Без комментариев:

Евгения Жаркова
По закону игры

Идет игра
С утра и до утра…
(гр. «Ария»).

1. ИГРЫ

Игру нельзя отрицать. Можно отрицать почти любую абстракцию: право, красоту, истину, добро, дух, Бога. Можно отрицать серьезность. Игру - нельзя.
Йохан Хейзинга, HOMO LUDENS.

Почему бы тебе просто не признать, что Жизнь Есть, и прекратить играть во все эти игры?
Смысл игры - помнить, кто мы на самом деле.
Р.Бах

Приходим в мир, беспомощны и жалки,
И, не успев подняться в полный рост,
Себя находим на вселенской свалке,
Где каждый шаг опасен и непрост.

Играем в куклы, классики и прятки,
На чьих-то нервах, флейте и трубе…
А рядом – те же игры – войны, схватки,
Замешанные на твоей судьбе.

Играем в шашки, шахматы и кости,
Устраиваем шумные пиры…
А рядом в чью-то плоть вонзают гвозди –
Нарушившему правила игры.

Играем в судей, истину познавших –
Последнюю инстанцию в пути,
Но, становясь язвительней и старше,
Ее же мы стремимся обойти.

Играем мы в рабов и властелинов,
В историю, любовь и имена,
Играем в палачей и жертв невинных,
Когда грядут лихие времена.

Мы сочиняем тайные пароли,
Надежные запреты и табу,
И не заметив, что играем роли,
Разыгрываем нотами судьбу.

Играем в ожидании покоя,
В бессилии, тревоге и тоске…
И эти строки – суть не что иное,
Как новый ход на шахматной доске?

Ты спросишь: что теперь случится с нами,
Где будут наши звездные миры?
А я отвечу: милый друг, мы сами
Вольны придумать правила игры.



2. ПЬЕСА ДЛЯ ОДНОГО ИСПОЛНИТЕЛЯ

Играем водевильчики и фарсы –
С надломом и срываясь на фальцет…
А жизнь – простая пьеса в ритме вальса,
Без изысков написанный терцет.

Но игрокам, кому ремарок - мало,
Дается шанс создать сценарий свой,
И даже смерть с ее змеиным жалом –
Лишь заигрыш к мелодии иной.

3. ЭТАЖИ

Этажи, этажи, этажи…
Homo Ludens. Играющий рой.
И в пародии, названной «жизнь»,
Я вольюсь в марширующий строй.

Я откликнусь на сотни имен,
Ни одно не приняв за свое,
Лоб до крови у досок-икон
Разбивая молитвой-враньем.

Я привыкну - лишь дайте мне срок
(Ставки сделаны. Всё, господа!)
И присвою себе номерок
В гардеробной тоски и стыда.

Нужно стать мне такой - позарез!
Лицедейство Игры, антураж…
«Пух-перо». И продам на развес
Поощипаных крыльев багаж.

Этажи, этажи, этажи.
Клеток лестничных тайный надрыв.
Я жила, осветив витражи,
Занавеской окна не прикрыв.

Но теперь я не в силах уже
Перестроить себя (Ctrl-Shift).
Где-то между миров-этажей
Я застряла, как сломанный лифт…


4. НЕ ИГРАЙТЕ

Не играйте. Знайте, это больно…
И пускай оплавится вначале
Сердце, не играйте… Все, довольно.
Не играйте счастьем и печалью.

Показать звезду на тонкой нитке
И подвесить, чтоб тянулись выше,
А потом признаться, что не вышло -
Или вышло, может даже - слишком?

Замерев в размахе светлых крыльев
У обрыва, у стены, у края -
Слишком странно верить звукам рая,
Зная все - и ничего не зная…

Осознать свое существованье
В первый раз - от точки до Вселенной,
Осознать себя - обыкновенным,
Но таким, что не найти названья…

Не играйте… Не в такие игры…
Дав полет, не отнимайте воздух.
Даже если это - несерьезно,
Не играйте… Подарите звезды…



5. НЕПОХОЖИЕ

Я с детства не умела быть похожей.
Пыталась. Выходило. Дня на два.
Так мастер клоунады корчит рожи,
За шутку спрятав Гамлета слова.

