжелая болезнь, доставшаяся ему по наследству. Так как лечение его затянулась на месяцы, в его отсутствие в классе стали происходить серьезные перемены. Практически вся его команда в одночасье перешла к Семену, обнаружив тем самым полное отсутствие искренности в дружбе с Лешкой. Остались только его старые друзья, гонявшие мяч вместе с первого класса.
Когда он вернулся в школу еще слабым и худым, его уже почти никто не встретил с радостью. От физкультуры в таком состоянии он был освобожден, по урокам – страшное отставание. В нынешней ситуации Семен выглядел единоличным лидером. Чувствуя свое полное превосходство, он устраивал военные игры, считал себя главным судьей и не церемонился ни с кем. Лешка был слаб и не мог во всем этом участвовать, пассивно наблюдая за этими событиями, постепенно теряя уже и близких друзей. И снова появились знакомые насмешки…
Со стороны ему теперь стала очевидна вся ненадежность лидерства, основанного на силе, на сиюминутной выгоде. Как только лидер лишится того или иного, те, кого именно это и притягивало, готовы втоптать бывшего вожака в грязь. А настоящих товарищей он потерял, считая этих, новых, близкими друзьями…
***
Подробности этой истории рассказал мне Лешка. А я слушал его внимательно и пытался понять, где он по-мальчишески привирает, а где говорит чистую правду. Спустя некоторое время он пытался пересказать отдельные моменты немного по-другому, но суть истории не менялась. Менялось его отношение к происшедшему, точка зрения. Лешка тогда шел на поправку. Надеюсь, теперь он будет умнее и осторожнее в выборе друзей. И решит для себя, так ли необходимо обязательно быть лидером. Или это вечная ловушка, которой сильная личность не может избежать…

На следующий день в школе произошли разительные перемены: девочки стали уважительно оглядываться на Лешку, перешептываясь в стороне, улыбки его врагов куда-то исчезли, Семен вдруг подошел к нему и протянул для пожатия руку, что никогда еще не случалось. Андрей улыбался, но изучающе смотрел на вчерашнего победителя. Соседи по парте, футбольные друзья, от души были рады его видеть и хлопали по плечу. Лишь Гера о чем-то тихо разговаривал с членами его банды, на переменах выскакивал куда-то и вместе со звонком вбегал в класс. Чувствовалось, что им затевается что-то грандиозное, он жаждал реванша. Футбол был временно заброшен еще с первой драки, и домой Лешка шел в сопровождении своих друзей, готовых к любым неожиданностям…
Жизнь мальчишек моего времени всегда сопровождалась драками. И быть лидером не пройдя через это, не утвердиться в глазах товарищей, было совершенно не реально. Драки были полусерьезные, в виде возни на полу, кто кого прижмет лопатками вниз; кулачными боями один на один в окружении подбадривающих друзей и просто ротозеев. Но то, что произошло в тот год, отложилось в памяти всех моих сверстников, и истории про события минувших дней до сих пор обрастают легендами у нынешних учеников нашей школы…
В тот день Гера почему-то не пришел в класс и его парта пустовала. Не оказалось на месте и его близких соратников. Весь день в воздухе стояло какое-то настороженное напряжение, предчувствовалось какое-то ужасное событие, что дало повод собраться всем близким Лешкиным товарищам после уроков и проводить его до дома. Но путь их не оказался таких легким, когда дорогу вдруг преградила группа бандитов из вражеского лагеря, вооруженных палками. У противника было численное превосходство и серьезная экипировка, что не давало Лешкиной компании особых шансов на победу. «Может… сделаем ноги?», - предложил кто-то из друзей шепотом. Предложение разумное в такой обстановке… Но сзади что-то зашевелилось: из-за угла вышла еще одна группа во главе с самим Геркой. Проход был полностью блокирован. Лешка незаметно притянул к себе Ваньку, того невысокого паренька, что забил первый гол в том злополучном матче: «Когда начнется заваруха, ныряй в сторону и беги. Мал ты еще для этого», - Лешка опередил его протест. «Ну, что, пацаны: вас по одному бить или всех сразу кучей?» - вперед вышел Гера, единственный у кого не было в руках палки. Его расчет в этой засаде был прост: покончить раз и навсегда со всеми своими врагами.
