Бросила пить
вино
сегодня
Читать далее...

Благовоспитанный мальчик Эмиль семи лет от роду просмотрел недавно фильм "От заката до рассвета", в обществе своего отца и пятилетней сестры. Около трех недель назад просмотрел. Сегодня они все прогуливались по главной злачной улице местного значения и наблюдали двух студенток, в восточной одежде танцующих под восточную же музыку. Хорошо танцующие студентки произвели на отрока большое впечатление. "Пойдем отсюда, здесь опасно. ...мне кажется, все женщины - вампиры". "И я?" "Ты - нет." "А твоя мама? А твоя бабушка? А все твои бабушки?" "Они - нет. А вот все остальные женщины, которые на улице, они - вампиры". Далее пятиминутная лекция о оптимальном соотношении между хищниками и их питательной базой, определение вампиров как хищников, прикидки минимальной требуемой частоты питания и оптимистический вывод, что гулять по этой улице можно почти безбоязненно. А вот детский фильм непомнюкакой эти дети, по слухам, смотреть отказались. Важной частью воспитательного процесса является чёткая подборка аудио- и видео- материалов.

Снег исчез, а слякоти нет совсем. Здесь ее не бывает - огромные сугробы испаряются бестрепетно и бесследно (жутко тянуло написать безтрепетно, сама не понимаю почему). "Хочется приехать зимой, или весной, или осенью." "Ну, осень-то здесь есть, настоящая." "Какая же настоящая, а где серое небо от горизонта до горизонта, промозглость, лужи под гортексовыми ботинками." Я тоже знаю, где. Помните старый анекдот или отрывок неизвестно чего: "Там нет грязи, слякости и мерзости, но ты к этому привыкнешь". Пока не получается. А слякоть я с детства терпеть не могу.

с ленивым чаем на веранде. Да, синяя_лампа, прямо на веранде, и вовсе не в полном горнолыжном обмундировании, а в лёгком домашнем костюме типа пижама. Неделю назад здесь был слой снега в двадцать сантиметров, и столько же на столе. И сейчас одна небольшая горка примерно с ноутбук поблёскивает под ногами, обходим. Тёплый ветер, где там валялись мыльные пузырьницы. Хоть сейчас заползай на гору. Подставляю солнцу пузо. Как бы не сгореть.

Прожарилась и отвалила в нору.

Между красным местным каберне савиньоном, здешним, и белым савиньоном из Dry Creek такая вселенская любовь по башке ударила, даже в ушах звенит. Как я вас люблю всех. Нэнсик, и Лампа, и Эмоциональ, и Рыбка одна, и Рыбка обиженная, и Шатцель, и Бабетточка, и Сонечка Пупкина, и Сонечка пиаф, и Дива, и Алехаха, и Теххи, и Горжетка, и Шарик, и Огниво, и Ника, и Сакура, и Надя, и Жуня, и Юлькис, и Амалия, и Амнезия, и Наив под вуалью, и Гуакомо, и вообще все, потому что пальцы слегка заплетаются. Специально перечисляю только девушек в произвольном порядке. Потому что юношей тоже люблю, да, а деспот на два этажа ниже.

Иногда лиру напоминает мне игру в контакт. Знаете, конечно - один загадал слово, остальные угадывают. Кто-то говорит короткое определение, если ведущий успевает сказать удовлетворяющее ему слово первым - проехали, если сначала как минимум два человека одновременно скажут одно - ведущий говорит очередную букву, следующие слова должны начинаться с уже известных букв. Это я так излагаю, перестраховываясь, всё равно всем игра известна, а если кому нет - могу рассказать подробнее.

В контакт хорошо играть в походе, на автобусной остановке, в длинных машинных поездках. Везде. Он ничего не требует - ни ручки, ни бумажки, только хотя бы трёх человек и относительной тишины (хэвиметалл-концерт не подойдёт).

Люблю эту игру и неплохо играю, жульнически. С одним одноклассником мы быстро поняли, что "Понедельник" оба знаем наизусть, и контактировали на определениях типа "Почему нельзя высечь Брута". С деспотом катит например лошадиная тематика - уж очень немного людей знают "деталь лошадиной сбруи", начинающуюся на "тр".

Или Фрай, ага. Кто-нибудь предыдущий пост сконтактировал? Впрочем, неважно.

Приятные мысли: вспоминается лето, пыльная дорога, тяжёлые рюкзаки на детских плечах. Только одно зудит - а здесь кто ведущий?

Не знаю, как мир, но лир точно так называется.

Медленно вытягивая длинную рыжую нить.

Я, кажется, понимаю юзера Жабенья. И прочих просуществовавших здесь более года и жалующихся на кризис жанра. Семерка у нас кто? Чукча. Сидит на работе и поёт - "аааа! работать лениво! аааа! видела оленя! ааааа! в воскресенье выпал снег!", и в бубен лупит со всей дурацкой мощи. Снег куда-то делся, солнце; будто бы обратно осень, но на самом деле зима - листва жухлая и прибитая; привкус холода; ночи становятся длинее; закаты вообще спиздили бессовестно. И через год я буду сидеть даже если в другом кресле, то всё равно на фоне пройденного Хэллоуина и испарившегося снега. Если наши виртуальные тельца не прибьёт каким-нибудь взбесившимся торнадо. Тогда теоретически будет возможно взять и перечесть семеркин год подряд, а как известно самый верный прогноз погоды - "как вчера". Вы замечали строчку Календарь?

В общем положении, в лучшем положении. Потому что бывает и внезапный кирпич.