Так фокусник завязывает узел,
Из ничего устраивая пир,
Но помнит, что за красками иллюзий
Есть магия, простертая в эфир.

А нынче - я готова бросить вызов.
Коль мне похожей стать не суждено,
Я назову простые вещи - Жизнью,
А прочее… для цирка и кино.

И если для забавы дверь открою,
Безликость не смутит меня вовек.
Я буду помнить: это только шоу.
За маской - Непохожий Человек.


6. REALITY-ИГРА

Реальная-reality-игра
(Короткая отключка, лист и прочерк),
На том же самом месте, что вчера
Продолжится в прайм-тайм без проволочек.

Ремарками запутанный сюжет
По нотам распальцовывает речи,
Расписывает позу, взгляд и жест,
Победу палача и казнь Предтечи.

Реальности экранной миражи
Прольются на желтушные страницы
И сплошь исчетвертуют тиражи
Все те же пластилиновые лица.

Реальная reality-игра
Объявит сумасшедшими пророков,
И правят ходом гейма «мастера»,
Тасуя падежи, пути и строки.

И публика гогочет и галдит
В азартном предвкушенье копит паклю,
И даже правосудия вердикт -
Всего лишь повод к новому спектаклю.

И вот - the end. Святого - на костер,
Удавкою на шею - кинолента…
А за стеклом искусный дирижер
Включает слезы и аплодисменты.

Играй… Ты верховодишь, ты - кумир.
О, как правдоподобно это шоу!..
…Но будет час - и ты вернешься в мир
И встретишься лицом к лицу с Душою.


7. ИСПРАВЛЯЯ ПРАВИЛА


Жизнь полна противоречий? Замкнут круг?
Но, лишь небо у истока обретя,
Стала я простой и здешней, милый друг,
Светлой мудростью рожденное дитя.

Меж землей и небом - слой двукрылых душ,
И одним крылом протягиваясь ввысь,
Ты другое опускаешь, словно груз,
И оно тебя веревкой тащит вниз.

Меж простым и вечным счастьем - грани нет.
Грань - мы сами, умножавшие миры,
Перепутавшие истину и бред,
Но - исправившие правила игры.

За июльским зноем вслед - круженье вьюг,
За изнанкой - лицевая сторона…
Ты запомни это точно, милый друг:
В жизни нет противоречий. Жизнь одна.


8. ШАРИКИ


…И, как игрушка, шарики сверкают,
Что некогда вмещали столько смысла,
Они выскальзывают, выбегают
Из дряхлых рук, теряются в песке…
Г. Гессе, «Игра в бисер».

В ту Дверь войдя, ты стал игрушкою живой,
Но выйди в эту Дверь - вновь стань самим собой.
О. Хайям.


Кто-то придумал Правила.
Нам оставалось верить:
В то, что подарят равенство,
В то, что откроют двери,

В то, что небесной благостью
Нас осенят в пустыне,
В то, что одарят радостью
И не побьют отныне…

В мире, смешном и маленьком,
Каждый обрел кусочек…
Вот мы и стали - шарики.
Сыпемся поодиночке.

Кто-то придумал правила -
Мы их зубрили скопом.
Вместе брели и падали,
Пили и жгли пророков.

Звездочки в небе стареньком
«Кто-то» давно не чистил.
Вот мы и блекнем - шарики.
Мы не вмещаем Смысла.

Все мы висим на ниточке -
Звякаем по-пустому,
Жизнь свою выткав-вытачав
Горечью и истомой.

Но оттого ль, смущенные
(Правила нам - с поблажками?),
Мы, для мечты рожденные,
Бьемся пустой стекляшкою…



9. ПО ЗАКОНУ ИГРЫ

Для того, чтоб узнать притяженье земли, нужно было упасть.
Для того, чтоб узнать притяженье небес, нужно было подняться.
И последнее как описать ни хотелось бы вкратце,
Не получится, ибо еще продолжается власть
Сотворенного мира (Но Он ли творил - повтори?),
Что был слеплен - по странной иронии - сломанным паззлом,
И давно уже ясно, что каждый вписаться обязан
В эту клетку заранее данным законом Игры,
Где Участник и Зритель рассажен по нужным местам,
Где улыбки и чувства - по курсу в окошке обмена,
А горячая кровь, что бежать продолжает по венам,
Разбавляется (чем, догадаешься сам) пополам,
А за кадром - невидимый глазу - Игры Кукловод.
(Так уж сетуем мы - на кого-то же нужно сослаться:
Мол, опять не сплелось. Не виновен. Поверите, братцы?).
Верят: каждый - игрок и иллюзией этой живет.

