https://www.liveinternet.ru...515680204/

 
 


Как засмотрится мне нынче, как задышится, 
Воздух крут перед грозой, крут да вязок, 
Что споётся мне сегодня, что услышится, 
Птицы вещие поют да все из сказок. 

Птица Сирин мне радостно скалится, 
Веселит, зазывает из гнёзд, 
А напротив тоскует печалится, 
Травит душу чудной Алконост. 

Словно семь заветных струн 
Зазвенели в свой черёд, 
То мне птица Гамаюн 
Надежду подаёт. 

В синем небе, колокольнями проколотом, 
Медный колокол, медный колокол 
То ль возрадовался, то ли осерчал. 
Купола в России кроют чистым золотом, 
Чтобы чаще Господь замечал. 

Я стою, как перед вечною загадкою, 
Пред великою да сказочной страною, 
Перед солоно да горько, кисло-сладкою, 
Голубою, родниковою, ржаною. 

Грязью чавкая, жирной да ржавою, 
Вязнут лошади по стремена, 
Но влекут меня сонной державою, 
Что раскисла, опухла от сна. 

Словно семь заветных лун 
На пути моем встаёт, 
То мне птица Гамаюн 
Надежду подаёт. 

Душу, сбитую утратами да тратами, 
Душу, стёртую перекатами, 
Если до крови лоскут истончал, 
Залатаю золотыми я заплатами, 
Чтобы чаще Господь замечал. 

*  *  *

Будучи япономаном по образованию и складу души, не могу оставить без внимания японские каноны красоты. Понятно, что в дальнеисторические времена они сильно отличались от европейских. Например, вот как надлежало выглядеть классической красотке изысканной эпохи Хэйан (IX–XII вв.).

Хороша, чертовка!

Щеки должны быть круглы, как яблоки, ротик бантиком, глаза узенькие-преузенькие и тонкий носик. Особое значение придавалось белизне кожи, но эта проблема, как мы понимаем, легко решаема: толстый слой рисовой пудры, и никакой цикламен не превзойдет белизной лик красавицы.