Зима в тот год выдалась слизкая, скользкая и слезливая. Головокружительная зима была, чего уж - подытожим. В канун нового года я с запрокинутой рукой просила коллегу-анестезиолога о тихом шторме, январь-февраль заглотнула палкой, не поперхнувшись, начало весны встречала в больничной палате. Из развлечений выдали редкие обходы палатного врача, капельные вливания, иглоукалывания и сериал «Ликвидация». В паузах звонили, тревожили, спрашивали о самочувствии, даже приходили и нежно трогали за опухшие тонкие грани, смятые простыни, розовые халатные рукава и скатавшиеся клубом волосы на затылке, приносили глупые апельсины и бесцветные яблоки, что потом опухолью зрели на холодном подоконнике.
За окном расцветал март, в бутылке цвели ирисы Марты.
Но, если бы не эта песенка, то я не знаю, как бы оттуда выкарабкалась-из этой зимы-весны.
Собственно моя весна 2009