Только кто-то стучится однажды и бьет напрямик:
Соблюдайте Закон, если вам не прожить без закона
(Вот и говорю: не нарушить пришел, но исполнить),
Но Закон - это старое правило - тем, кто привык,
Тем, кто что-то забыл, и теперь, как ни силится вспомнить,
Но с подсказки ума вспоминает лишь грани Закона -
Пережеванной пищей для новых страстей и интриг.

Но близки времена вспоминать - не ломать, но искать,
Не отринуть - года амнезии бесследно не канут -
Но впустить в ледяные сердца, превращенные в камни,
На которых запекся сургуч - вековая печать, -
Все, что в мире жило, все, что правило миром предвечно
(Впрочем, «править» - еще одно слово из мифа Игры),
Все, о чем рассказать нам пытались пророки-предтечи,
Только бились о стены, свои предлагая дары,
Ибо дар - слишком просто, а геймеры падки до крови,
До острогов, терновых венцов и до Судного Дня
(Испытанье на прочность в мартеновской печи огня)
И уж вовсе тебя не поймут, коль приходишь с Любовью…

Но приходим мы - снова и снова, опять и опять.
Это наше открытье становится мукой и болью.
В странном мире Игры оставаться никто не неволит,
Только мы принимаем - на время - обличья и роли -
И приходится нам (по Закону) трястись и страдать.
И сомнения - чаша сия наших уст не минует -
Нас преследуют также, как всех, ибо, града взыскуя,
Мы порой забываем, что пламя и тернии - всуе,
Не в уплату за Свет - этот Свет остается всегда.



10. ДУША БЕЗ ГРИМА

Шпильбрехер - все-таки трус? Или просто - Изгнанник?..


Закрыта дверь. Стальной засов.
Решеткой двери…
Я научилась в мир основ,
В реальность верить.

О, как дается благодать
Вчера бескрылой!..
И я теперь полу-играть
Уже не в силах.

И отдается каждый шаг
Сумой заплечной,
И полыхают на устах
Слова-предтечи.

Снимает маску и парик
Душа без грима,
Ордою сплетен и интриг
Неистребима.

И в нервной сутолоке тел,
В азарте схваток,
Лишь одиночество - удел?
За вечность - плата?

На самой-самой глубине
(Что не для плутов) -
Где место есть не только мне,
Еще кому-то.

Иль это тоже - до поры,
Всего-то - трусость
Последней мерою Игры
Цепляет душу?

А крылья шелком за спиной
Трепещут тонко,
И пригодится мне одной
В пути котомка…


11. К РЕАЛЬНОСТИ


Веди меня через иллюзию к Реальности…
Из ведической молитвенной формулы.

Иллюзия, как образ, пристает
К глазам твоим, движениям и жестам…
Так и душа твоя который год -
Пародия на музыку Маэстро.

Рожденная - капелью нежной с крыш,
Симфонией ночного небосвода,
Теперь она выводит - слушай! - лишь
Фальшиво дребезжащие аккорды.

Она, пока наивна и проста -
Цветок, согретый радостью и лаской…
Но прячется в ужимки и слова
Под гримом - боевой своей раскраской.

И в ход идут белила и сурьма,
И нимб, и черно-алый плащ на плечи…
И вот - душа не знает и сама,
Какой она была и будет вечно.

А образы изменчивы - изволь -
Сегодня ты подлец, а завтра авель…
И каждая разученная роль
Окончится принятьем новых правил.

… Девчонка, не приемля полумер,
Из недр забытой мамой косметички
Творит свой незатейливый «шедевр»,
Примерив незнакомое обличье.

За шкирку бы - и смыть уловки прочь? -
Поднимет визг и громко хлопнет дверью…
Душа под гримом, как тебе помочь?..
Ты скоро все поймешь, я в это верю.