Единственную капсульку надежды в лирушную корзину подкидывает календарная нерегулярность. Хэллоуин придётся на понедельник, и я одену на работу костюм сумасшедшего мага или рыжий парик. А выборов не будет вообще. И фазы луны улягутся по новому, а там, глядишь, у меня в гостях Мудрая_Nancy c полуотросшей косой будет курить трубку, бесстыже перемигиваясь с луной.

Полное совпадение будет лет через сто двадцать, что ли. Слава богу, не доживём. Эта прелестная нерегулярность и плохоукладываемость во все системы; лунный календарь, солнечный, дни недели, фазы Юпитера, никому не кратные циклы с взаимно простыми периодами; сумасшедшие звездочёты и еженедельные гороскопы; эти игры со Временем - то ли в догонялки, то ли в пряталки; этот Бег по кругу со зверушками, чудаками и персонажами - вся эта как бы реальная нить жизни, скрученная котенкиной пряжей - носит тот аромат безумия, по которому можно безошибочно распознать настоящее, даже, прости Господи, истинное. А раз время наше существует, то худо-бедно существуем и мы.

"Обещала как-то" - эта замечательная формулировка была найдена в открытом окне новой записи. Больше ничего не найдено, ни заголовка, ни текста, ни категории. Может, и так хватит?

Сегодня я не поняла аж четыре реплики, честно говоря - рекорд. Ох(уеть) какие у меня умственные способности сегодня. Как-то это коррелирует с фактом положительного сдвига по основной деятельности (кто думал, что лиру - основная, не угадал). Опять разделяюсь по полушариям, тяжёлый случай полушарной шизофрении.

Я, если честно, редко в дневниках чего-либо не понимаю. Таких дневников можно по немногим пальцам одной руки пересчитать, и ещё пальцы останутся. Вряд ли потому что умная. Просто привычка к высокой степени абстракции - образование сказывается. А свои тексты воспринимаю в диапазоне от "предельно понятные" до "слегка художественно припудренные", кроме редких откровенных ребусов (тоже нехитрых) и (раз)личной направленности второго (третьего, энного) дна. Раньше не осознавала, что выражаюсь метафорами - прямо как Журдэн прозой. Потому что в жизни я говорю так же, как пишу, а уж спьяну.

Но неприятно не врубаться, факт. Особенно несколько раз подряд. Даже если просто незнакомое словосочетание или цифра перепутана. А чужая внутренняя логика вовсе не всегда лежит в множестве мне доступных. Люди, если вы меня тоже иногда не понимаете, мне очень стыдно. Фиг я исправлюсь. Потому что я и так пишу понятно, как могу. Ну хоть спрашивайте. Я все четыре раза сегодня спросила, и два с половиной даже получила ответ. От оставшихся полуторов не померла, как видите.

Хочу спать. Кто-то кричит за окном страшным голосом, то ли вороны каркают, то ли лисы ебутся, то ли нечисть какая с Хэллоуином припозднилась. Не понимаю. Хороший конец длинного дня.

Когда-нибудь каждый должен выдать нечто подобное, почему не сейчас.

1. матЕ имеет нежное травяное послевкусие, а послевкусие мАта весьма сомнительно (если наличествует).
2. когда вы идёте по офисному коридору с калебасой матЕ, можно не шарахаться от начальников. А вот тренируя свои навыки мАта, на глаза их лучше не попадаться.
3. матЕ можно смело пить в присутствии детей, родителей и прабабушек.
4. матЕ притупляет чувство голода. А мАт может его только обострить, хотя, возможно, чувство другого голода.
5. мАт редко переводим, а матЕ интернационально.
6. глядя в зеркало утром, Нэнсик может заморачиваться дурной идеей бросить разговаривать мАтом, но не идеей бросить пить матЕ. Как минимум, потому что она его не пьёт.
7. матЕ украшает любую женщину, а мАт не любую. В частности, потому, что
8. научиться пить матЕ очень просто, а стильно разговаривать мАтом умеют немногие.
9. матЕ лучше аргентинское, а мАт - русский. Первое в Америке встречается чаще.
10. матЕ вызывает менее суровое привыкание, чем мАт.
11. для приготовления матЕ используются исключительно натуральные материалы - тыква, серебро, йерба. А в мАт чего только не пихают.
12. матЕ оказывает тонизирующее, успокаивающее действие. мАт - вовсе не всегда. Или, по крайней мере, не на всех.
13. матЕ часть внешнего, материального мира, могущая при случае убедить сомневающегося в его, мира, а также его, мате, а также его, сомневающегося, существовании. Особенно если кипяток и на колено. А мАт скорее убеждает в эфемерности стилистических законов, кипятка и нравственного облика.

в реальной жизни. Или по номеру бюста и цвету волос. Или по силуэту, контурам крыльев носа, седине, объёму рюкзака за плечами. Оттого ее и зовут "реальной". Надо же как-то отличать от мира, где человека встречают

по стилистике. любимой пунктуации. длине постов. цитатам и аллюзиям. и так далее.

Несправедливо, когда хорошего человека недолюбливают за манеру носить мятые нестиранные рубашки. Не более справедливо, когда его не читают за обилие многоточий. Кто-то умеет одеваться, кто-то - нет. Кто-то прочёл в детстве мильон книг, причем хороших, и теперь весь состоит из превосходного качества цитат. Кто-то умеет носить спинжак от этого, ну, например, Кардэна, а кто-то в три строки умудряется вместить классическую композицию в духе классицизма.

