Я повстречала его весною.
Он был художник почти известный.
Мы целовались с ним под сосною,
И он женился, поскольку честный.
Он пил немного, он был негрубым, -
Такое счастье лишь раз бывает.
Одно смущало - почистит зубы,

И после тюбик не закрывает.
Но я внимания тогда не обращала -
Такой мужчина мне небом даден.
Я все по-бабьи ему прощала,
Все, даже тюбик, будь он не ладен.
А он, рисуя, впадал в нирвану,
А то вдруг скажет: "Люблю, и баста",
А то, проказник, затащит в ванну,
А там открыта зубная паста.
А я как дура, носки стирала,
В супы ложила бульонный кубик,
И все просила, все умоляла:
"Почистил зубы, закрой, блин, тюбик!"
Он говорил мне так осторожно:
"Все это - блажь, и второстепенно",
Скажите, девки, ну разве можно
Любить и гадить одновременно.
И я с досады ушла к соседу,
Ведь у соседа вставная челюсть.
На полке тюбик от "Блендамеда"
Лежит закрытым. Какая прелесть.