Принес сегодня спозаранку букет ландышей в росе, толщиной в кустодиевское женское бедро. И смотрит так, как не нужно, совсем мне не нужно.
А за окном такое, как я люблю – май, сирень и душа выйти вон просится.
А еще говорит: «Я вам хотел на выходных позвонить, в ботанический сад пригласить...» - и рдеет юнцом.
Казалось бы, простые вещи: вот женщина, вот – мужчина, совсем взрослый мужчина, а за окном май, сирень, ландыши с росой и душа вон.
Романы, на самом деле, развиваются по одной схеме, даже если потом в осадке остается «то ли она меня наебала, то ли я сам себя наебал». И это не перестает меня удивлять.