А ведь это одно и то же. Лёгкая небрежность письма и намеренный беспорядок одежды. Строгая выверенность слов и стрелка на брюках. Нет разницы.

Поэтому меня слегка бесят тексты в смокинге о пользительности рваного тряпья.

семеркиных постов. Не знаю, закидала ли я кому-то ящик, если да - очень извиняюсь. Зато теперь можно очень быстро найти мой пост с технологией пития мате, ради чего всё и затевалось. Поскольку это единственный ценный пост.

Заодно и себя расклассифицировала, протестировала, проч. Результат все желающие могут видеть на главной странице, прямо под лапками с картами.

Update: Ах, да. Единственно ценная информация содержится в категории Кофематеин.

В моём предыдущем треде обитают великолепные фотографии Poltoraki (не фотографии Полтораки, а Полтораки-мэйд фотографии, а то губки-то раскатали). Не пропустите. А вот от описания моих безкамерных закатных слюнок вы надолго избавлены. Или от феерических солнц с их привычкой садиться всё время в горы. Потому что украли у вас мои закаты, украли, обещали вернуть через полгода, так кто их знает - ещё обманут.

Мрачная нечисть на Хэллоуин пришла и перевела стрелки. Нечисть вообще нынче рулит, хоть в новости смотри, хоть куда. А я теперь возвращаюсь домой в темноте.

Некоторые брюнетки неожиданно находят ключи под попой. Некоторые шатенки получают их в целях интенсификации личной жизни. А вот у блондинок с ключами бяда.

Одна ваша почтизнакомая блондинка (больше по духу, чем по цвету) проживает в горах. Гараж стоит отдельно, в приличном отдалении. Открывается нажатием специальной пимпочки на специальной хреновинке, которая живет на косяке в прихожей - то есть это теперь я знаю, что она живет на косяке в прихожей. Так вот, две молодых интеллегентных девушки собираются культурно поразвлечься, съездить в горы, пообщаться с местными наркодилерами и другими интересными личностями (см.), без всякой личной жизни вдобавок. Они берут сумку, тяжёлый рюкзак с фотоаппаратом и выходят из дома. Та, которая блондинка, задумчиво ищет открывательную пимпочку внутри дома, не находит. Задумчиво захлопывает дверь (заботливо поставив замок на запирание) и продолжает искать с наружней стороны двери, тоже не находит. Ага, ключи обычно держат внутри дома, а не снаружи, догадывается блондинка. Только внутрь дома она теперь зайти не может, потому что дом заперт, а единственный ключ на работе. В гараж тоже не зайти, потому что он заперт, открывалка есть например в машине, машина в гараже. До города топать полчаса-часик. Укроем стыдливой завесой молчания дальнейшее. Зато цветущий чертополох на фотографии хорошо получился.

Вспоминаю, как начинала вести дневник. Представляете, была уверена, что писать будет не о чем, радовалась каждой идее. Да и сейчас - вот кончатся, думаю, одинадцать свежих тем, десяток недописанных кабаллических цифр и сколько там я ещё чего наобещала, так сразу семерка и иссякнет.

Типа - "сколько вам лет, Исаак Моисеевич?"

Через десять минут семинар. А только что я дерябнула красненького, за здоровье нашего сисадмина, большой души человека (ноутбук мне починил - раз! мате купил - два! и еще купит!) Так что индейская национальная изба я работать буду эти десять минут. Но и за добавкой красненького не пойду, предпочту пост написать - прикиньте. Писать мне дохуя о чем есть, и именно поэтому предпочту это делать ни о чем. Например, о лиру. Это, считай, ни о чем. Лиру - зашибательски прикольный наркотик. Но слезть с него тоже не биг дил, неохота только. Пять дней с рестриктед интернетом (гляньте! это я к семинару готовлюсь. По басурмански лопочу, йессс) - и запроста могла бы послать его на слово, коим, как недавно выяснилось, я владею на 75 процентов. Просто полениться разгребать почту и послать. И сесть работать. Эдем какой-то, как это будет... а - парадайз! Так, наверное, все наркоманы по утрам говорят. Типа могу бросить - ну, хоть курить, или там мате или кофе, но сегодня какой-то ленивый день, а вчера пил вино и бросать было лень (ага, цитата, ага, неточная), но вот завтра - и завтра тоже хуй. Говорят, французские колониальные войска дико страдали в Африке без приличных вин. Как-нибудь - как-нибудь потом - как-нибудь очень потом - я тоже попробую.

Вот сами догадывайтесь: чего попробую - без вина или без лиру.

это как потеря невинности, ежегодная. Четыре дня назад в долине стояла осень, трава была изумительно жёлтой или волнующе зеленой. Снеговая шапка только маячила на макушках западных гор. А вчера всё белое, нет, белоснежное - пришла зима. Сегодня снег испарился, но горы крапчато-белые, трава белёсая и даже листва какая-то серо-пегая. На тенистых склонах проседь. Может, послезавтра снег исчезнет полностью, и я буду одевать под лыжную куртку легкие льняные блузки. Только девственность осени уже не вернуть, караван ушёл.

Порядок скорее хронологический.

1. Прокрасться посреди ночи на кухню и сожрать какую-нибудь гадкую булку, запивая её остывшим до полной помоечности чаем. Особенно умилительно, что единственный человек, от которого я могла бы прятаться, этот пост завтра утром прочтет.

2. Занятия любовью, когда хочешь этого лишь чуть-чуть больше, чем спать. Поначалу.

3. Занырнуть в интернет. Чу! лиру уже обратно работает.