12. В СТРАННОМ ВРЕМЕНИ

В этом странном до жути времени
Жизнь как мячик:
Держи-лови,
Мы цепей замыкаем звенья,
И
Даже храмы -
И те
На крови.
Даже реки -
И те, пропащие,
Обернуть мы готовы вспять.
Мы не слушаем старших,
И -
Верим: нечего нам терять.
Мы разбили на «точки зрения»
Многоликий и яркий край,
Заблудившись в пыли безвременья,
Как в чистилище:
Выше - рай,
Ниже - ад и геенна с пытками.
Страшновато немного,
Но:
Ведь никто не прислал открытки,
И
Значит, собственно, -
Все равно.
В этом странном до жути времени
Шаг из строя
Похож на смерть.
Перегретыми
Микросхемами
Мы плетем мировую сеть.



13. ПРОСТО ИГРА

…Это в чисто человеческом стиле - заменить реальность игрой…
К. Саймак, «Игра в цивилизацию».


О да, мы повзрослели!.. И съежился ад,
(Страшилки на киноленте штампуем назло).
Инициаций наших проходит обряд
Под дикий вой каких-нибудь «Челюсть свезло»…

В полураспаде корчит не только уран -
В полураспаде мы… и змеею вползет
На двадцать пятом кадре в сознанье экран -
Кумирня слабых и глупцов эшафот.

Здесь кто-то, щелкнув пальцем, сорвет миллион,
Вообразит, что он отныне - не меньше, чем бог…
А в утренних газетах напомнят о нем
Четыре строчки в рубрике «некролог».

С трибун высоких поманят электорат
Все тем же «хлеба и зрелищ» - без лишних программ,
И тот (без сожалений) окажется рад
Реалити-колизея реальным боям…



14. МИШЕНИ ПЕРЕКРЕСТНОГО ОГНЯ


Мир сыпал белый снег из черноты -
По каплям вмерзший в небо океан.
Две стороны зигзаг прошил навстык
По линии разрыва «здесь» и «там».

И нить по тонкой ткани полотна
Прошла, полупетляя, словно шрам -
На каждом, ибо в каждом шла война
И каждый воздвигал тюрьму и храм.

Но, нацепив двойное ми-парти*,
Бубенчиком на колпаке звеня,
Под смехом слезы прятали шуты -
Мишени перекрестного огня…

Они сложны настолько, что просты.
Их речь не ко двору - ни здесь, ни там…
Но стоит им, отчаявшись, уйти -
И лопнет черно-белый мир по швам.


15. ВОСЕМЬ АКТОВ ДЛЯ КОРОТКОГО ФАРСА

-1-

Это было начало.
Едва розовела заря.
Агнцы названы агнцами.
Львы обозначены львами.
Братья. Каин и Авель.
Двоих - не сносила земля.
Вот и стали мы разными.
Правил - никто не исправил.

-2-

Это было начало.
Взошла золотая звезда,
Изменившая Путь…
Но - тряслись иудейские жены
И младенцы кричали.
В ворота ломилась беда,
И тягучая муть
Застывала в чертах искаженных.

-3-

Это было начало.
За гроб - и сражаться не грех.
Крест на плащ. Меч в руке.
И окрест - громогласное «амен».
…Он был храбр и отчаян -
Мальчишка, но тоже из «тех»…
Плыл туман вдалеке.
Пали оба. Смертельные раны.

-4-

Это было начало.
Над площадью стелется дым.
Силуэт у столба…
- Эй, Мадлен, да и впрямь шестипалый!
- Знать, не дремлет-то дьявол!
- Давнехонько снюхалась с ним!
- Говорил же аббат,
От него-то приплод и зачала…

-5-

Это было начало.
Отец становился врагом.
После - мать в «воронок».
А тебе - приказали отречься.
И соседи молчали.
Тебя увозили в детдом.
И дырявый платок
Обнимал сиротевшие плечи.

-6-

Это было начало.
Над пропастью - призраки в ряд.
Автоматная очередь.
Сдавленный вопль и паденье.
Краткий рапорт составлен
(«Едва розовела заря»).
Руки вымыты. Кончено.
И… перерезаны вены.

