После развода И. не грустила, слез не лила, локти не кусала. Повода для печали-то не было, брак рассосался сам по себе, как гематома, без осложнений-нагноений с последующим вскрытием, просто сошел на нет и следа не оставил.
После развода жизнь И. выровнялась, выпрямилась, потекла неспешно, размеренно, но довольно уклюже. Главное в этом деле: правильно расставить акценты, выбрать верную мантру. Мантра И. была проста и, в то же время, складная: стать на ноги, на свои красивые ноги, и вытянутся в полный рост, в 160 сантиметров на каблуках, дабы руками небо тискать и солнце за яйца держать.
Впрочем, кроме роста у нее все было миниатюрное: и личико с тонкими в ниточки губами, и сиськи, и ступни, и даже мозги. А маленькая сука до старости щенок.
Распределение после института получила не ахти куда. Ну, а что ожидать, когда в зачетке усредненное, в знаниях пробелы, а связи вместе с бывшим мужем растаяли, и новых не предвиделось. Деньги, может быть, и нашла бы на перевод и переспециализацию, но кому давать-то? Сложный вопрос. Одни сложности.
Потихоньку, помаленьку грызла науку интернатуры, больше понтами мерилась, а не кроила жизнь суточными дежурствами в реанимации. Но, тут такое дело: не любо - до свидания!
Однажды, совсем случайно, И. встретила О.- свою первую, незамысловатую любовь периода пубертата, мальчика из военной части. Случайно, случаем, случай, случиться... все повороты жизненного пути завязаны на «случке».
«Привет! Как дела? Созвонимся!?» - банальный набор фраз, обычное вербальное, без обязательств и обещаний.
Может быть, эта история не имела бы продолжения, как часто бывает, они бы больше никогда и не встретились. Вот же бывает, что люди живут по соседству, ходят одними и теми же тропами, покупают хлеб и молоко в одном магазине, а годами не пересекаются, как будто живут в параллельных мирах.
Но И. была свободна, в поисках нового счастья, а О., как, оказалось, полностью соответствовал параметрам поиска: богатый, видный с красивой жизнью, как с обложки глянца. Мимо шанса не прошла, схватила за яйца крепко-прекрепко, приклеилась, не оторвать! Быстренько развела его с женой, молниеносно к нему переехала. Она заполучила его деньги, он дуру, которая все сносила и терпела.
Он оплатил ей переспециализацию, теплое место в одной не последней клинике города... но, как оказалось, даже с деньгами, в медицине нужны голова, руки и желание лечить. Как оказалось, не то, не ее, не подошла.
...вскоре она ему родила, потом еще родила. Теперь сидит дома, растит детей. В абсансы сентиментальности и грусти достает из закромов ларингоскоп за 400 у.е., наряжается в хирургический костюм, сшитый по индивидуальному заказу, где-то в пригороде Парижа, и томно вздыхает перед зеркалом: «Ах!».
Он гуляет, меняет любовниц, на ее тихие упреки говорит: «Заткнись! Кто ты? И что ты без меня?» Говорят, что поколачивает. Но деньгами не ущемляет. Обоих это устраивает, наверное.
Наверное, они теперь, по-своему счастливы.