4. За окном отчетливо звездное небо и белые мохнатые шапки веером. Написать одинокий пост на едва проснувшийся сервер и опять провалиться в сон.

Update: не мне одной хорошие идеи в голову приходят. Вечером было с десяток булок (но с черешней!), а утром остались две. Я съела одну. Следовательно.

которые переходили дорогу. Это были оборотни камней, они мне ночью приснились - целое стадо красновато-сероватых камней среднего размера, клином переходящее дорогу.

Чё, только Нэнсику можно, а мне? Так что в мебельном магазине вместе с уютным двухспальном футоном была куплена вращающаяся лампа, синяя. Поблёскивающая такая. Питали мы её от прикуривателя, она вообще от прикуривателя хорошо питается. (И от виски. И от красненького.) Возили по окрестностям, туда-сюда. Четыреста миль туда, четыреста миль сюда. Она вращалась и озаряла мир колдовским аквамариновым светом. В колыхающихся отблесках унылые бурые равнины преображались, а время начинало течь по какой-то другой дуге. Много-много разных времён влезали в несколько дней и резвились там, словно эльфы в сидах. Вы знаете, что эльфы живут вовсе не в цветочных венчиках, а в таких специальных холмах? В которых сто лет проходит за день. Сто - не сто, а сколько кстати меня не было? Холмы открываются на древний ирландский праздник Самайн. То есть древнеэльфийский праздник Самайн - пока эльфы бегали по тёмным ирладским равнинам, люди сидели за семью запорами, обложившись подковами и амулетами. А нас не было дома, так что в наше отсутствие за конфетами зашла зима, да так и осталась.
Читать далее...

Видели куриного бога. Целый курятник богов, красных и величественных. Мы проползали жалкими земляными червяками мимо их сокрушительных стоп и заглядывали в их высохшие глазницы. Там - Другой Мир. Вы хотите сменить свою жизнь и не умеете, а рецепт имени М.Фрая вызывает непреодолимую дрожь в коленках? Спросите меня, как, а лучше приезжайте в гости ко мне. Черная дорога сквозь горные хребты и времена года, потом немножечко прошагать по древнему красноватому песку, потом заглянуть в развёрстое око другого мира, ахнуть и вылезти с другой стороны.

Осень, бабье лето, поздняя осень, зима, ранняя весна. По дороге домой метель в лоб; если включить дальний свет, ничего не видно - кроме стремительно раздвигающейся завесы снега. Закрадываются смутные подозрения. Ага. Драйввэй, где три дня назад я фотографировала роскошный призовый экземпляр цветущего чертополоха, теперь напоминает зимнюю новогоднюю сказку. Страшную сказку, под стать Хэллоуину - резина у нас не то что без шипов, а вообще летняя.

поэтому это не я. Просто тень в горнолыжных штанах промелькнула рыжим хвостом. Нэнсик очарователен. Некоторые сообразительные. Всех люблю. Бабетт с извинениями выдаю куль поцелуев, все недостачи и чтобы хватило до понедельника. Скоро Хэллоуин, не забудьте отпереть холмы.

Всю ночь дул ветер, а позавчера было уже двести лет назад. Я живу в очень красивом городе. Вы знаете, что в любых городах есть тайные места, где вместо настоящего времени действует мифологическое, а в обычных домах живут тролли или феи? Можно прожить в городе всю жизнь, но его сердца не найти. А можно случайно вылезти там, направляесь по улице Евклида в сторону взгромождающихся гор. Хороший ориентир, кстати. Впрочем, я и без него бы не заблудилась.

Ее называют Десятая стрит и населяют ее эльфы. Ничего особенного в ней нет, широкая мостовая и два тротуара сбоку, две аллеи, шуршащие сухой листвой. Посередине два очень хорошо замаскированных эльфа играют вероятно в бейсбол, один представляет другого как известного футболиста, далее неразборчиво. Желтое и красное, кленовые листья на зелёной траве. Раз! - а на этом, которое желтое и вытянутое ввысь, тоже что-то красное, вдобавок круглое. И внизу, среди сухой листвы - будто грибы. Это яблоки. Безумно вкусные. Единственно вкусные американские яблоки. Неудивительно. Если поискать на десятой улице, еще и мэллорны найдутся.

Вчера на одной развязке навернула как минимум три полных круга - exit 28а, 6b, 6a и опять 28а. Считайте, что до сих пор наворачиваю. Закружилась, заметелилась - до понедельника меня здесь почти не будет.

По мотивам хысиного последнего поста.

Кажется, я это еще не рассказывала. А поучительно.

Я ехала на вокзал провожать свою сестру, в один среднерусский город. На Павелецкий вокзал. Они с деспотом уже были там, и деспот выдал краткую и ясную инструкцию как их найти - "самый левый путь". ОК, левый так левый, но он оказался странно огороженным, у входа стоял патруль, останавливал людей. Даже меня. Первый раз в жизни в городе Москва у меня спросили документы. Которых, естественно, не было. Выгребаю содержимое карманов, нашлось: карточка VISA, членская карточка AAA и американские водительские права, тоже в формате визитки. Всё это демонстрирую. Он нежно и тактично спрашивает меня, как давно я в Москве и когда собираюсь уезжать. Нервно смеюсь и еще более мягко объясняю, что я русская, москвичка, а паспорт дома. Он смотрит меня и махает рукой - иди. Иду. Странный какой-то поезд, солдаты, заплаканные женщины, бабы с тюками. И ни сестры, ни деспота. Ура достижениям прогресса - связываюсь. Конечно, они на самом правом пути, деспот права от лева вообще слабо отличает. А на самом левом пути уходил поезд в Грозный.

