Здесь меня принимали в пионеры. Солнечным апрельским днем нас, в белых рубашках, выстроили в карэ вокруг статуи Командора, и мы все клялись в вечной верности бессмертному делу Ордена, который возглавляет тот, кто "и сегодня живее всех живых"...
" Но, по большому счету, колеса мне не нравились - мне не нравилась тяжелая колесная таска: металлический привкус во рту, физиологическая монстроидальность галлюциноза, явная инфернальность состояния... Трава тогда была в наших местах еще крайней редкостью. Её можно было открыто забивать и курить прямо в кафе. Можно было также свободно нарезать, прямо в центре города, с грядок мачья, - чтобы тут же сварить ханки. Люди собирали марлечки прямо у памятника Ленину, напротив билдинга ЦК КПЭ в центре города. В те времена не то что соломой - сухими головками никто не интересовался. Ну а на десерт можно было подышать сопалсом." (Школа магов)
Сегодня на этом месте не то, что маков - самого Командора нет: ушел ночью по льду Финского залива - как в старые добрые времена - в нордическую Похъелу...