-7-

Это было начало.
Театр ли? Больница? Спортзал?
Ужас в прорезях масок
И губы, сожженные жаждой.
О таком ли мечталось?
Огонь деловито лизал
Зайку в детской раскраске
И хрупкий кораблик бумажный.

-8-

… А степная станица,
Выходит, к Ирану близка.
«Кто-то» «что-то» нарушит -
И яркое солнце остудят.
… Боже, пусть мне приснится:
Рассвет, голубая река,
Желтый шарик воздушный
И дочка, которая - будет.


16. СОБИРАЯ ДАНЬ

Мы слишком уязвимы. Иногда
Приходит страх. Опасен и хитер,
Он любит, став поодаль, наблюдать,
Как души молча всходят на костер,

Как истины меняют полюса
По прихоти Злодея и Раба,
И кто-то проклинает небеса,
Не ведая, что проклянет себя.

Он любит хохотать над Подлецом,
Что, башню сотворив из миражей,
Менялою заглядывает в Дом
С змеенышем в игрушке Фаберже.

Ничто не изменяется, поверь.
Слова молитв смолкают на устах,
Покуда страх, как ненасытный зверь,
Сбирает дань у шаткого моста.

Он знает, что, пока наш мир таков,
Достанет дела пастям и когтям.
…И редко кто услышит чудаков,
Сказавших: страх - не Божьему дитя.



17. ТАК НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ



Так не должно быть.
Черный и убогий
Приют - не для тебя,
Но ватой - ноги…
Так не должно быть?
Верно, не должно быть!
Так не должно быть.

Но бывает так.
Не просишь ты,
Как подаянье, знак:
Тебе ли
Этим знаменьем прельститься?
А снег последний
Тает на ресницах -
Последний для одной из зим…

Итак,
И что в остатке? -
Кажется, жива.
Что удержало? -
Странные слова
И небо -
В цвет картонного листа,
Но все же - небо, -
Пластырь и заплатка…

Так не должно быть.
Жизнь всегда проста.
Ты знаешь это -
Точной теоремой,
И если
Происходит сбой в системе, -
Одно из двух:
Иль это - саботаж,
Или -
Твое сомнение и слабость.

И вот уже
Берут на абордаж
Твои основы
Вирусы и спамы,
И -
Взломаны защитные программы…
Так не должно быть.

Но бывает так,
И ты скрижали неба собираешь
Разбитой микросхемою Синая
В прорехах туч,
Очерченных в краплак.



18. ТЕАТРАЛЬНОЕ ДЕЙСТВИЕ.
Вариации на тему одной картины.


Если когда-нибудь вам встретятся картины художника В. Цветкова, присмотритесь: этот человек говорит о многом. У его полотен удивительная энергетика, чем-то напоминающая рериховскую.

Впрочем, есть у него и действительно ужасающие образы.
Одна из его картин так и называется - «Театральное действие».



Вот и закончился акт, и сменил декорации
Странствующий балаган. Время близится к вечеру…
Этот сюжет невозможно описывать вкратце, но,
Коль в трех словах, то интрига от века очерчена:

Если Герой, то появится (deus ex machina?),
Злобный Дракон с огневой триязыкой отрыжкою -
Загримирован под… (в общем, смотрите внимательно!):
Этот актер в лицемерье и ловкости вышколен.

Меч храбреца - отражение бьет амальгамное.
Враг за спиной… Значит, схватка пойдет врукопашную…
Знает Герой: сила мускулов - это не главное.
Главное - это, смутившись, пощад не выпрашивать.

Мир изменяется с каждым движеньем шарманщика.
В теле мелодии ноты-суставы раздроблены…
Зритель гогочет - он, верно, считает: болванчики
Просто кривляются. Это комедия. Форменно.

Занавес - тряпка, избитая молью. Окончено.
Мелочь в дрожащей руке исчезает невесело…
А позади ротозеев - вязанки на площади.
…Впрочем, и это - почти театральное действие.


19. НИЩЕНКА У ВРАТ


Мне говорят: ты нищенка у Врат,
Просящая копеечкой надежду…
А я - не принимаю рай и ад,
Не верю в воздаянье и возмездье.