«Набираем камни», - вдруг скомандовал Лешка своим, показывая под ноги. Спортивная дисциплина сработала моментально: все разом бросились поднимать куски кирпича, и тут же их град полетел в сторону противника. Обескураженные таким непредусмотренным поворотом событий обе группы Геркиной банды спешно стали отходить, все время уклоняясь от падения камней. Но все же некоторые куски кирпича нашли своих жертв: послышали первые вскрики от боли. В этой суете Ванёк быстро проскочил осаждающих и скрылся за поворотом. Придя в себя, Герка скомандовал нападение, и его банда нехотя стала приближаться к Лешкиной группе. Сам их предводитель бросился к Алексею со знакомым уже всем ревом. Камни в ближнем бою не помогали и друзьям пришлось встретить удары палок, отбиваясь кулаками. Противника было столько, что все даже не смогли протиснуться к окруженным, и часть банды ожидала своей очереди. Но нападавшие вдруг встретили отчаянный отпор друзей: длительная командная игра в футболе сказалась на умении организовать оборону. Герка, получив несколько серьезных ударов от Лешки, ретировался назад и стал кричать, подгоняя вперед своих бойцов. Обе стороны имели потери в виде корчащихся от боли товарищей, но постепенно оборона друзей переросла в контратаку. Кто-то из банды, почувствовав силу соперника, решил по-тихому скрыться, бросив оружие. Некоторые из Геркиных друзей так и стояли поодаль, решая когда же вступить в бой, и стоит ли вообще игра свеч. Как вдруг думать оказалось поздно…
Лешка не сразу разглядел приближающуюся группу ребят, которая с боем прорывалась к нему на помощь. После их появления Геркина банда буквально начала таять на глазах. К своему удивлению Алексей разглядел во главе нежданных союзников Семена и его брата Андрея. Тут же шнырял низенький Ванек, подгоняя криком бегущего прочь противника и отвешивая пенделей споткнувшимся… Оказалось, что он сразу, как выскочил из блокады, направился в школу и привел с собой это подкрепление. За считанные минуты от банды ничего не осталось и их предводитель оказался вдруг один, окруженный и беспомощный. И никто его не пожалел…

Любимый объект для наблюдения

После поражения в том футбольном матче Гера перестал здороваться с Лешкой и все время ходил мрачный и замкнутый. Ребята предупреждали своего товарища, что Герка что-то против него затевает, что Алексей ему как кость поперек горла, только связывает руки расправиться с его товарищами, что он не остановится, пока не станет единственным лидером в классе. Но тот только отмахивался и убегал гонять мяч во дворе. Но случился тот вечер...
…Сильнейший пинок в живот - и Лешка согнулся пополам. От неожиданного удара перехватило дыхание, он как рыба открывал рот и пытался поймать воздух…
Вечером в проходе между сараями не часто увидишь прохожих: тут и подкараулила Геркина банда возвращающегося домой футболиста. Их вожак подошел к корчащемуся Алексею, схватил его за волосы и стал ловко бить коленом по лицу. Вмиг весь Лешкин рот заполнился горячей кровью, красные круги поплыли перед глазами…
Очнулся он уже когда было совсем темно, в ушах шумело, тело ныло – похоже его мутузили ногами. Кое-как он добрался до дома, умыл лицо и свалился замертво в кровать. Он не смог встать ни на следующий день, ни через день, когда к нему пришли друзья и наперебой стали рассказывать, про ужасы, чинимые Геркой в классе. Лешка слушал их, не в силах даже пошевелить головой, и молчал, мысленно ругая себя за излишнее доверие. Нужно было скорее приходить в себя и дать отпор, как бы это не было сложно. А сложности поджидали серьезные: в результате такого победного шествия Геркина банда количественно выросла на глазах. Почувствовав силу этого здорового парня, к нему переметнулось множество крепких ребят. Единственный, кто остался безучастным к происходящему, это Семен, который по-прежнему небескорыстно давал списывать Герке. Его не останавливал даже жалкий вид его двоюродного брата Андрея, постоянно битого бандой, но не подчинившегося их вожаку.