Совсем собралась было идти спать, как прямо в глаза ударил столб белого света. "Надо бы эту лампу выключить". Как же, выключишь полную бесстыдницу луну. Работаю. Она переходит к следующему окну - медленно, с искусством опытной стриптизёрши. Ха, пока за проёмом не видно, быстро сбегаю спать. Когда её встретите, передайте мои наилучшие пожелания и слегка жестяные поцелуи.

1. Теперь половина моей мудрости, хоть и дырявая, нашпигована благородным серебром. Стало точно известно, что я не вампир - и мне никогда им не стать.

2. Первые пятнадцать минут удивлялась, что к лошали всегда подходят слева, а к больным зубам - справа. Потом поняла - это для меня справа, а для них слева - все в порядке.

3. Вы замечали, какие потоки креатива выливаются на вас после моих зубных апойтментов? Сравнится с зубами могут разве что винодельни. Скорее всего, реализация детских комплексов - не дали ребёнке зубных побояться, оно и не боится. Но сублимирует.

Прав Шляпа_Трилби - наиболее остро почувствовать свою собственную смертность и, следовательно, живость, дают вождение автомобиля и занятие любовью. Маленький дрожащий кусок протоплазмы в жестяной скорлупе. Или в нежестяной скорлупе, одной на двоих. Но не визит к зубному.

Потому что визит к зубному - вообще наиболее медитативное занятие из всех возможных. Разеваешь пасть, не глядя в глаза. Ловишь мельчайшее движение головы в зелёной повязке или крючковатой железки, поворачиваешься, тянешь челюсти, подставляешь замороженные дёсна. "Вы замечательный пациент." "А вы замечательный врач".

Начнём с конца. Мне запретили есть, но разрешили пить. А блок питания от ноута я забыла на работе, так что доставивший его деспот застал меня с бокалом местного Каберне на диване, за перечитыванием Слова о словах. Вы представляете,в древнерусском было времён - вагон и маленькая тележка. Эх, опоздала я родиться.

Вот только умереть никто еще не опаздывал. Читать далее...

Решительно непонятно, почему мы предпочитаем читать тех, кто говорит красиво. Это какое-то извращение. И смотреть на хорошо сделанные фотографии.

Вчера я часа три проскакала вприсядку вокруг принтера. По сложным технологическим соображениям печатать следовало каждый листочек отдельно - 97 штук. А принтер на полу, а компьютер на столе. Встал - сел, можешь на корточки, можешь на пол. Теперь ножки, да, чувствуются. Человек не летает, он ходит по земле.

А машины по ней ездиют. Моя сегодня впилила в нашу же лестницу, при выезде из гаража. Каждый человек должен хоть раз в жизни перепутать педаль газа с тормозом. Треснул пластиковый футляр для заднего колеса, треснул о брусовые деревянные ступени, сегодня утром - белые и скользкие. Потому что зима уже на пороге.

Ну да, вселенская любовь с нежным дубовым послевкусием дребезжит по венам. Ко вам всем. Очередное признанье. А уж признаваться - так признаваться.

Я ничего не вру. Но иногда слегка кадрирую чувства и впечатления. Так, магазинчик с шариками - просто обыкновенный американский сувенирный, ничего особенного, Poltoraki или nika5 подтвердят. А ботанический сад в большом городе - тоже как везде. Просто ботанический сад, с каменными скульптурами в африканском духе, и маленькой дорожкой в углу, мощённой камнями. Но я написала, а вы прочли. Я сфотографировала, а вы поглядели. Теперь побоюсь туда вести кого-нибудь из. Побоюсь разочарования. А магазинчик на улице перлов и мне стал казаться волшебным. "Такая корова нужна самому".

Но виноделен это не касается. Там я пользуюсь широкоугольником, и его всегда не хватает. Панорама божественных ощущений водопадом падает сквозь палевые страницы: что задержалось - то задержалось, остальное ушло. И осень с оленями куда убедительнее после не до краёв наполненного бокала.

Так может, это - фактура рельефных камней или ярких шариков - и есть настоящая искренность, преодолевающая занудное взрослое осознание ординарности текущего миропроявления? Бокал будит никогда не пробовавшего вино ребёнка со своими детскими радостями, и знакомая клавиатура тоже будит этого ребёнка - чтобы запереть в жёстком формате постов. Я стану его навещать, приносить разноцветные шарики и рыжие апельсины. Я обязана ему слишком многим - своей любовью и своей тоской.

О, вино. Плачьте, абстиненты - как вам выбраться к светлым вершинам тоски без целительных винных перил. Поэзия - тоже хороший поводырь, но коварна, как слепой осёл на горной дороге - раз! и в пропасть. А сама радуется, потому что скинуть в пропасть это её судьба и призвание. Я люблю эту коварную женщину, но лучше уже на вершине. Валет, Валет, тебе счастья нет! Когда я писала стихи, в четырнадцать, посвящённые некоей мифической женщине с абстрактным именованием "Госпожа"; мои глаголы склонялись, как мужчины. Как положено склонятся мужчинам.

Когда откупориваешь бутылку белого или розового вина на тысячу футов выше, чем она была закупорена, не надо пить сразу. Надо отставить ее и дать постоять, чтобы разница давлений вскипела виновной страстью и оставила божественный напиток. Мы сделали ошибку, когда открыли это белое Шардане на прошлой неделе - мы стали пить его после открытия, а оно оказалось газированным. Хуже шампанского, потому что шампанское - это шампанское, белое Шардане - это белое Шардане, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и даже если они смешаются в огнивных жилах Парижа, то шампанскому и шардане этого точно делать не следует. Зато мы не допили эту бутылку на прошлой неделе, разочаровавшись без ожидаемого букета и послевкусия. Следующий ник буду заводить "Пино_Нуар". Благо бутылки лежат горизонтально, неоткупоренные.