Двуликий Янус - входы сторожит
На грани меж трагедией и фарсом,
А у Того, Кто вечен - каждый жив,
А «смерть» - напоминанье о коварстве

Иллюзии, что я зову Игрой,
Которой ход был сделан до Начала,
И вот теперь - гремит немолчно бой,
Но геймер в кураже не замечает,

Что, если присмотреться, сняв очки
3-D, что застят свет, то Разум вспомнит:
Комплементарность шахматной доски
Приемлема лишь в мире антиномий,

Где победил - кто властен и богат:
О да, в Игре годны любые средства!..
…Мне говорят - ты нищенка у Врат.
Но если так, то где мое Наследство?..


20. ЕЖЕДНЕВНЫЕ ПРОГУЛКИ ПО ЭНРОФУ.



Все верно. Это мой отрезок мира,
Провинция провинций. Это точка.
Обрывочная стадия маршрута
На автостанционном тупике.
Здесь выживают - если крепки жилы,
Здесь существуют - вместе ль, в одиночку,
Здесь умирают - не увидев утра,
С задушенной синицею в руке.

Здесь «все как у людей»: визгливый ящик,
Вещающий про рухнувшие рынки,
И вечером - очередной блокбастер,
И пиво, и никчемный разговор…
Здесь так же больно «становиться старше»,
Сверяясь с незатейливой картинкой,
Пытаясь оторвать кусочек счастья,
Как вызревший на грядке помидор.

Здесь, может быть, чуть-чуть теплее лица -
Снаружи. И хватает их на «здравствуй».
Но все мы - равнодушные Чужие,
И слухи не смолкают на устах…
Здесь время не торопится, а длится,
И третьесортной карамелью вязнет,
Как и улыбки, вероломно-лживо:
Оглянешься - а остается шаг…

Здесь пол-округи пашет «на соляру»,
Переходя на «рыночные рельсы»,
И все никак. И так же тащат гайки -
По-чеховски, по-русски, на авось…
Здесь «шипром» выгоняют перегары,
Плюются на словах «Чубайс» и «Ельцин»,
И надевают с Че Геварой майки,
И сплетни заколачивают гвоздь.

Здесь инженер КБ - толкает шмотки
В палатке (если б только понаслышке),
Устав перешивать себе обноски
Совсем не по фасону от Диор.
Здесь психоаналитик лучший - водка.
Иначе - выть или строгать детишек -
Последнее - оно, конечно, просто,
Но - дорожают памперсы и соль…

Здесь равно далеки огни столицы
С по-европейски вышколенным ритмом
И твердь патриархального уклада,
Глядящего с портретов и икон…
Здесь выжжено все то, что может сниться -
Прошедшим веком, страхом и пол-литрой…
Но столь же однозначны двери Ада
В провале безысходности времен…

27 мар. 06 г., ст. Вешенская.


21. УПРЯМАЯ ДИЧЬ


- Послушай, над дальнею рощей раскаты,
Чернильною тучею Солнце распято,
Беги же, сейчас не до смеха!
Из мира, где копья ломают о латы,
Где трус и подлец забывают о плате,
Где тело Земли багровеет в заплатах
Под властью упитанных йеху…

- Я слышу, и я бы однажды поверил
В тот сон, что навязан был мне в колыбели
Искусной дудой крысолова…
Но разве избрал бы я хрупкую Землю,
Но разве пришел бы в ветра и метели,
Когда бы не знал, что откуда-то внемлю
Иному волшебному зову?

- Послушай, ты горсточка тонкого пепла:
Пришел на минуту, уйдешь незаметно.
Зачем тебе верить и ждать?
А хочешь - сниму я замки и запреты,
А хочешь - получишь любые секреты,
А хочешь… Ведь хочешь, я знаю об этом!
Сними же, властитель, печать!

- Я слышу, но ловятся шепотом тихим
В твоем красноречии - черные вихри.
И что ты желал получить?
Я буду не Царь, не Небес Повелитель.
Ты сказочкой на ночь делиться любитель,
Но, знаешь, я вырос. Для этой ловитвы
Я слишком упрямая дичь…

- Послушай, неужто скитальцу по нраву
Сидеть в тупике в ожиданье облавы
И в небо пустое скулить?
Я дам тебе все, что досталось по праву -
Сегодня, сейчас, ты узнаешь о главном…
Смотри, мертвецы одеваются в саван,
Твой путь - перетертая нить!