Через неделю поправившийся Алексей пришел наконец в школу. У входа в здание его уже встречали ехидными улыбками Геркины товарищи, отбирающий время от времени мелочь у мимо проходящих ребят. «Давай, давай, проходи. Еще одну порцию сейчас отвесят. Ха-ха…»
Еще хромая, он прошел в класс. Герка соскочил с подоконника, где примостившись, списывал домашнее задание с тетради Семена, и торжественной походкой подошел к Лешкиной парте: «Может еще в футбол погоняем?» Его наглая широкая улыбка обнажила прокуренные до желтизны зубы. «Чуть позже. Только не пытайся опять подставить голову под мяч», - Лешка еле сдерживал волнение. «А ты не подставляй свою голову под это», - огромный Геркин кулак угрожающе приблизился к носу Алексея и задержался в сантиметре от него. Но тут прозвучал звонок…
С каждым последующим днем становилось ясно, что еще одна драка неизбежна. Издевательства, подножки в коридоре, толкание в спину только раззадоривали Лешкин протест, и дело его чести было наказать главного обидчика. Дома он не терял зря времени: Гера был старше его и сильнее. Победить в этом бою можно было только техникой, прошлый футбольный матч являлся этому подтверждением. Поэтому он повесил за канат к крюку в потолке туго свернутый матрас и лупил его по вечерам, отрабатывая силу удара, учась отклоняться от воображаемых выпадов противника, защищать уязвимые места. Узнав про это Герка понял, что если он сейчас не отобьет Лешкино желание с ним драться, потом может оказаться это сделать гораздо труднее...
Уже стояла зима, но стоявшие друг против друга ребята скинули с себя пальто и шапки. Никого уговаривать выйти на бой не пришлось, хватило лишь слова «Пошли». Излюбленный Геркин прием – удар ногой в пах, а потом добить стонущего противника, на этот раз не сработал. Лешка легко увернулся и в ответ ударил его кулаком точно в нос. Брызнула первая кровь, и Герка с ревом бросился вперед, но был встречен еще одним ударом, рассекшим ему губу. Но прорвав Лешкину оборону быстрым наскоком, он схватил его и бросил на снег. Теперь они уже были похожи на волчат, визжащих от ярости и рвущих в клочья друг друга...
Наконец утомившиеся в долгой схватке они встали и разошлись, кровь и снег перемешались вокруг по натоптанному кругу. Противники вытирали лица. «Это не все, еще поговорим», - кричал Герка, хватая протянутое его товарищами пальто. Но что-то вдруг произошло. Его неоспоримая непобедимость вдруг оказалась разрушенной. Что-то надломилось в сознании всех присутствующих. Лешка дал серьезный отпор, неожиданный. Значит он победил. Но война на этом еще не окончилась…

Знаешь, а мы с тобой общаемся на разных языках. Вот это сейчас по-русски написано? Нет! Это мой русский. А твой русский совсем другой и мне не понятный. Да, буквы у нас похожи и слова одни, но значение у них разное. Вот, послушай…
Когда я еще начинал трехмерное моделирование, прочитал книгу про создание вымышленных существ. Основная мысль ее была: органы монстра должны напоминать существующие в природе и быть логичными. Нельзя с плавниками бегать по пустыне, а копытами парить в воздухе. Хотя, конечно, вариант какого-то кошмара, имеющего право на жизнь. Но отвлекся… Вот эта логичность и ужегдетовидел заставляет наше сознание поверить в возможность появления этого существа. Осмотрел его сверху до низу, сопоставил отдельные элементы с имеющимися в памяти – готово, верю. Сознание воспринимает, не отторгает. Напрашивается вывод: хочешь что-то доказать – подготовь сознание оппонента. Чтобы он сказал: «Где-то я это видел – верю!» А если оно еще не дозрело? Обречен на провал.