Вы уже видите, что это белое вино пишет, а не я. Белое, с дубовым ароматом и послевкусием. Вина штата, в который я удираю иногда из интернета поработать или понаезжать на оленей, отличаются мягкой бархатистостью высокогорья и нежной, улыбчивой терпкостью. Только белые надо открывать пораньше, да, и вынимать пораньше из холодильника. Поток сознания, с трудом балансирующий на нерусской клавиатуре. И поэзия - она бьётся в моём больном ухе, она брызжет с тёмно-вишнёвых страниц или тёмно-синих, она ждёт. Меня. Пока я раскроюсь истлевшей книгой и рассыплюсь на миллионы маленьких сверкающих разноцветных искорок.

К вечеру такого длинного, незадавшегося воскресенья не хочется ничего. "Не знаю, чего хочу, а кого знаю, того не хочу". Разве что писать стихи, причём, по заветам Борхеса, уже написанные. Как бы я сегодня накарябала по пыльной клавиатуре -

Осенний вечер в скромном городке...

А ещё весь потолок в магазинчике был завешен воздушными змеями. Красные, синие, зелёные, жёлтые полосы. Воздушный змей лотос. Воздушный змей птица. Воздушный змей пароход. Надо там поучиться воздушным поцелуям.

И крутяще-звенящие от ветра штучки. Мороженное мы ели через квартал, клубничное, с ненабираемой на данной раскладке фамилией типа Хааген+чего-то на Д. Потом две семерки, один деспот и еще 53 карты были погружены в семеркоперевозку; уехали не давить оленей. Не были задавлены: один особенно наглый олень и целое стадо менее наглых, но зато в двух шагах от дома.

Сенсация! В рамках нового курса карточной политики - на прозрачность - фотоальбом семерки теперь не называется "Нет тут ни ничего и не будет", потому что там уже кое-что есть. Уникальные кадры, раскрывающие подноготную (ногти видны хорошо) семеркиной семейной жизни. Абсолютно обнажённый деспот тщательно моет абсолютно обнажённую семерку (на особо нравящемся деспоту кадре семерка моет себя самостоятельно). Чистота и секс, как они сплетаются упругой струёю. Фотографии рекомендутся к просмотру в полном объёме. Они от восьмидесяти до ста семидесяти килобайт: такие лёгенькие, что с трудом вмещают пламя бушующей страсти. То есть наоборот, с трудом не расплескивают бушующий океан страсти.

Калейдоскопы. Шарики, пасхальные каменные яйца, кусочки малахита и аметиста. Металлические лошади и коты. Спускающиеся по ступенькам спирали, блестящие, металлические. Окуляр, накладывающий на мир вокруг набор фотошоповских каледоскопических эффектов. Деревянные шкатулки, которые можно открыть только в три хитрых приёма. Хэллоуинские крысы, мерзкие, дрожащие. Открытки со странным фигурами и странными американскими шутками. Проволочные конструкторы для тренировки уличных жонглеров.

И колода прозрачных карт. Игральных, в них действительно можно играть - на рубашке три непрозрачных кружочка, посередине большой и два маленьких в левых верхних углах. Видно, её время пришло, раз мы встретились. Видно, её время уже давно бьёт ключом. Видно, меня, насквозь.

Так она называется, главная улица города, в котором я живу. Посередине пара-тройка-четверка пешеходных кварталов. Там всегда многолюдно и весело, бары, рестораны, магазины, уличные фокусники. Скульптуры различной художественной ценности. Мощёная мостовая. Если глядеть на неё, лишь изредка поднимая глаза к трефовым фонарям. Высвеченным уходящим солнцем. Если глядеть только вниз и вверх, а коли уж вбок, то слегка искоса - можно представить себе другие, далёкие мостовые, уже попрощавшиеся с самоварной осенью. Особенно если не смотреть на запад, на тёмную загогулину гор - в сторону дома. В сторону любого моего дома - как ни крути, а любой мой дом на западе. Если бы взгляд был способен подобно коротким радиоволнам отражаться от атмосферы.

И галереи. На главной улице первого попавшегося американского городка, даже если она единственная (и особенно если она единственная) обязательно найдётся масса галерей разной степени художественности. Творчество псевдоиндейцев, китайские фонарики, деревянные шкатулки, разноцветные флюгера. Шарики из камня и стекла. Когда я была сопливой школьницей, ах - как я страдала! У меня не было такого блистательного шарика с искоркой посередине. Мои подружки говорили, что такие находят там, где проходят поезда. На путях. Благо они были поблизости. Якобы это их, поездов, запёкшиеся экскременты. Но я так и не сходила на насыпь, и единственный мой стеклянный шарик был бусиной с дыркой. Что его напрочь обесценивало.

Несколько минут я пропускала шарики между пальцев.

Наступила суббота. На том, другом полушарии, раньше всех принимающего субботы в свои цепкие объятия. Говорят, там дождь и даже снег, и мостовые блестят в молчаливом унынии расставанья.