- Я слышу: крик плакальщиц стынет над гробом,
Умноженный сотней в смирительных робах,
И день без надежды грядет…
Но эта картина не выдержит пробы,
Часть истины - ложь. Это знаем мы оба,
Поэтому - полно. Я больше не робот,
Я видел и Ночь, и Восход.


22. ВЗРОСЛЫЕ ИГРЫ

Порой мне кажется, что я -
Почти ребенок.
Я улыбаюсь так легко,
Что похожу
На фото из былых времен.
И голос тонок,
И из травинок на ладонь
Взлетает жук.

Но гаснет день, и за спиной
Трепещут крылья -
Мой дар и груз,
Не по делам, не по годам…
Я столько раз саму себя
В себе убила,
Что двадцать два -
Лишь зеркалам бездушным дам…

А вкруг меня, у всех границ, -
Ведутся Игры.
Я знаю их давным-давно
Наперечет.
Я жгла себя, как жгут мосты,
Мечты и книги,
Но и огонь от этих Игр
Не бережет.

…И пусть летит воздушный шар
Тропинкой к Солнцу,
И путь бумажный флот несет
Ручей волной!..
А Игры Взрослых -
Это шаг канатоходца
По тонкой линии
Над черной пеленой.


23. СТАЯ ОХОТИТСЯ


Все начинается с малого: взгляд,
Брошенный искоса. Долгая ложь.
Стая охотится: «Кто виноват? -
Тот, кто на нас не похож».

Попран с издевкой ведический круг.
Марионетки мелькают, дразня…
Падает нож из протянутых рук…
«Освободите меня!»

Только незрячий не видит, что раб -
Каждый, свободе не знавший цены.
Кто на пути - беззащитен и слаб,
И обречен без вины.

Не достучаться до сердца глухих,
Не достучаться в звериный оскал…
Эта молитва походит на крик.
«Где я Тебя потерял?»

«Кто виноват?» Обыватель, всерьез
Скованный страхом, молчит. На засов.
«Кто виноват?» - самый главный вопрос
В вечной Стране Дураков.

Время не медлит. Меча и огня
Жаждут детеныши уз пустоты…
Боже, прости им! Прости и меня -
Я не умею простить.


24. НА ПОРОГЕ САТЬЯ-ЮГИ
Заметки на полях Восточной тетради.

Меч занесен.
Помни, это совсем не сон.
В жерлах вулканов
Вздымаясь, горит огонь.
Алою лавой -
Кровавые реки вспять.
Змей многоглавый
Последнюю копит рать.

А за порогами -
Вьется стеною дым.
Коротко, долго ли?
Выдержим? Устоим?
Время затянется.
Рана свербит, свежа…
Сказочной палицы
Слабым не удержать.

Меч занесен.
По законам страны огня
Круг оборон -
Это только душа твоя.
Меч занесен,
Не укроется и слепец.
Время времен -
Начало, а не конец.

Много ли избранных?
Длится жестокий бой.
Кроткую Истину
Бьет по щеке любой.
Время растянется.
Время вплетется в нас.
Твой Апокалипсис -
Это уже сейчас.

2005 г.


25. ИГРЫ КАЛИ

Ты не увидишь извне,
Что происходит у стен.
Я заклинаю - смотри,
Это начало - внутри!
Но слышит лишь собственный крик
Тот, кто в тебе возник.

Круг по каналам вен.
Марш больших перемен.
Вопль разомкнутых уст.
Тел продавленных хруст.
Но слышит лишь собственный стон
Тот, кто в мираж влюблен.

Ты ускользаешь. Шах.
Мат. И последний шаг.
Сумрак горчит впереди.
Цепь на прожженной груди.
Но слышит лишь собственный плач
Тот, кто себе палач.

Ветер былинный, глух,
Жнет ковылиный пух.
Над пустотой дотла -
Черные колокола.
Но слышит лишь собственный треск
Мир, не донесший крест.