Пример из жизни. Горбачев, перестройка, «вся власть Советам»… Пишу в газету статью, единственную в своей жизни, просто попросили. «Советами невозможно управлять даже районом: такая демократия не эффективна, долой новгородское вече, советы на свалку, стране - президента, городу - мэра!» И что? Напечатали на удивление – гласность… А потом разнесли в пух. Не готово было еще сознание к этому, отдать такие завоевания демократии.
Или другое наблюдение. Производственное совещание. Повестка дня: что-то не так, надо все менять, все время красное и красное. «Что ты думаешь Сидоров?» «Надо чтобы синее!» «Нее, ты совсем, Сидоров… Садись… Иванов?» «Предлагаю розовое!» «Вот, это то, что и надо!» …Потом будет еще пурпурное, фиолетовое, а года через два и синее. Но если бы вошел тогда палпалыч и сказал: «Зеленое!» - все бы согласились. Потому, что он авторитет. А авторитетам верят безоговорочно, пока с ним другой авторитет не схлестнулся. Да и если бы это писал не я, а какой-нибудь брат Стругацкий, все по-другому бы воспринималось.
Кстати, а почему ты думаешь, что мое «синее» такое же, как твое? А может ты видишь его красным? И море твое красного цвета, и небо… Просто тебе назвали в детстве этот цвет синим.
Или боль. Откуда ты знаешь какие я испытываю ощущения, когда мне сверлят зуб? А может они подобны твоим, когда ты занимаешься сексом? Но я привык на это ощущение быть недовольным и всячески его избегать.
Чтобы нагляднее был пример с определениями, приведу более простой пример. Ряженку в Питере пробовал? А теперь сгоняй в Воркуту – попробуй. Как, похожа? Нет. А название одно. Кто-то говорит: «Люблю ряженку» А ты своей вкус ощущаешь.
Поэтому и вкусы у нас разные. Вот эта книга нашла что-то близкое в твоей душе и ты советуешь ее мне, а я ее не пойму. Вот эту картину ты можешь целый день рассматривать, а я пройду мимо.
Тебе говорили когда-нибудь, ты вот так сказал, а сам вспомнить не можешь, когда это было? Потому что этого и не было. Когда ты говорил о чем-то своем, тебя слышали совсем о другом.
Ну, теперь-то хоть понял, что язык разный? И цвета, и характеристики предметов у всех свои. Любые слова человек сверяет со СВОИМИ ощущениями. Поэтому когда ты меня сейчас читаешь, ты читаешь что-то свое, о чем когда-то думал уже. И прейдешь к выводам, к каким приходил уже не раз. Ты узник своего восприятия и никогда меня не поймешь. А я тебя. И будем мы с тобой спорить: «В огороде бузина!», «А в Киеве дядька!» Даже и не услышим друг друга. А когда устанем - надуемся друг на друга и разойдемся по углам, хотя и спорили о разных вещах…

Может быть это только у русских так, но вид мужчины, поглощающего за обе щеки ее стряпню, вызывал у женщины восторг. Щи, чтобы ложка стояла, жаркое из телятинки, пирожки с требухой... Двойной смысл слов "добрый" и "худой" только подтверждают эту мысль. Хорошо упитаный мужчина в незапамятные времена пользовался успехом у русских женщин.
Импортные кубики и пакетики облегчили труд на кухне, но убивают что-то родное в душе. Она уже не стоит у духовки, а бежит на танец живота. А живот любимого уже не интересен. "Прийдешь - макароны в пакете, котлета в морозильнике, мне некогда, убежала".
