Машенька, но ты-то не к нему пришла, ты приходила к Богу. И рассказывала не ему, а Господу. А если сказать, я могу и дома поговорить с Господом, то и нет тут никакой жертвы. Жертва в том и состоит, что ты пересилила себя, и рассказала все человеку постороннему. Не соседке по лестничной площадке, которая завтра расскажет всему дому, но священнику, который сумеет все это оставить в себе. А через него и Богу.

Всполох, Знаешь, если бы мы жили в немного другом мире... Вера она только тогда настоящая, когда нет никаких вопросов, вот только люди всё-таки разные. Я вполне представляю, что может дать человеку церковь и вера, вот только меня воспитывали немного иначе. В школе говорили, что человек произошёл от обезьяны, это нужно знать, а потом, что Бог создал нас по образу и подобию своему, и в то нужно верить. И как это сопоставить? Жить нужно по своим выводам, собирать информацию о мире, понимать, где тебе врут, а где от тебя чего-то хотят, так что со временем перестаёшь верить миру, но с головой погружаешься в тех, кто тебя любит. К сожалению, у нас далеко не христианское общество и в нём приходится как-то выживать. Получается либо общество, либо церковь, взаимопроникновения бывают, но совмещения… сомневаюсь, что вообще возможны. У меня это заключается в том, что мне всегда хочется задавать вопросы, на которые не было, нет и не будет однозначных ответов, по крайней мере у людей.
Я просто знаю, что ни один священник не поймёт меня до конца, а я никогда не смогу ему объяснить всего:
«…или пока он сам не понял, что духовного отца у тебя просто нет и никогда не было, и что он - первый, к кому ты обращаешься, он не может начать с тобой беседы, а просто выслушивает твои грехи, и отпускает с миром». Разве он должен так поступать? В самом лучшем случае, получиться очень долгий, ежедневный разговор человека, более грешного, и человека, который менее подвержен мирскому, и может научить как стать ближе к Богу, или скорее наоборот, как впустить Бога в своё сердце.

Рижанин, Коль, ты пойми, что сейчас я все это прекрасно осознаю, но тогда я была ребенком! И тогда я слабо представляла, чем духовник отличается от других дядей.
И еще, я все-таки чувствую, что тобы поговорить с Богом, мне не нужно говорить с духовником...

Машенька, да и я не о том. Я не о разговоре с Богом, я о покаянии.
Может это и субъективно, но дома у меня не получалось снять этот груз, который скопился за долгие годы. Меня просветление застало в Алма-Ата, так я отвернулся к стене, потому что смотреть на людей не мог от стыда.
Как вылета самолета домой дождался - сам не знаю. И бегом бежал в церковь, и не тихо, на ушко, а орал на всю публику перечисляя свои грехи.
Так потом ко мне подошла одна сестричка и сказала, братик, не надо так громко, - люди ведь разные бывают. А для себя знай, что Господь тебя простил.
И вот, только после того, я почувствовал себя свободным. Дома не получалось.
Конечно, ребенок не может так много нагрешить, чтобы ему орать во все услышания надо было. Быть может пока нет этого чувства вины и ходить никуда не надо, - я затрудняюсь ответить на это. Это, как в какой семье принято, т. е. степень допустимости греха, может я неправильно выразился...
А идти для того, чтобы сообщить священнику, - вот, батюшка, сейчас пост, а я рыбки поел, это уже фарисейство.
Вспомни притчу о фарисее и мытаре.
Но допускаю, что и этот может быть грехом для кого-то...
Ну, а поговорить с Богом, думаю, можно в любом месте, и ответ на свои вопросы тоже можно получить вне церкви.