Я ничего не писала в последние два дня, потому что на работе меня неожиданно настигла работа:
- Ты помнишь, что должна сдать документы до Весеннего фестиваля? - спросила Мейджу.
- Да! - не раздумывая, ответила я. - Какие документы?
Мейджу вздохнула, начала что-то объяснять, но я не слушала, потому что до весны ещё уйма времени, - всё равно забуду. Вот зажурчат ручьи, запоют сады - спрошу ещё раз!
- Поняла?
- Да!
- Так что? Когда сделаешь? В понедельник или во вторник?
- Во вторник! - не раздумывая, ответила я. - Что сделаю?
- Документы!!!
- Так их же только к Весеннему фестивалю надо сдать!?

Оказалось, что Весенним фестивалем китайцы называют свой китайский Новый год, который в этом году выпал аккурат на 3 февраля...
- Твою мать! - ахнула я. - Здравствуй, Весенний фестиваль Новый год!

Я немедленно сосредоточилась на работе. Буквально на пару минут. Я не могу долго сосредотачиваться. Не смейте меня осуждать! Возможно, это - болезнь! Возможно, серьезная! Возможно, мне необходимо пройти курс дорогостящего санаторного лечения на самых шикарных курортах мира! О чём я говорила? Ах, да!

Проработав, не разгибая спины, две минуты, я взяла тайм-аут и позвонила супругу, чтобы сказать, что не приду ночевать домой в ближайшие десять лет, так как у меня завал на работе, и в этом нет ничьей вины, кроме его собственной, потому что он не предупредил меня, что Весений фестиваль в этом году пришелся на разгар зимы.
- Как не предупредил!? - возмутился Антон. - Да мы последних две недели только об этом и говорили. Как будем праздновать... и про подарки. Ты ещё сказала, что "зарэжешь мэня во сне", если я не подарю тебе бриллиантовую диадемму. Кстати, а мне ты уже купила китайскоНовогодний подарок?
- Да, - не раздумывая, ответила я. - А чего бы тебе хотелось?

Антон зарычал в трубку с грузинским акцентом: "Я зарэжу тэбя во сне!", и я сразу поняла, что он мечтает о швейцарском армейском ноже. Ну, знаете, эти ножи, с помощью которых можно подстричь ногти, нарубить дрова, открыть бутылку шампанского, понять, что жизнь удалась и сделать харакири! Свой прошлый экземпляр Антон потерял еще в прошлом году, так и не успев сделать харакири. Мы все очень переживали по этому поводу...

Купила нож, осталась совершенно без средств к существованию и решила возвращаться домой на метро.

Для того, чтобы попасть на любую станцию Пекинского метро, вам сначала придётся просветить свою сумку на рентген-аппарате. Ну, знаете, эти специальные агрегаты, которые стоят во всех аэропортах. Ну, когда ваш багаж уезжает за черную шторку, где команда маленьких человечков быстро обсматривает и обнюхивает его со всех сторон, прежде чем он выедет с другой стороны. Ну, вот так это выглядит в местном метро:

Не пройдя досмотра вещей, вы просто не попадёте на станцию. Или попадёте, но без вещей. Разумеется, к провозу запрещены наркотики, легковоспламеняющиеся вещеста, бомбы, гранатометы и швейцарские армейские ножи.
Я тут же поняла, какого рода объяснения меня ждут с надсмотрщиком за маленькими человечками (на фотографии он смотрит телевизор), когда они обнаружат в сумке нож для Антона:

Он (преграждая мне путь): Не положено!
Я: Послушайте, это же маленький нож, и он запакован! Прежде, чем я смогу кого-то зарезать, мне надо будет достать его из коробочки. За это время жертва успеет убежать...
Он: Девушка, нож провозить в метро нельзя.
Я: Конечно, я могла бы укрыться в уголке... хотя бы и за вот той колонной... открыть коробку, вынуть нож и только после этого зайти в вагон и пырнуть там кого-то! Но мне бы этого и в голову не пришло!
Он: Девушка, медленно положите нож на пол, и отойдите на пять шагов назад!
Я (игриво): Я совершенно безобидна! Я люблю китайцев! Особенно, мужчин. Женщин - меньше. То есть, не то, чтобы я не любила женщин. То есть, не до такой степени, чтобы всаживать нож им в спину.
Он (по рации): Мао-мао! Я - Дзедун! Код - сто два! Код - сто два!
Я: Это подарок для мужа! Ну, знаете... эти обычные мужские радости: обрезать ногти, открывать шампанское, делать харакири. Не подумайте, муж - не какой-то там камикадзе...

И в этот момент маленькие человечки выпустили сумку с ножом на волю. Я вжала голову в плечи - сейчас начнется!..
Вопреки моими опасениям, охранник ничего не сказал. НИ-ЧЕ-ГО! Понимаете? Хочешь - провози ножи, хочешь - бомбы! Ему всё равно! А потом мы удивляемся, почему в метро туда-сюда снуют эмоционально неустойчивые женщины с холодным оружием в сумках!

- Ужасный день! - пожаловалась я Антону, который сидел за компьютером, когда я наконец-таки добралась домой. - На работе заставили работать, потом провела полчаса в переполненном вагоне метро, где у каждого в сумке - по гранате! Кстати...осталась без денег,... милый...
- Выпей коньячка, - предложил он. - Пойди приляг-отдохни.
И, не отрываясь от монитора, словно про себя, добавил с грузинским акцентом: "А потом я зарэжу тэбя во сне!"

Я подавилась коньяком!
Что делать? Дарить ему этот нож? Или не дарить? Или ехать в санаторий?