Ностальгия по традициям, стариковское ворчание. Корми меня и улыбайся, наблюдая как я ем - я такой худой. Хочу быть добрым.

Наш класс с самого начала не был единым. Я даже представить не могу себе такого, чтобы без лидера. Болото… А у нас их всегда было двое или даже трое. Понятно, что они и их группировки всегда если не враждовали, то хотя бы боролись за право быть первыми в классе. Иногда происходили и серьезные стычки, иногда все решалось мирным путем на занятиях по физкультуре. Но со временем другие в чем-то опережали предыдущих и происходила естественная смена лидера, а старый уходил в его тень…
Где-то с третьего класса у нас сформировались два лагеря, две группы со своими вожаками. Семен, крепкий парнишка, в любых соревнованиях был первым. Легко мог постоять за себя. Всегда опрятно одет: серый пиджачок, на шее вместо галстука – бабочка. На уроках первым поднимал руку и имел кучу хороших отметок - идеальный во всем ученик. Единственное, что могло в нем не понравится, это его хитрость, желание из всего извлечь выгоду. Но это не помешало объединиться с ним таким же чистоплюям, выискивающим пользу из его компании. Чтобы списать у него домашнее задание достаточно было поделиться завернутым мамой апельсином, а если принесешь из дома игрушку-робота, то можно было рассчитывать и на помощь в контрольной.
Лешка был полной его противоположностью. Учился импульсами: то возьмется за учебники, то все забросит и носится каждый день после уроков на футболе. Сидит на занятиях и смотрит в окно, вроде мечтает: спроси его тут же о чем была речь – пожмет плечами, далеко были его мысли. Но на контрольной вдруг проявлялись такие знания, которых и не мог он знать со своей невнимательностью. Если девочки вздыхали по Семену, то Лешки всегда опасались. Мог он запросто напугать их какой-нибудь неожиданной выходкой или ляпсус сказать. Но парень он был достаточно сильный и выносливый, и Семену на уроках физкультуры постоянно «наступал на пятки». Бескорыстных товарищей у него было мало. Но только принесет он что-то интересное из дома, как тот бинокль, сразу находится множество «друзей» с просьбой: «Мне первому!» И обычно терялась эта вещь, а он следующий раз опять что-то несет в класс. А то миногу притащит и давай девчонок пугать: «Смотрите - змея!». Охламон…
Как-то жили бы спокойно, не появись у нас второгодник Гера. Классный руководитель попросила ребят помочь отстающему и все откликнулись на это. Гера быстро все наверстал, подружился с Лешкой и нашел точки соприкосновения с Семеном. Но кого он не любил, то это девчонок: ни одну косу не пропустит. Лешка смотрел на это снисходительно, сам был любитель над ними подшутить. Но вскоре Гера проявил новые качества: на переменках в туалете он останавливал ребят младших классов и заставлял выворачивать их карманы. Вскоре он сконцентрировал вокруг себя таких же бандитов и их шайка развернулась по-крупному: они начали орудовать и возле школы, и во дворах. Лешка не мог этого не замечать, но Гера с утра всегда подходил к нему и здоровался за руку, называя его «другом». Семен тоже держался нейтралитета и спокойно взирал на такой прогресс поведения бывшего второгодника. Его все происходящее мало касалось, а вот Лешкиных ребят, с которыми он играл в команде, задевало напрямую. Все они уже не раз хотели пожаловаться Алексею на бесчинства Геркиной банды, но видя дружеские их отношения, лишь махали рукой.
