А она вновь цепкими пальцами схватилась за мое сердце. Подкралась по-кошачьи,
обошла сзади и вцепилась. Липкие струи холода закрутились вокруг головы, проникли сквозь кожу и поползли по телу. Такой изящный, чудесный иней на деревьях - интересно, так же он выглядит внутри тебя?
Она. Имя ей Тоска. Или Скука. Есть такое хорошее украинское слово - Нудьга...
Нахлебница она бессовестная. Вот так, припрется, всегда незваная гостья, и начинает
тянуть из тебя силы. Так ладно еще, когда забирает нездоровое рвение к делам домашним.
А когда эта гадина лакомится моими идеями, моим вдохновением, когда я сажусь за бумагу, и каждое написанное слово вызывает спазм, с каждой нарисованной линией к голру подступает тошнота и хочется просто закрыть глаза, бессильно свесив руки... Я согреваюсь. Меня греет ненависть к негоднице. Но ненависть тоже слабая. Всеядная, паразитка...
- Слушай, чего тебе надо? Какого ты ко мне прицепилась?
Небольшая уютная комната, свет ночной лампы, стол, заваленый бумагами. На клочке пространства, расчищенном от хлама, стоит полуполная бутылка пива. Еще одна у Нее в руке играет пузырьками углекислого газа и поблескивает боками.
- А к кому ж мне цепляться? Сама посуди, надо мне кормиться как-то? Надо. А ты вполне удачный вариант.
- С какой это радости?
- С такой. Не волнуйся, милая, ты у меня не одна. Есть такая бестолковая прослойка общества - творческие люди называется. Ты ж себя такой считаешь, не отпирайся.
-Ну, допустим.
- Не перебивай. Я еще не договорила. Или тебе все ясно и так? Хочешь узнать, за что я вас, творческих, так люблю? По глазам вижу, хочешь.
Вы, мастера так называемые (знаю-знаю, до мастеров еще расти и расти, я обобщаю), существа очень нестабильные. Легко ранимые, с перепадами настроения, истеричные и даже суеверные...
Тянусь за бутылкой пива, которая уже битый час выдыхается на столе, но понимаю, что не полезет, и бессильно опускаю руку.
-...Вами легко управлять...
Насмешливый взгляд, за которым прячу сомнение и зародыш страха. Есть в этом доля правды, чертово создание. Сколько не занимаюсь морально-духовным закаливанием, есть...
-...гко вписаться в ваши "непредсказуемые" графики настроения, никто и не заметит. И сама же спады провоцирую, тихонько присосавшись к вашим творческим порывам. А главное - ничего подозрительного - творческие люди, кризис, все бывает. Вы ж слабенькие, без допингов всяких типа вдохновения рукой не пошевелите.
Возмущенно молчу.
-Зато если впрыснуть вам этого наркотика, то закипаете так, что ядерный взрыв можно устроить. Вот такая энергия мне по вкусу.
Молчу. Не выдерживает что-то внутри:
- И не стыдно тебе?..
Немного переигрываю с драматизмом. Самое обидное, что это натурально, совершенно
подсознательно.
Основной инстинкт.
В бутылке, что в ее руке, танцуют насмешливые блики.
-Стыдно? За что?
Теперь переигрывает Она. Но она ж душой кривит, ей можно...
-Ты никогда не задумывалась, чего стоит творцу, да и окружающему миру каждая творческая вспышка? Это же миллионы единиц энергии, измождение, ломка перед и полная обессиленность после. Внешняя среда тоже ощущает отголоски этих выбросов. В природе все тонко связано. Капля на поверхности моря порождает широкие круги на воде, не так ли?
- А то, что ты нас обессиливаешь, это ничего? Липкая хандра и безнадежность, апатия и бездеятельность, которая активного человека выжигает изнутри за каких-то полчаса - это ничего? А несказанные слова, невоплощенные чувства, неродившиеся открытия, несозданные шедевры?
Ох уж этот пафос. Но зацепила за живое, тварь...
Порывистым движением хватаю бутылку и жадно глотаю содержимое. Легче не становится, но надо же что-то делать, двигаться, разорвать паутину оцепенения.
-Во-первых, успокойчя. Чего ты суетишься? Я сейчас тебя уже не трогаю.
Демонстративно ставит на стол пустую бутылку. Странное чувство. Какое-то идиотичное "прозрение" - в Ее бутылке не пиво, там мои силы, то, чем она питается. Фу, слово какое неприятное - пиитаетссся... Да и сама Она не лучше... Может, показалось, а может, и впрямь полегчало?..
-...рых, я это делаю толково, осторожно. А вы себя режете по живому, еще и кайфуете, бестолочи. А в-третьих, шедевры... открытия...Ты никогда не задумывалась, что без атомной бомбы или винтовки с оптическим прицелом было бы лучше жить? Скепсис, о, какой скепсис на лице... Понимаю, затертый пример. Еще. Сколько крови было пролито за гениальные образчики искусства, скажем, те же ювелирные чудеса древних веков? Ладно, позитив в них тоже есть. Окей. А ты сама? Никогда не появлялось у тебя чувство, что очередной стих или какое-то еще твое творение было пустой тратой сил времени? Что лучше б ты за это не бралась? А своим талантливым колючим словцом ты могла бы кого-то обидеть, но не сделала этого, потому что не хватало вдохновения или же попросту
было лень?
Пойми, я фильтр. Система контроля. Я оберегаю вас от вас же самих, но, к сожалению, не везде успеваю. Без меня вы бы долго не протянули, сносились или поуничтожали друг друга своими вспышками гениальности...
Она смотрит на часы. Странные такие, изящные часики с какой-то гравировкой на крышке, словно украшение, свисающие с шеи на шелковом шнурке. Странно, как же я раньше их не заметила?..
Тонкие пальцы пропускают еще одну ледяную волну через мое плечо и... растворяются в воздухе. На столе мое пиво и ее пустая бутылка, которая обростает серебристо-голубым инеем.
Она ушла. Спасать очередную жертву. Или "спасать"? В сердце пустота, но уже совсем иная, пустота сломанной ненависти.
Теперь я не знаю, ругать ли эту нахлебницу.
А вы знаете?
В колонках играет:
** 582. - Ave Maria
LI 3.9.25
