А перед тем, как отправиться пить водку, я расскажу вам о том, как я опозорилась сегодня на весь белый свет, потому что вам, конечно же, очень хочется об этом услышать.
Так вот, началось все с грома. Я-то сначала подумала, что это храпит Антон Юрьевич, но потом прислушалась - нет, что-то тише, чем обычно! Проснулась. Оказалось, гром.
Растолкала муженька и выразила желание напиться. Немедленно. Ну или, в крайнем случае, вечером.
Когда список гостей был составлен и утвержден, я начала всех обзванивать и вести светские телефонные разговоры:
- Богдан Юрьевич, вас беспокоит супруга Вашего брата.
- Слушаю Вас.
- Бухнуть вечерком не хотите?
- С привеликим удовольствием.
Обзвонив остальных приглашенных, я наконец-таки дозвонилась Викуле:
- Приеду, конечно, - сказала подруга, - и соленья привезу!
- Какие соленья?
Викулина мама передала дочке множество баночек-скляночек, называемых в народе "домашними заготовками". Викуля - жертва любви к ресторанному магнату - не очень любит эти заготовки, поэтому пристраивает баночки-скляночки по знакомым.
- Договорились, - обрадовалась я. - Куплю по бутылке пива, возьму Нориса, погуляем по микрорайону, а потом заберем сумку с соленьями к нам домой.
План совершенно реальный, учитывая то, что Викуля доросла до того неудобного положения на социальной лестнице, в котором на светские вечеринки-бухаловки ее возит шофер.
- Я уже еду, - через три часа прокричала подурга в трубку мобильного.
- Прекрасно, - обрадовалась я. - Я уже все купила!
И понеслась в магазин за пивом и водкой.
В родную квартиру я вернулась под аккомпанимент мобильного звонка. В темноте прихожей поставила на трюмо стеклянную алкогольную тару и ответила на звонок:
- Я уже подъехала, - авторитетно собщила Вика. - Ты выходишь?
- Разумеется!
Одела поводок на Нориса, взяла с трюмо две бутылочки пива и вышла встречать подругу.
Подездные бабульки, которые всю свою жизнь ждали моего позорного позора, вылезли на улицу, подстелили под свои любопытные попы газеты и радостно встретили меня ехидным:
- Здравствуйте!
И зашептались, зашептались.
Я огляделась в поисках Викули.
- Привет!
- Привет!
Бабули продолжали шептаться.
- Пойдем, - сказала я, желая быстро удалиться от любопытных старушечьих взглядов.
- Алиса, - почти одними губами произнесла подруга. - Мы бухать прямо на улице будем?
И глазами стрельнула на мои намазанные дорогими крЭмами руки.
Да, уважаемые читатели! Да, я - дура! Смейтесь!
В моих руках вместо двух бутылок пива было две бутылки водки! Перепутала в темноте! Вышла погулять!
- Норис, - заорала я. - Норис, домой!
Но собака заходить домой не желала. Так и гуляли мы по белу свету: писяющий Норис, хозочущая Викуля и я, с бутылкой водки в каждой руке. Благо, рук у меня всего две!