Все началось после того, как вдруг Гера вызвался сыграть матч в футбол против Лешкиной команды. Герка набрал подобных себе игроков из своей компании, у Алексея играли в основном ребята из младших классов. Началась игра жестко: здоровые пацаны легко отталкивали младших от мяча, смеялись над ними, издевались и дразнили. Лешке пришлось стоять на воротах: Миша, вратарь команды, задерживался. Конечно, в таких условиях игра проходила только на половине поля команды Алексея. Гера требовал, чтобы мяч передавали ему и с силой бил по воротам. Малыши всячески старались ему помешать, получая удары ногой, а то и рукой по загривку. Лешка уже не скрывая раздражения стал кричать, чтобы прекратили издеваться, но в ответ слышал только дружный смех Геркиной банды. Два мяча все-таки оказались в сетке, несмотря на умелую и самоотверженную защиту. На перерыве после первого тайма ребята чуть не плача терли ушибленные места, когда наконец-то прибежал запыхавшийся Мишка. На воротах он был практически непробиваем, и можно было теперь Лешке попробовать сыграть в нападение.
Второй тайм начался, и довольные улыбки Геркиной команды вдруг исчезли, когда буквально сразу же мяч влетел в их ворота. А забил его даже и не Лешка, а Ванек - мальчишка ростом едва доходившим Герке до груди. После того, как предводитель команды отругал своего вратаря последними словами, игра продолжилась. Теперь банда озверела, но кроме злости требовалось умение: второй мяч влетает в сетку и счет сравнялся. Лешка пробил с такой силой, что мяч буквально с вратарем вошел в ворота. Геркин верзила-голкипер валялся на земле, крючась и держась за живот, и ныл от боли, когда их предводитель оттащил неудачника, пнув напоследок ногой, и встал на его место. Третий мяч не заставил себя долго ждать: пролетев от Лешкиной ноги мимо расставленных рук Герки, он ударил его в голову и дальше рикошетом от нее влетел в верхний угол ворот.

В нашем классе появился новый ученик. Когда в девять часов прозвучал звонок и мы как обычно встали у своих парт для приветствия, наш учитель Константин Семенович вошел, пропуская вперед себя этого худенького очкарика. «Это наш новый ученик и ваш школьный товарищ. Его зовут Артур.. Александр, перейди на другое место: у Артура плохое зрение – пусть он сядет у окна». Тот надулся, но молча начал собирать вещи. Мы посочувствовали Сашке - это было его законное место еще с первого класса. И молча поглядывали, как новичок уверенным шагом направился к окну. Собрав вещи с парты, Сашка специально толкнул Артура плечом и покинул свои бывшие владения, пересев на соседний ряд. Новенький спокойно поправил очки и сел за парту. «Садитесь», - Константин Семенович начал урок…
На переменке Сашка всем объявил, что будет драться за свое место до конца. Он договорился с Катей, что сядет на ее место как раз сзади новенького и будет отвешивать ему щелбаны и делать всякие прочие гадости. Многие были солидарны с Сашкой, тем более, что новенький был рыжим, а таких в школьной среде особо не жаловали. Но на уроке учитель застукал нашего Сашку за этим подлым занятием и написал ему в дневник замечание. После уроков три Сашкиных закадычных друга договорились отлупить обидчика возле школы... Утром Артур пришел в класс со ссадинами и синяком под глазом. Лица его обидчиков, известных в классе шалопаев, светились радостью. Улыбалась и Юля, соседка Артура по парте, тоже водившая с Сашкой давнишнюю дружбу.
Но место новенький прочно за собой закрепил, несмотря на постоянные издевательства. А неделю спустя мы вдруг обнаружили, что Юля от него пересела. Оказалось, что Артур постоянно ее щипал, толкал локтями, пинал ногами под партой. Как только она ушла, рыжий очкарик стал ставить свой портфель на освободившееся место, и нам показалось, что он обижал Юлю скорее не в отместку, а для дополнительного своего удобства.