А здесь небо, и его слишком много для меня одной, для нас двоих. Горы сияют, будто прямо за ними атомная война или как минимум северное сияние. Над их пастельным силуэтом тёмная небесноцветная груда, подсвеченная упомянутой войной вдоль кромки гор. Или гряда. Или волна за секунду до того, как рухнуть, замороженная в этой секунде, увы, лишь на минуты. Белый шлейф пены раздвигается пронзительно голубой полыньей вокруг жгучего ока. А с другой стороны плотная тёмно-циановая шапка, словно хысин фон. Ослепительно жёлтое поле, ослепительно жёлтая осень. Нет, это невозможно снять на фотоаппарат, которого нет с собой. На обратном пути из магазина Коско, славящегося своими круассанами и дивными упёртыми родственниками: око уже скрылось, тёмный край шапки блещет старинным золотом. Маленькое чёрное облачко, очень близкое - угол меняется постоянно. Объезжаем облачко, с другой стороны оно светло-серое. Похоже на осьминога в огромном аквариуме.

А мы ни на кого не похожи, в аквариуме. Нас просто нет.

Что толку, что я не курю.

Это был эксперимент. За весь четверг семерка не написала ни одного поста. Начался он естественным образом - всё утро я мужественно боролась за +200 пикселов по ширине, и, конечно, абстрактно-лиричные или даже конкретно-порнографичные записи не катили. Продолжился тоже естественно, семерка наконец-то пахала. И вообще у неё временный период радостного унынья. Радостного - потому что работает, унынья - потому что о чем писать семерке - об очередном волшебном закате с золотистой буквой I в полнеба? при неизбежно забытой камере? Я помню, что обещала всякого на оставшиеся полнеба. Однако ломает. Ломает писать, прикиньте, а?

Ну да, читатель ждёт уж рифмы, розы. Морали ждёт. И она имеется - не только земные полушария работают поочередно. Мои тоже. Эксперимент постановлено считать успешным.

Исходное сообщение Naiv
...не люблю, когда меня анализируют, особенно с точки зрения моей личной жизни...

Упрёк был обращен мне, и с определённой точки зрения мною заслужен. Даже в большей степени, чем предполагала упрекавшая. Потому что я анализирую всех. Молча и в фоновом режиме. Я отслеживаю (если могу), откуда взялась эта мысль, с кем вон тот пил вчера, в кого он влюблён. Что его интересует. Что ему не нравится. Или ей. Помните сказку Андерсона с прогулкой по сердцам? Вдобавок в театре. Я помечаю маленькими черными флажками чужие болевые точки. Чтобы случайно не задеть. Помечаю красными флажками нарывы. Если вы думаете, что я проскользну мимо случайным прохожим, чтобы хлопнуть по плечу, то зря. Прохожих полно в реальной жизни, просто сплошь. А здесь мы все сделаны не из грубой материи, а из гораздо более тонкой и податливой стихии - слова. Если я читаю любое "я", то оно становится немножечко и моим. Поэтому могу оказаться излишне жёсткой - уж со своим "я" миндальничать не буду.

Не все здесь открыты, и не все открыты одинаково. Иногда та самая дверца заколочена насмерть. Обычно у профессиональных журналистов. Например, Пупок_Вселенной. Он наглухо закрыт. Профессионал до мозга костей. Я бы не села с ним играть в преферанс. Потому что за партией люблю расслабиться, для меня преферанс - общение. Пусть это и будет мне стоить сотню вистов.

А сама я открыта полностью, на данный момент и буквально. Дело не в биографических подробностях, я обнажена гораздо более важными органами. Поручик, эфирными, но это не значит, что откажусь посмеяться над ними и собой. Как я уже писала неоднократно, это мой способ защиты от мира. И смех, и проницаемость.

...
По дороге с работы на меня в упор смотрело страшное жёлтое око в пушистой оправе ресниц. Мы все на ладони, права Эмоциональ. Быть открытым для человеков - нехитрое дело, и хорошая тренировка вдобавок.

не успев толком открыть глаза, не побывав в душе и пренебрегая прочими необходимыми процедурами, семерка отработанным движением тянется к ноутбуку на полочке около кровати и лезет в лиру. Происходит это примерно полшестого вечера по московскому времени. Так что будьте бдительны, ничего адекватного вам семерка в это время не скажет. Вот через двадцать минут она доберётся до душа, мужественно переборет капризные водопроводные краны, выяснит, что в лиру провела уже совсем не двадцать минут и поэтому лезть туда повторно времени нет вообще, погрузит своё мёрзлое двутельце в нюфовидную семеркоперевозку, врубит Щербакова на полную громкость и начнёт обдумывать, что же она с утреца написала и нахуя это сделала. Приедет на работу и решит сделать вид, что так и надо.

Даже как-то удручает собственная утренняя неадекватность. Вроде это время диктата подсознания, когда должны веером открываться горизонты и распахиваться ворота. А там вместо волшебной страны Оз заколоченная каморка ключника, сколько бы волшебных очагов не нарисовать снаружи. Лучше общайтесь со мною глубокой ночью. Тогда во мне говорят прочитанные книги и полузабытые мифы с трёх брошенных в московской квартире полок, старые песни, ночная тишина и ежедневное пиршество облаков. И вы. Может, ваши слова как раз лучшие.

Тяжело нам живётся, высокогорным совам.

обычно застают нас врасплох, особенно хорошие. Особенно великолепные. Стоишь перед фактом в полном офигении и не знаешь, что с ним делать теперь. Хорошо было троянцам, затащили подарочную лошадку вовнутрь и сдали город - так просто. Хочется моментально выпытать у даже знаю кого точный адрес и прислать большую коробку шоколадных конфет (кстати, последние несколько слов можно считать выпытыванием). Но это паллиатив, потому что истинные дары в конфетах не меряются. И конфетами не исчерпываются.

Может, именно невозможность отдариться и является главным даром.

и опять каббала. Три мужских числа пишем, слово ИМХО в уме.

Девятка. Вот и дошли до вкусного. Очевидное - сплошная черта в И-Цзин, то бишь мужчина, свет, порядок, солнце, день, небо. Жёсткость и сила. Магия, яростная магия огня и солнечного цвета. Герой в сказках убивает девятиголового дракона последним, и часто от его яда погибает сам. Девятислойные пагоды, девятислойные хакама, девятислойные ароматы. Вероятно, самое сильное из всех чисел - огненная тройка, возведённая в огненный магический квадрат. Самая большая цифра, антипод единицы и сопряженное к ней пространство. Да, мы пользуемся десятичной системой. Но на самом деле ее базовое число - девять, потому что ноль человеком практически не воспринимается (см. сл.) и потому что бесконечный ряд девяток становится вновь единицей - ключевая цифра для классов эквивалентности. Цифровые корни, любимый инструмент нумерологов, тоже упираются в модуль по девяти. Мужество. Судьба. Рок. Всё в этом числе, веющим над арабскими цифрами подобно фиалетовому дракону.

Десятка. Это просто один, но разведённый нулём в невнятную водянистую жидкость с легким привкусом вина. Пропущенная мной единица - не просто число. Это основание всех чисел, это единственное существующее число, единственное число, имеющее смысл, начало всех начал. Это - субстанция. Она не разменивается на нули; и десятка, и сотня, и миллионы - только жалкое эпигонство, пригодное лишь к украшению разноцветных банкнот гирляндой нулей. Вдобавок, удвоенная пятёрка. То есть мрачная магия денег и земли, удвоением выхолощенная вдвое. Думаю, все уже догадались, что я терпеть не могу круглые числа - хоть тоже иногда поддаюсь их загробному очарованию.

Одиннадцать. Две единицы, своей симметрией намекающие на скорый приход чего-то большего. Внутренне парное, но тем не менее мужское число, соединяющее незавершённость с уклончивой устройчивостью опирающихся друг на друга реек. Это ворота, пока не ясно куда. Иногда - футбольные, иногда - в зелёной стене. Надежда, которое глупое чувство (в упор не понимаю, почему "надежда" подобна женщине, ведь чувство скорее мужское) или глупое же предчувствие. Признак деления на одиннадцать - надо поочередно прибавлять каждую следующую цифру числа и отнимать, должно получится ноль. Равновесное число, в итоге приходит в ноль. Весы.

Осень золотая в зависимости от высоты. Снизу - пока да, а сверху вполне себе тёмно-зелёная. А олени наглые везде, крупные, рогастые, мяззо. Менты стерегут их торжественный переход через улицу высокогорного городка, а туристы скапливаются вдоль дорог, потрясая длинными объективами. Да, и я там тряс, двумя подряд. Я умею ловить извращенное удовольствие в своей причастности толпе. Среди отщёлканных мегабайтов и мегаметров есть и мои полгига. Когда этот крупный самец с ветвистыми рогами и нехилым гаремом станет добычей лис или автомобиля, вселенскому равновесию будет приятно вспомнить о шестидесяти шести кадрах примерно по шесть мегабайт.

Мы ехали в конюшню, без звонка, потому что позвонили в одну, приехали в другую, а она закрыта на зиму. Нашлась еще одна конюшня, но всех лошадей заняли двенадцать прекрасных дам приблизительно по двенадцать лет каждая. Возможно имеющий к дамам отношение школьный автобус на пригорке оказался заполнен скелетами, так что мы покатили дальше во славу святого Самайна.

Если долго не есть (добавим за скобкой - мяса. прочее есть неинтересно), становишься очень злобен. Настолько злобен, что не вытаскиваешь из рюкзака камеру, спускаясь с гор, и зрелища ржавых камней в золотеющей по мере спуска осени останется не более чем мимолётным воспоминанием, к тому же моим, а не вашим. И отвёрстое око заката над ресницею гор тоже кануло в небытие, настолько я был голоден. Мясо. Вот где истинная поэзия, делающая человека добрее и человечней. Повезло оленям.

Всех поздравляю с разрешившимся катаклизмом.
Диалог периода абстинентного томления -

"- Не могу комментировать. Кажется, не я одна - два последних поста с нулем комментариев..
- посмотри, там на Москву бомба не упала?"

Везука аскетам с десятком друзей и постоянных читателей. Время обеденное, я написала четыре строки кода, три поста и не помню сколько комментариев, еще и оставив на сладкое половину свежих неоткомментированных сообщений. Схалявить, что ли, выразить восхищение юзером например Therion именно здесь? А обойдётся. Пусть читает Мудрая_Nancy и упражняет терпительные органы.

Но перед окончательным переключением полушарий придётся написать еще кое-что, поскольку понедельничья вечность требовательно стучится в виски. Один раз я уже это сделала, а любое число между нулём и бесконечностью смысла не имеет. Так что я приветствую пятую нику, приветствую не в силу должноствования, не в силу прихоти и тем более не в силу обещания, выданного авансом. Просто она сказала, уверенная в ответе - и я, пластичная или пластиковая, создаваемая скорее вами, нежели собой, не могу не прогнуться. Подобно карте в умелой руке шулера.

Проходи, ложись поудобнее, больно совсем не будет. Ты любишь антибиотики? А они тебя? Сейчас я подкручу кресло, так что можешь раздвинуть ноги.

Читать далее...