Константин Семенович постоянно оказывал Артуру всякую поддержку. Девчонки где-то узнали, что наш учитель дружит с его отцом, живущим с ним по соседству. Чувствуя расположение со стороны учителя, Артур постепенно становился все развязанее и наглее. Он не учил уроки: у доски не мог связать двух слов, но всегда получал пятерки. Это не могло не раздражать весь класс, которому хорошие отметки давались не легко. Поэтому как-то утром на доске появилась надпись большими буквами: «Рыжий – козел!». Артур не сразу ее заметил, но когда посмотрел на доску, вдруг вскочил и крикнул: «Вы… все…вы… потому что не любите… нас…. Рыжих!», - и выскочил из класса громко хлопнув дверью. И все вдруг почувствовали себя виноватыми. Действительно, разве он в ответе за свой цвет волос? Кто-то из девчонок стер надпись…
Но маленькая война Сашкиных друзей не закончилась. Хотя один из заводил Вадик, по прозвищу Пончик, сумел подраться и внутри компании, но против Артура они были едины. Вадим не любил нашего очкарика не меньше чем Сашка: он приносил дохлых крыс, а Санек запихивал их во время урока Артуру в портфель. На что-то более оригинальное ума у этого толстяка не хватало.
Константин Семенович был в курсе всех внутри-классных событий. Та междоусобная драка Вадика с еще одним Сашкиным другом произошла на перемене прямо на глазах у учителя, после чего Вадим был схвачен за шиворот и вытолкнут из школы с требованием привести родителей.
Позже начали поговаривать, что Вадик научился делать из магния пиротехнику, чтобы напугать Артура и сделать его заикой. Но об этом могли болтать только девчонки, сам же он улыбаясь отнекивался, да и ребятам трудно было поверить, что изобретательство Пончика может шагнуть дальше дохлых крыс. Однако Константин Семенович поднял его посреди урока и прямо в лоб спросил об этом. Вадик открыл рот и стал отнекиваться. Тогда учитель пригрозил ему, что выгонит из школы, если узнает, что это правда. После урока он оставил Вадика в классе. Мы вышли, но остановились у двери: нам было любопытно, что произойдет дальше, будет ли Константин Семенович рыться в его портфеле, и вдруг там действительно что-то есть. По очереди мы смотрели через замочную скважину на разыгрывающуюся сцену…
Константин Семенович вдруг наотмашь ударил Вадика по лицу: «Где ты это прячешь?» Пончик, от неожиданности не проронив ни звука, стал оседать на пол. Но учитель схватил его обеими руками за плечи и начал трясти: «Говори! Говори, сопляк!» Толстяк лишь что-то мычал в ответ: «Я... не-ет...». Тогда учитель швырнул его с силой в угол и принялся осматривать портфель. Вадик, стоя на корточках у стены, тихо хлюпал носом, по толстым его щекам катились слезы. Разбрасывая яростно тетради, Константин Семенович вывернул портфель и, так и не найдя ничего, бросил его в лицо Вадиму: «Убирайся! Больше в этой школе ты не учишься!» Пончик, быстро схватив свои вещи, бегом выскочил из класса - мы еле успели отпрыгнуть от двери…
На следующий день место Вадика пустовало. Артур хоть и особо не подавал вида, но внутренне сиял от радости. А весь класс притих в напряжении…
Еще не все улеглось после этого события, как по классу опять поползли слухи, что еще один Сашкин друг Никита выменял на мамину брошку пугач из медной трубки, стреляющий серой от обыкновенных спичек, и собирается принести его в школу…

Вчера смотрел новости по телевизору и вдруг вспомнил эти истории. Школьные истории... Так их и назову. Это не воспоминания о моем детстве. Пусть это будут просто рассказы...

Мама долго скрывала от нас, своих детей, существование ее первого брака. Но один раз я, перекапывая старые документы, наткнулся на ее диплом об окончании Лесотехнической академии. Он был обыкновенный синий, среди оценок красовались и тройки, доказывая их право существования не только у разгильдяев. Но больше всего меня удивила странная фамилия владелицы диплома: по имени отчеству сходилось, что это была моя мама, но остальное не вязалось ни с девичьей, ни с нынешней, отцовской. Когда я спросил об этом у нее, она улыбнулась, но ничего не объяснила. Предположить, что мама жила с кем-то другим, я не мог: детское воображение даже не позволяло представить рядом с ней кого-то другого кроме отца. Немного позже я обнаружил еще и фотографию, где моя мама сидела с каким-то молодым человеком в студенческой компании. Фотография четко передавала невидимую связь между ним и мамой, и, помнив о загадке с фамилией, я поставил вопрос ребром. Тогда мама все и рассказала…
Он был очень аккуратен в одежде. Когда мама учила меня гладить брюки, она часто ссылалась на знакомство с одним человеком, который выглаживал их безупречно. Оказалось речь была про него: Раиса смотрела как это делал Николай и передала этот опыт мне. Отец же не брал даже утюга в руки.
Но постепенно капризность Николая выходила наружу. Сначала он обвинял в недостатке к нему внимания со стороны Раисы. Потом появилась ревность. Задержки на дополнительных вечерних занятиях он истолковывал как попытку оттянуть подольше приход домой. И после томительного ожидания поздним вечером он начинал ее мучить расспросами «где.. что.. с кем». Раиса успокаивала своего ревнивого мужа, но следующий раз все повторялось. Семейная жизнь все больше и больше разочаровывала ее. Наконец сцены ревности дошли до того, что в один день он ее ударил по лицу... Как в страшном сне, неужели все должно снова повториться теперь уже в жизни дочери?!
Решение было единственно правильным. В пятидесятые годы было как быстро и легко жениться, так и быстро развестись. Надеяться и уговаривать себя, что это рукоприкладство будет в их совместной жизни единственным случаем, она не стала.
Уже разведенную, живущую в общежитии вместе с подругами, внезапно ее застала весть о смерти Сталина. Воспитанную на патетических фильмах, которые она смотрела в кинотеатре с первого класса, забившись в угол, чуть ли не каждый день, на киножурналах, предварявших эти фильмы, она свято верила в отца всех народов, победителя всех супостатов. Вместе с девчонками они сидели и плакали, как будто потеряли кого-то очень родного… Дома на каникулах ее встретил отец и пьяный ревел, все время называя кого-то «сволочью». Позже выяснилось, что это предназначалось «шпиону» Берии, который по мнению ее отца и был основным виновником всех несправедливостей, творящихся в последнее время. Эту картину я прекрасно могу представить, когда приезжая в Пензу мальчишкой наблюдал похожее. «Сволачь! Сволачь!» - вдруг начинал кричать в чей-то адрес выпивший дед, а потом ревел, заливаясь пьяными слезами. Озадаченный я тогда пытался с испугом понять, про кого он так сокрушался…
Обучение в академии подходило к концу. Чувствуя конечность своего относительно беззаботного существования студенты устраивали вечеринки, после чего толпой гуляли по набережным, пели и смеялись. Рая после неудачного опыта замужества раскрепостилась, была весела и на танцах пользовалась популярностью. В перерывах она стояла с подругами, когда к ней, как будто невзначай, приблизился молодой человек и произнес фразу, думаю, неожиданную для него самого своей смелостью и прямотой. Почти признание: «А Вы знаете, мне неприятно, когда Вас приглашают танцевать», - улыбаясь сказал он… Мама потом себя корила за то, что ее любовь к Сергею была основана на жалости и сострадании к этому застенчивому молодому человеку. И опять, как в прошлый раз, на вечеринке Рая познакомилась со своим будущим супругом.
Свадьбу они решили сыграть после защиты диплома и полного окончания академии. Летом предварительно они с Сергеем съездили в Лодейное Поле, где тогда проживали его родители. Вера Андреевна встретила будущую невестку прохладно, но Петр Михайлович напротив - был весел и добродушен. В то время они были известными на весь район врачами. Сергей совсем не пил, и не был наделен недостатками предыдущего Раиного мужа: спокойный, молчаливый, он производил впечатление очень интеллигентного человека. И Рая позволила себе всецело полюбить его.

Собственно: